Записки успешного манагера - Эмилия Прыткина

— Но это крем для мужчин, у них немного другая психология, — возразил Аббас.

— Вы что думаете, наши мужчины пользуются кремами? Да пока жена не задохнется от вони, они и не подумают о том, что надо купить крем или поменять носки, — вздохнула Мимозина. — У нас такие вещи выбирают женщины, как правило, они и распоряжаются деньгами в семьях. Нашему мужику если деньги в руки дать, то пропьет в одночасье.

— Я согласна с Еленой, — кивнула секретарь.

Больше у господина Аббаса не нашлось никаких возражений. Он поблагодарил нас за хорошую работу, сказал, что ждет эскизов сайта, и ушел.

— Мимозина, я каждый раз поражаюсь твоей находчивости, — покачала я головой.

— Это ерунда, знаешь, когда я на самом деле спасла ситуацию?

— Нет, расскажи.

— Дело было так… — начала было Мимозина, но вдруг из коридора раздался пронзительный визг.

Мы выбежали. Посреди коридора стоит Урсула и вопит, точно ее режут. Вокруг толпятся люди из соседних офисов.

— Что случилось? — Мимозина подскочила к англичанке и схватила ее за руки.

— Ничего, кричу, в образ вхожу, — спокойно ответила Урсула.

— Какой образ? — удивилась я.

— Мне Мишкин сказал, чтобы я придумала идею плаката для конкурса социальной рекламы, вот я и придумываю.

— Что за плакат? — грозно спросила я.

— Плакат на тему «Стресс в большом городе», — гордо ответила Урсула и собралась заорать снова.

Мимозина зажала ей рот и увела в студию.

— Вот, мало того что сами психи и извращенцы, так еще и заграничных психов привозят, — фыркнула секретарша Юля из соседнего офиса и удалилась, цокая каблуками.

В студии Мимозина отругала Урсулу и сказала, чтобы впредь она так не поступала, у нас это не принято. Урсула удивилась и ответила, что в коллежде им позволяется все, даже ходить по классу нагишом, главное, чтобы креатив попер из ушей, а как он попрет — это личное дело каждого.

Она рассказала историю о том, как ее хороший знакомый два месяца ходил в гей-клуб и приобщался к гей-культуре, чтобы сделать социальный плакат.

— Странные они люди. — Мимозина махнула рукой и ушла.

Урсула походила по офису, подошла ко мне, вздохнула и сказала, что хочет со мной поговорить.

— Давай, — ответила я.

— Скажи мне, Эмили, — начала Урсула, — как настоящее имя Швидко?

— Сергей, а что? — насторожилась я.

— Нет, я имею в виду имя по паспорту. Я понимаю, что он гей. Хотя странно, что в вашей стране людей называют не по имени, а по титулу и сексуальной ориентации. Например, Элтон Джон гей, но у нас его так и зовут, Элтон Джон, и никто никогда не называет его сэром Геем, даже английская королева. А у вас я это имя слышу часто. И еще, мне непонятно, как ты можешь встречаться с геем?

Я расхохоталась и заверила Урсулу, что Швидко никакой не гей, а имя Сергей очень распространенное и никакого отношения к половой ориентации не имеет.

Урсула поморщилась и выразила сомнение: здесь что-то не так, ну не станут нормального человека так называть.

Оставив ее наедине с мыслями, я села за компьютер. Опаньки! В почтовом ящике письмо от редактора журнала, в который я послала статью. Дрожащими пальцами клацнула по кнопке мыши. Ни фига мою статью не заценили, сволочи. Написали, что она не соответствует их уровню и тематике. Попросили внимательно изучить их журнал и написать что-нибудь другое.

Не пожмотилась на двадцатку, пошла и купила их чертов журнал. Стала листать. Мда-а, похоже, я погорячилась, назвав статейки про похудение и эрогенные зоны чушью. Весь журнал собственно им и посвящен. Долго грызла ногти и решила, что статьи не мой конек, но издатели ждут, а посему пришлось прочесть дурилку от корки до корки и взяться за новую статью. Подошла к зеркалу, сложила губки бантиком, долго кривлялась и хлопала глазками, внушая себе, что я девушка-золушка, начитавшаяся полезных статей и вся в ожидании прекрасного принца. Села за компьютер, выпрямила спину, вздохнула и принялась писать статью. Нет, не в менеджеры мне надо было подаваться и даже не в писатели, я — прирожденная актриса. За полчаса так вжилась в роль, что теперь чувствую каждой клеточкой своего тела, что я настоящая женщина. В голове исключительно шмотки, диеты, целлюлит, способы обольщения и аутотренинга. Получилась у меня вот такая статья:

Живу я в маленьком провинциальном городке. Два года назад я сидела в пыльном, прокуренном офисе и отвечала на телефонные звонки, а жизнь проходила мимо меня. Молодые люди меня полностью игнорировали, босс в ответ на просьбы о повышении зарплаты грозился выгнать меня на рынок торговать жареными пирожками, мама постоянно приставала с расспросами, когда же я наконец выйду замуж, а гардероб мой оставлял желать лучшего, поскольку при талии девяносто и бедрах сто пятьдесят единственное, что я могла носить, — это бабские платья. И вот однажды я проснулась и сказала себе: «Достаточно!» На последние деньги купила себе женский журнал «Аленушка». Прочитала его от корки до корки несколько раз и поняла, что во всех своих бедах виновата я и только я. На следующий же день я пошла в хороший салон и постриглась.

Стоп, как я могла пойти в хороший салон, если на последние деньги купила журнал? Зачеркнула и написала так:

Заняла у подруги денег, пошла в хороший салон и постриглась. Записалась на курсы шейпинга и антицеллюлитный массаж, одновременно стала бегать по утрам. Через месяц похудела до неузнаваемости. Читала журнал каждый вечер и все больше и больше верила в свои силы. А однажды, когда я пришла на работу в сексуальной короткой юбке и чулках в сеточку, мой босс посмотрел на меня совершенно другими глазами и пригласил в ресторан. После ресторана была прогулка на катере по озеру и ночь, которую я никогда не забуду. Следуя инструкции в журнале, я нашла эрогенные зоны своего босса, и наутро он предложил мне руку, сердце и соучредительство в фирме. Вот так я изменила свою жизнь, а все благодаря тебе, «Аленушка».

Перечитала статью несколько раз. По-моему, полная чушь, но издателям виднее. В конце концов, может, это я такая ущербная, может, настоящие женщины так и думают, иначе для кого выпускаются эти журналы?

Отправила статью редактору. Посмотрим, что они скажут на этот раз. В ЖЖ народ требует продолжения моих историй. Ишь, какие, разве я теперь обязана каждый день размещать по рассказу? Попросила совета у друга Андрюши из Киева.

Пиши, а то забудут и уйдут Дрючку читать, — ответил он.

Еще чего, не для того я старалась, чтобы мои читатели ушли к Дрючке. Села и стала писать очередной рассказ, решив посвятить его своей любимой многострадальной собаке — пуделю-муделю Майклуше. Только вошла в раж, подошел Швидко и предложил погулять. Закрыла файл и стала собираться. Читатели читателями, а личная жизнь дороже.