Любовь по расчету - Джейн Энн Кренц

Он подождал, пока пленка воспроизведет следующее послание, в надежде услышать голос Фергюса Райса. Его ожидания были не напрасны.

Гарри, это Райс. Срочно перезвони мне, как появишься. Есть интересные новости.

Гарри потянулся к трубке и набрал номер, Фергюс ответил сразу же.

— Это Гарри. Что у тебя?

— Сначала хорошие новости: мне повезло, стоило лишь начать отработку твоей версии. Я проверил парочку благотворительных фондов, которые работают по той же схеме, что и фонд Аббервика. Ну, в общем, предоставляют гранты по научно-техническим проектам.

— И что удалось выяснить?

— Похоже, под именем Каттера Лэттериджа скрывается мошенник, некий Клэренс Лакстон. За последние пять лет он раз пять менял фамилию. Специализируется на научных фальсификациях. И, насколько я понял, весьма успешно. Правда, год назад был разоблачен.

— Сидел в тюрьме?

— Нет. Он в буквальном смысле слова испарился незадолго до того, как пришли его арестовывать. Когда полиция нагрянула к нему в офис, там все было вылизано. Ни единого следа. Он мастерски их заметает. Тебе, наверное, будет интересно узнать, что до сих пор он ни на кого не покушался.

— Думаю, физическая расправа — жанр для него новый, — проговорил Гарри. — Вероятно, ему всегда удавалось добиваться цели, втираясь в доверие к попечителям фондов.

— Другими словами, в конечном итоге он бы предложил себя Молли в качестве консультанта?

— Совершенно верно. Может быть, он рассчитывал, что сможет убедить ее в том, что всю рутинную работу в фонде целесообразно поручить ему. В конце концов, он был без пяти минут член семьи, да к тому же у него за плечами большой инженерный опыт.

— Он, видимо, надеялся, что сможет выкачать из фонда все капиталы и благополучно смыться, — сказал Фергюс. — Но когда она наняла тебя, он запаниковал и начал спешно стряпать другой план. Который предполагал физическое устранение Молли.

— И чтобы пустить нас по ложному следу, выискал неудачливого изобретателя, Уортона Кендалла.

— Похоже на то, — согласился Фергюс. — Этот парень все делает продуманно. Наверняка он знал, что ты за фрукт и насколько ты для него опасен.

— Ну а что за плохие новости? — поинтересовался Гарри.

— Я даже не знаю, хорошо это или плохо. Зависит от того, как посмотреть, — сказал Фергюс. — Судя по всему, сегодня днем Лэттеридж уехал из страны.

Гарри напрягся, как струна.

— Ты уверен?

— Насколько позволяют обстоятельства. Человек, по описанию похожий на Лэттериджа, в половине третьего вылетел в Лондон. У него при себе были паспорт, багаж, научные работы.

— Паспорт был на имя Лэттериджа?

— По моим сведениям, да. Я говорил со своими приятелями из полиции. Проблема заключается в том, что мы не располагаем никакими доказательствами его мошенничества, не говоря уже об убийстве или попытке убийства.

Гарри, зажав рукой телефонную трубку, обратился к Молли:

— Лэттеридж сегодня вылетел международным рейсом. Молли изумленно уставилась на него.

— Он улетел из Америки?

— Похоже на то. — Гарри расслышал, как Фергюс говорит ему что-то. — Что такое?

— Я говорю, судя по всему, в этом деле можно поставить точку, Гарри.

— То же самое ты мне говорил после гибели Уортона Кендалла.

— На этот раз вероятность, кажется, выше, — сказал Фергюс. — Ты ведь знаешь этих ребят. Стоит им почуять опасность, как их сразу словно ветром сдувает.

— Это верно.

Молли нахмурилась.

— Интересно, знает ли тетя Венисия о его отъезде. Пожалуй, я ей сейчас же позвоню.

Гарри покачал головой.

— Мы лучше съездим к ней. Такие новости нежелательно сообщать по телефону.

Молли вздохнула.

— Ты прав.

— Гарри? — раздался в трубке смущенный голос Фергюса. — Ты меня еще слушаешь?

— Я здесь. Мне интересно, что могло вспугнуть Лэттериджа?

— Не знаю, — ответил Фергюс. — Может быть, твоя поездка в Орегон? Он, по-видимому, следил за каждым твоим шагом. И не забывай, что он уже наловчился бегать от полиции.

— Мошенники со стажем знают, когда пора рубить концы.

— Вот именно, — согласился Фергюс. — Тебе нужны еще подробности?

Гарри взял ручку.

— Дай-ка я запишу все, что тебе удалось узнать.

Разговор с Венисией оказался труднейшим испытанием в жизни Молли. Она была благодарна Гарри за поддержку, которую он оказывал ей своим присутствием. Они стояли рядом в блещущей новым убранством гостиной Венисии, выдержанной в лилово-зеленых тонах, и Молли втолковывала тетушке, что Каттер Лэттеридж уже не вернется.

Первоначальная реакция Венисии, выразившаяся в возмущенном негодовании, постепенно сменилась шоком и в конце концов — безудержным потоком слез. Молли тоже расплакалась. Когда рыдания лишили ее возможности продолжать рассказ, Гарри пришел на выручку и спокойно изложил суть дела.

— Но он же был обеспеченным человеком, — возразила Венисия, утирая слезы. — Дом на острове Мер-сер…

— Он обманным путем вступил во владение домом, — объяснил Гарри. — Сейчас банки и риэлтеры пытаются воссоздать полную картину этой сделки, но, похоже, Лэттеридж открыл фальшивую кредитную карточку в банке «Ист-Кост»и с ее помощью пытался надуть агентство по торговле недвижимостью.

— А яхта?

— Та же история, — ответил Гарри. — Брокер, занимавшийся ее продажей, до сих пор пытается найти концы.

— Даже не знаю, что и сказать. — Венисия шмыгнула носом. — Он был таким джентльменом.

— Без хороших манер и обаяния в его профессии не обойтись, — заметил Гарри. Венисия удрученно посмотрела на Молли.

— Я оказалась настоящей старой дурой.

— Вовсе нет. — Молли крепко обняла ее. — Во-первых, ты не старая и уж никак не дура. Каттер, или Клэренс, или как там его, обманул всех нас, тетя Венисия.

— Жертвами его надувательств стали очень многие, — добавил Гарри. — Он — виртуозный жулик.

— Виртуозный сердцеед, — резко проговорила Венисия. — Но что, если он вернется? Вы ведь говорите, что он опасен.

Молли посмотрела на Гарри.

— Маловероятно, что он появится в Сиэтле в обозримом будущем, если вообще посмеет вернуться сюда, — сказал Гарри. — В душе он жулик, а не убийца. Его призвание — мошенничество. А для продолжения его бизнеса ему нужна полная анонимность. Теперь его главной задачей будет похоронить личность Каттера Лэттериджа, чтобы можно было приступить к очередной афере где-нибудь подальше от этих мест.

Венисия потонула в плюшевых подушках своего необъятного кресла.