Пылкие мечты - Мэй Макголдрик

День свадьбы был уже совсем близок, и казалось, что все члены семьи Пеннингтон, особенно Лайон и Дэвид, забыли о страшных событиях. Уолтер Траскотт был на пути к нравственному возрождению, и в этом ему помогла Вайолет Холмс. Уолтер знал, что его прошлое, связанное с Эммой, предано забвению. Никто не будет попрекать его этим. Дэвид и Гвинет заверили его, что его тайна умрет вместе с ними.

Теперь Уолтера и Вайолет впереди ждала новая жизнь. Она снова училась доверять мужчине, и сердце у нее понемногу оттаивало. Каждый свой шаг ему навстречу она совершала осторожно, с немалыми колебаниями. Но чуткий Траскотт всегда был рядом. Даже когда взаимное чувство стало явным, никто из них не подталкивал другого. Не сговариваясь они отказали Гвинет, когда та предложила им устроить двойную свадьбу. Но, несмотря на это, мало кто сомневался в том, что не успеет зима вступить в свои права, как в Бароне-форде отпразднуют еще одну свадьбу.

И вот в один из солнечных сентябрьских дней в местной деревенской церкви все увидели прекрасную невесту и не менее красивого жениха. Всю ночь в парадном зале Баронсфорда звучали шотландские волынки. Вдовствующая графиня Эйтон с гордостью взирала на своих сыновей и их жен, ведь все они были счастливы, потому что преодолели трудности и победили. Но для полноты счастья графине не хватало одного, и она часто донимала Охеневаа просьбой приготовить ей тайный напиток, дарующий долголетие, чтобы она могла еще много-много лет наслаждаться счастьем своих детей.

Музыка и танцы продолжались до глубокой ночи. А когда Гвинет препроводили в свадебные покои, там она обнаружила стол, полный вин, фруктов и прочих яств. Она открыла свой дневник, взяла в руки карандаш и написала завершающие строки своей последней повести.

* * *

Там, на холме, окутанном серой дымкой дождя, она и стояла, крепко обхватив руками мужчину, которого очень любила. Глядя вниз на мертвого злодея, в его пустые невидящие глаза, она поняла, что наконец-то стала свободной. Теперь она освободилась из-под власти этого дьявола, лежавшего сейчас у ее ног. Наконец-то после столь многих, столь долгих мучений она была совершенно свободна и готова для жизни.., и для любви.

* * *

— Хорошо написано, — шепнул Дэвид, едва Гвинет закрыла дневник. Обхватив за талию, он крепко притянул жену к себе.

— Я даже не слышала, как ты вошел. — Гвинет положила дневник на маленький столик и, повернувшись, улыбнулась ему.

— Я только прочитал то, что ты написала. И теперь мне, пожалуй, даже больше, чем самым преданным твоим читателям, хочется прочитать твою очередную повесть о пиратах или горцах.

— Ты хочешь этого, правда? — Гвинет поцеловала Дэвида, не выпускавшего ее из своих объятий, и посмотрела ему в глаза. — И почему ты вдруг так этого захотел?

— Потому что я горжусь тобой. — Дэвид поцеловал ее в лоб. — Потому что я уважаю твой ум, сообразительность, а еще я очарован твоими разносторонними талантами.

Гвинет сдернула с него куртку, расстегнула заколку, стягивавшую на затылке ее волосы.

— И это все?

— Как твой храбрый пират, я весь к твоим услугам.

Дэвид нежно распахнул ее халат. Его взгляд благоговейно устремился на ее грудь.

— Мне еще надо что-то говорить?

Обхватив мужа за шею, Гвинет поцеловала его со всей страстью, на какую была способна. Слегка отстранившись от него, она любящим взором посмотрела ему в глаза:

— А не хочешь ли ты показать, как надо пользоваться абордажной саблей?