Три секунды до - Ксения Ладунка

– Заполняй и подписывай.

Не моргая, я смотрю в лист. Понятия не имею, что там написано, все буквы расплываются.

Том переминается на месте и говорит:

– Это не значит, что мы не сможем встречаться.

Я поднимаю на него глаза и чувствую, что он отошел и больше не злится. Но все равно не могу понять, как он может поддерживать это и ничего не говорить.

Взяв ручку, я быстро заполняю данные, дату и ставлю подпись. Закусив губу, сдерживаю слезы, потому что жизнь кардинально изменилась за долю секунды.

– Тебе нужна квартира и работа, – говорит отец.

– Хорошо, – тихо соглашаюсь я.

Том прочищает горло.

– Спускайся к водителю и поезжай домой. Ничего страшного не случится, а мы пока поговорим об остальных вопросах.

Я киваю. Поднимаюсь, скрипя стулом, и спускаюсь, чтобы уехать «домой». Как бы мне ни хотелось, теперь это не мой дом. Больше нет.

Я чувствую, как внутри что-то окончательно ломается. Ломается пополам и срастаться будет бесконечно. Но даже если это случится – неважно, ведь сломанное однажды сломано навсегда.

В машине я откидываюсь на кресло, закрываю глаза и тут же вздрагиваю, потому что в темноте век всплывает окровавленное лицо Скиффа. Я думала, что на меня уже ничего не сможет произвести впечатление, но ошибалась.

Достав телефон, я минуту смотрю в экран, а потом звоню Алисе. Она не отвечает, и тогда я набираю Стейси, но это тоже ничего не дает. Глупо, я знаю, после всего случившегося звонить им, но больше мне просто некому.

Когда мы проезжаем мимо пляжа под Бэй-Бридж, я прошу водителя остановиться. Говорю, что хочу прогуляться и много времени это не займет. Оглянувшись, я вспоминаю все, что тут было. Как уходила сюда от родителей, как встретила Алису и первый раз попробовала наркотики.

В тени под мостом я вижу компанию людей. Они выглядят не особо трезвыми и приветливыми. Кто-то испугался бы их и обошел стороной, или вообще развернулся бы, но только не я. Медленным шагом я иду к ним. Сначала они не замечают, но потом смотрят. Я на самом деле не чувствую ни страха, ни опасения. Они просто люди, такие же, как я. Я сидела под этим мостом так же, как и они. Ничего страшного нет.

Я совсем рядом, когда какой-то мужчина спрашивает:

– Эй, что-то надо?

– Да, – говорю я, останавливаясь рядом.

– Ну и?

– У вас что-нибудь есть? – с надрывом спрашиваю.

Вокруг слышатся смешки. Можно подумать, меня это заденет.

– Что-нибудь? – хмурится мужик.

– Ты понял, – сжимаю зубы.

– Слушай, малявка, ты не по адресу. Вали отсюда.

Он хочет развернуться, но я говорю:

– Нет, я по адресу. Знаете Алису?

– Ну знаем, и что?

– Она сказала идти к вам, – вру я, надеясь, что это сработает.

– Ты из полиции? – не унимается мужик. – Я сказал, вали отсюда!

– Да какая полиция, посмотри на меня! – возмущаюсь. – Слушай, Алиса сказала мне, что у вас есть, и если нет, так и скажи.

Он переглядывается с мужиками, что стоят рядом, говорит:

– Оплата вперед. – И называет сумму.

В этот момент я понимаю, что денег у меня нет. Делаю вид, что осматриваю карманы, но недолго.

– Слушай, у меня нет денег, но…

– Ну тогда вали, что встала!

– Но у меня есть телефон! – Я достаю свой айфон и протягиваю ему. – Это самый последний. Пароля нет.

Он задерживает на телефоне взгляд, потом забирает и осматривает, снимает блокировку.

– Эй, псс, – кивает кому-то и подает знак рукой, а через минуту отдает мне сверток из бумаги и пакета.

Я смотрю на него и даже не знаю, что это. Положив добытое в карман, прощаюсь с ними.

Чего я добиваюсь? По правде говоря, просто хочу отомстить. Я знаю, эти двое не хотели бы моего срыва, да и я его не хочу, но они должны понимать, что не могут так просто вершить мою судьбу. Должны понимать, что не останутся безнаказанными. И пусть им будет так больно, как только возможно.

Таким же медленным, прогулочным шагом я иду обратно к машине и сажусь в нее. По приезде домой прощаюсь с водителем и поднимаюсь в квартиру. Потом нахожу в аптечке в ванной шприц и в гостиной раскладываю все вещи на столе.

Я смотрю на это и ни о чем не думаю. Я даже не знаю, как это сделать, но плевать. Меня больше ничего не волнует. Мне плевать на всех и на все. Проблемы решатся как-нибудь потом.

Это оказывается не так легко, как я думала. Но через боль, отвращение и многочисленные попытки все получается.

Я резко чувствую жар и то, как падаю на пол. Это не то же самое, что было у Алисы, и ощущения совершенно не те. Я понимаю: что-то идет не так. Боли нет, но я знаю: я умираю.