В объятиях незнакомца - Виктория Александер

Тот покачал головой:

– Очевидно, я ошибался.

– Да, время от времени все мы относительно чего-нибудь ошибаемся. Ужасно жаль тебя разочаровывать, но ничего не поделаешь. Я не такая, какой ты меня себе представлял. Я упряма и полна предрассудков, я никогда не совершаю неожиданных поступков и не склонна к приключениям. А еще я никогда не рискую. – Делайла вздернула подбородок. – Даже тебе придется признать, что Виктор – как раз такой мужчина, за которого я планировала выйти замуж.

– Да уж. Тут о риске не идет и речи.

– Совершенно верно.

– Но это неправильно.

– Правильно для меня. Он мне подходит.

– Я так легко не сдамся, Ди, – предупредил Сэм. – Честно говоря, я не припомню, чтобы вообще когда-то сдавался.

– Значит, у тебя появится новый опыт. Ты проиграл, Сэм, хочешь ты это признать или нет. И так будет лучше для нас обоих. – Делайла развернулась, чтобы вернуться в гостиную, но Сэм схватил ее за руку и притянул к себе.

– Ди. – Он заглянул в ее голубые глаза. – Не отворачивайся от нас.

– О, Сэм. – Подбородок Делайлы задрожал, а в ее глазах вспыхнуло сожаление. – Нет никаких нас.

Они с минуту смотрели друг на друга, и Сэм не находил слов. Он не знал, что сказать. Не знал, как убедить Делайлу в том, что они созданы друг для друга. И не важно, что это непрактично и неблагоразумно. Не важно, сколько преград им придется преодолеть. Значение имело лишь то, что им суждено быть вместе.

– Назови это судьбой или волшебством, но мы должны быть вместе. Это правильно. Я знаю, что ты меня любишь.

– Я не верю ни в судьбу, ни в волшебство. Как и в прочий глупый, пустой, романтический вздор. – Делайла покачала головой. – Я никогда не говорила, что люблю тебя.

– Это не важно. Я это знаю. – Сэм в упор посмотрел на Делайлу. – Я уверен в этом, Ди, как не был уверен еще ни разу в жизни. Я знаю это, как и то, что завтра взойдет солнце. Знаю, что не ошибаюсь. И…

– Я могу тебе чем-нибудь помочь, Делайла? – В дверном проеме возник Чарборо. Он переводил взгляд с Делайлы на Сэма.

– Нет, но спасибо. – Делайла вырвала у Сэма свою руку и благодарно улыбнулась лорду Чарборо. При виде этого сердце Сэма болезненно сжалось. – Беспокоиться не о чем.

– Действительно, – гневно произнес Сэм. – Совсем не о чем. – Он посмотрел на Делайлу, и ответом послужил ее обдающий холодом взгляд. – Просто не сошлись во мнениях. Но леди Харгейт убедила меня в том… что я ошибаюсь.

– Что ж, хорошо. – Чарборо предложил Делайле руку. – Идем?

Делайла кивнула.

– Сэм.

Она одарила американца безразличной улыбкой и вместе с Чарборо вернулась в гостиную.

Сэм стоял в коридоре еще несколько минут, показавшихся ему вечностью. Может быть, он ошибается? Может быть, Делайла его вовсе не любит? Может, она права, и все это закончится одним разбитым сердцем или даже двумя?

Сэм развернулся и двинулся в сторону своей спальни. Он не помнил, чтобы когда-нибудь отказывался от того, что хотел. Но сейчас он стал участником совершенно новой игры и не знал, как одержать в ней победу. Проклятье! Он даже не представлял, как в нее играть. Однако он знал, что проиграл, хотя и не был уверен, что выиграла Делайла.

Он вернется в Лондон вместе с Джимом и останется там до самой свадьбы. Это, скорее всего, к лучшему. По крайней мере, уехав из Милверта, он сможет попытаться забыть Делайлу, если такое вообще возможно.

Нечего строить предположения. В одном Делайла оказалась права: его сердце было уже разбито.

* * *

– Моя дорогая кузина. – Во взгляде Виктора читалось сочувствие. – Ты уверена, что хочешь именно этого?

– Это вовсе не то, чего я хочу. – Делайла собралась с силами и улыбнулась. – Но так будет лучше для нас обоих.

Лорд Чарборо внимательно посмотрел на родственницу.

– Мне ужасно не хочется говорить тебе это, но ты ошибаешься.

– Ты совсем ничего не знаешь.

– Верно. Но я могу распознать любовь, когда вижу ее. – Виктор покачал головой. – Ты разбиваешь ему сердце и, подозреваю, себе тоже.

– Лучше уж сейчас, чем потом, когда мы потерпим крах в попытках построить совместную жизнь.

– А ты уверена, что вам это не удастся?

– У нас нет ничего общего.

– Кое-кто может сказать, что вас роднит любовь.

Делайла пожала плечами:

– Глупая романтическая чепуха.

– Мне всегда казалось, что глупую романтическую чепуху недооценивают.

– Значит, ты такой же глупец, как и он.

– Возможно. – Виктор засмеялся. – Делайла. – Он взял кузину за руку и заглянул ей в глаза. – Если уж мне на долю выпало спасти то, что осталось от фамильного наследства, мне придется жениться по расчету. Иного выбора у меня нет. Но если какая-нибудь женщина посмотрит на меня так, как смотрит на тебя твой американец, я брошу замок Чарборо вместе с его содержимым и проведу остаток жизни, благодаря Всевышнего за подарок, который мало кому из нас удается получить.

– Ты говоришь о любви? – усмехнулась Делайла. – Я уже пыталась любить. Но не всегда все получается так, как мы хотим и ожидаем.

– И все равно. Делайла, разве любовь не стоит того, чтобы…

– Нет, Виктор. Я очень ценю твою помощь, но считаю, что поступаю правильно.

– Ты говоришь с такой уверенностью, Делайла. – Виктор с любопытством посмотрел на кузину. – Неужели в твоем сердце нет сомнения? Неужели хоть какая-нибудь крошечная частичка твоего сознания не кричит, что, если существует хоть малейший шанс обрести счастье, им нужно воспользоваться?

– Нет, – солгала Делайла. – Знаешь, несколько минут назад Сэм назвал меня трусихой. Так вот, он прав. Я в ужасе от того, что вручу ему свое сердце и оно разобьется на части. – Делайла покачала головой. – Я этого не вынесу.

– И даже не хочешь рискнуть.

Делайла улыбнулась:

– Жаль, но не могу.

И все же оба они ошибались. Она не трусила. Потому что, отказав Сэму, она совершила самый смелый поступок в своей жизни. И самый трудный. Зато теперь ей не нужно больше беспокоиться о том, что кто-то разобьет ей сердце.

Ибо для этого уже слишком поздно.