Охота на бабочку - Аркадий Трифонов

Макс перевел взгляд с Лежнева на Настю.

— Бред! — коротко бросила она и отвернулась.

— Вот видишь, — сказал Макс. — Твои слова — шантаж и наглая ложь. За такие вещи, между прочим, бьют морду.

Лежнев вздохнул:

— Ну, хорошо, дети мои, я вас предупредил. Вы тут сами разберитесь между собой, где ложь, а где правда. Но я не шучу. Между прочим, Макс, тебя давно хотят видеть в прокуратуре, чтобы допросить, а ты скрываешься от правосудия. Это уже пахнет сроком, и немалым. Я тебя покрывал до поры, но всему есть предел. Честь имею!..

Он встал и прошел к столику, где сидели его друзья.

Вечер был безнадежно испорчен. Оставаться дальше здесь не имело смысла. Макс подозвал официанта, отменил заказ, и они с Настей отправились к нему в номер.

— И все-таки что Витька имел в виду, когда упомянул о Рафике, деньгах и приплел к ним твое имя? — спросил Макс, доставая из бара стаканы и бутылку вина.

— Может быть, это? — Настя открыла медальон, достала ключ и показала ему.

— Что это? — удивился Макс.

— Наверное, ключ от дома, где те деньги лежат…

И она рассказала, как обнаружила этот ключ под столешницей в квартире Рафика, когда там немецкая полиция проводила обыск. Ключ успел побывать с ней во многих передрягах и только чудом сохранился. А она даже не знала, что с ним делать.

— Лучше его отдать Лежневу, — сказал Макс после некоторого раздумья. — Я хорошо успел узнать Витьку за эти годы. Он упертый. И в чем-то, наверное, он прав. Я тогда совсем потерял голову и его здорово подвел…

— Но при этом ты спасал меня! — сказала Настя неожиданно жестко.

— Да, но деньги не принадлежали мне одному. Я как бы брал их в долг, собираясь потом вернуть, не вышло.

— Ты уплатил их Рафику за меня, — продолжала она стоять на своем. — Его больше нет в живых, выходит, эти деньги… принадлежат мне!

Макс оторопело застыл, пораженный ее логикой. А Настя уже шла в наступление:

— Ты подумал, на что мы будем дальше жить, как выберемся из того дерьма, в котором оказались?.. А я постоянно об этом думала. Я хочу найти эти деньги. Ими оплачены все мои страдания. Я хочу взять то, что мне принадлежит!..

Макс поймал себя на мысли, что она сейчас заговорила так, как накануне Лежнев. Но что-то в ее словах показалось ему не лишенным смысла и даже привлекательным. Наверное, по-своему она была права.

— Ты знаешь, где лежат эти деньги? В каком банке? — спросил он.

— Если б знала, то давно ими воспользовалась. Но я не знаю, где их искать. И думаю, теперь ты мне должен в этом помочь.

«Черт побери, как она изменилась!» — подумал он. А вслух сказал:

— Мне понадобится компьютер и подключение к Интернету. Сможешь устроить?

Настя утвердительно кивнула головой.

Весь следующий день Макс провозился у портативного компьютера, который Настя одолжила у Джованни, своего хозяина. А уже к вечеру он непроизвольно стал насвистывать марш из «Аиды».

— Принеси мне бутылочку кьянти, — потребовал он. — Там, в холодильнике…

Настя достала из холодильника запотевшую бутылку и поставила перед ним. Макс налил себе полный стакан и выпил его залпом. Второй — до половины.

— Не рано ли ты начал праздновать? — спросила она недовольным тоном. — Что-нибудь удалось выяснить?

— Что-нибудь… Этот Рафик успел хапнуть гораздо больше, чем мы с тобой предполагали. И, видать, не одних нас кинул.

— Сколько там у него? — Настя обняла Макса и посмотрела на экран компьютера.

— Много…

— Ну, хоть приблизительно?

— По самой грубой прикидке — что-то около миллиона.

— В рублях?

— Глупенькая… Зеленью!

— А в каком банке?..

Ее вопрос повис в воздухе. Вместо ответа Макс опять склонился над экраном компьютера, принялся щелкать на клавишах. Так продолжалось еще, может быть, час или больше. Настю он просто отгонял, едва она пыталась к нему подступить. От напряжения на лбу у него выступила глубокая складка. Вдруг он замер, глядя на экран примерно полминуты. Потом потянулся на стуле, с удовольствием расправляя затекшие плечи:

— Как обычно любил говаривать мой друг Кирилл, пьяный русский хакер практически непобедим!..

— Ты хочешь сказать… у тебя получилось? — спросила она, недоверчиво и радостно.

— Я хочу сказать… Дольче вита! Что в переводе на простой русский язык означает — собирай шмотки!.. Завтра мы едем с тобой в Швейцарию!

Она вдруг наклонилась к его лицу, поцеловала в щеку, а потом в губы. Он вскочил на ноги, схватил ее в охапку, повалил на кровать. Она визжала, заслонялась руками, извивалась по-звериному в его руках. А потом сама прижалась к нему всем телом, укусила за ухо. Они сплелись, исступленно, в грубой, бешеной ласке.

— Боже! — сказала она потом, тяжело дыша. — Неужели это правда?.. Неужели это не сон, и мы опять вместе?..