Высокий, сильный, опасный - Хизер Грэм

В день, когда оперировали Эбби, Дженнифер была сама не своя. Конар этого ожидал. Она беспрестанно ходила по комнате, не замечая ничего вокруг. Заказала для Конара ленч, но сама ни к чему не притронулась, снова принялась нервно расхаживать по приемной, налетела на него, извинилась. Потом заплакала, он ее утешал.

Это была долгая операция, но Эбби перенесла ее благополучно. А все потому, что у нее удивительно сильная воля, сказал доктор.

Первую ночь после операции Конар провел в мотеле, а Дженнифер спала в кресле в палате матери. Она оставалась там несколько дней, пока Эбби не прогнала ее. Нужно было возвращаться к работе, и Эбби хотела, чтобы дочь отправилась домой.

Несмотря на то, что случилось, Эбби решила, что дом не был зловещим. Конар с ней согласился. Может, слово «зловещий» не совсем подходит, но ведь Эдгар как-то сказал, что дома не бывают злыми, злыми бывают люди. Эбби решила не продавать его. Конар и Дженнифер поживут в нем, пока не обзаведутся собственными апартаментами. Но даже в этом случае ванную комнату Дженнифер придется полностью перестроить. Они отыскали старый план дома и долго трудились над ним, определяя потайные ходы. Дженнифер и Конар жили вместе в комнате Грейнджера. Эбби предложила раз в неделю открывать дом для туристов и пожертвовать полученные доходы на медицинские исследования. Дженнифер эта идея понравилась, Конару тоже.

Однажды, спустя три месяца после операции, Дженнифер и Конар вместе вернулись со съемок. Эбби сидела у бассейна, просматривая кипу присланных ей сценариев.

Дженнифер подошла к ней и села рядом.

– Знаешь, мама, мы с Конаром собираемся пожениться.

Эбби медленно приподняла бровь.

– В сериале?

– В жизни, – улыбнулась Дженнифер.

– О! – только и сказала Эбби, расцеловала дочь, а потом и подошедшего Конара. – И оба мои дети! Дорогие, это звучит как…

– Кровосмесительство, – поддразнил Конар.

Месяц спустя они обвенчались. Дрю повел Дженнифер к алтарю. Серина и Келли были подружками невесты, Лайам – шафером, а Даг сопровождал Конара.

Эбби волновалась и в шутку сказала представителям прессы, что попытается сесть по обе стороны – и со стороны жениха, и со стороны невесты. Но она не села на традиционное место матери новобрачной. Эбби решила, что ее возвращение к творческой жизни состоится на их свадьбе. Она прошла к органу. Во время мессы, которая последовала после клятвы верности, она пропела «Аве Мария». Голос у нее был красивый, глубокий, и Дженнифер не смогла удержаться от слез.

Они хотели устроить скромную свадьбу, но Эбби, верная себе, посоветовала не делать глупостей.

– Свадьба – отличный повод напомнить о себе, в прессе будет множество фотографий, – сказала она.

Так и случилось – прекрасная, волшебная свадьба.

Прошло два месяца. Эбби, сидя во внутреннем дворике, читала сценарий. Она согласилась на роль в мюзикле «Кошки» в местном театре.

– Я всегда ощущала себя Гризабеллой, немолодой роскошной кошкой, – сказала она, завидев подходящих Дженнифер и Конара, и снова углубилась в чтение.

Дженнифер тихонько присела рядом с ней.

– Мама, угадай…

– Что, дорогая? – сняла очки Эбби.

– У нас будет ребенок.

– В сериале? Ведь твоя героиня уже была беременна, помнишь?

– В жизни, мама.

– Чудесно! – воскликнула Эбби, обнимая дочь. – Господи, неужели я смогу держать на руках мою внучку, – благоговейно сказала она, – качать ее на коленях.

– Эбби, возможно, у нас будет мальчик, – подходя к ним, добавил Конар.

Эбби подняла на него глаза.

– Это замечательно, – сказала она. – Просто замечательно! Я же говорила, вы оба делаете меня счастливой.