Твой соблазнительный обман - Александра Хоукинз

– Сомневаюсь, что кто-то из мужчин откажет тебе в логике, – сказала она, опуская взгляд, чтобы скрыть боль от его признания. – В Лондоне множество красивых женщин, которые рады пофлиртовать с красавцами джентльменами, которые предлагают все, но ничего не обещают. В конечном счете это было очень мудрым решением.

– Ошибаешься, – возразил он. – Это было эгоистичное решение, принятое молодым человеком, полагающим, что книги научат его всему, что ему необходимо знать о мире. Я признаюсь, что посвятил себя заполнению пробелов в образовании. Пару лет я смаковал развратную жизнь, оттачивая мастерство соблазнения, но в итоге мне стало скучно. Самоотречение и контроль над своими плотскими аппетитами прельщают меня больше, чем те девицы, с которыми спали мои друзья.

– Ты об этом целибате говорил?

– Я проверял, сколько смогу воздерживаться, – признался он. – Неделю? Месяц? Смогу ли продержаться без любовницы целый год?

Заинтригованная, она склонила голову набок.

– И каков твой рекорд?

– Восемь месяцев, – признался он, понимая, что продолжает играть в свою игру даже без брата-близнеца. – А потом я оказался на причале у родительского дома, наблюдая за вами с Гидеоном. Я тут же пришел к выводу, что ты способна разрушить мой самоконтроль, в котором, как мне казалось, я поднаторел.

– Какое самомнение! – фыркнула она.

– Да, Оливия, – согласился он, стягивая шаль, которую она набросила на плечи, чтобы скрыть десятки крошечных синяков на своей коже. Следовало, наверное, убить Чонси. – Я использовал всю свою злость и придирки, чтобы не позволить тебе приблизиться. Мне не хотелось вспоминать, что в юности я уже отказался от тебя. Позволил брату наслаждаться твоей любовью и ненавидел его за это, потому что это чувство принадлежало мне.

Торн обнял Оливию за талию и притянул ее ближе к себе.

– А теперь я забираю то, что принадлежит мне.

– Что?

– Оливия, я люблю тебя. Когда Маркрофт сказал, что Чонси похитил тебя и спрятал в номерах «Акрополиса», я понял, что пойду на все, чтобы тебя вернуть – даже если придется торговаться с Норгрейвом, чтобы заручиться его помощью.

– Ты любишь меня.

Торн еще сильнее растянул губы в улыбке.

– От меня не сбежишь, мисс Лидалл. Когда твой отец настоял на помолвке, я позволил вам с ним думать, что согласился лишь потому, что это дело временное. – Он поцеловал ее. – Я обманул вас.

Она нахмурилась, но долго злиться не могла.

– Ты поклялся, что я смогу разорвать нашу помолвку, если найду более подходящую партию.

– Я боялся, что ты полюбишь Гидеона, я обезумел от ревности. Я говорил, чтобы ты подумала о других женихах, о том, чтобы ты бросила брата и присмотрелась к другим мужчинам. Только я не сказал, что собирался стать этим другим, в которого бы ты влюбилась.

Она задрожала, а он лишь сильнее прижал ее к себе.

Оливия покачала головой, пораженная его признанием.

– Думаешь, ты один влюбился сто лет назад? – дрожащим голосом спросила она. – Я заметила тебя, Торн. И тогда, и сейчас. И всегда замечала. Я просто решила, что джентльмен в твоем положении стремится к большему, чем дочь барона. Я думала, что поэтому ты…

Он заставил ее замолчать очередным поцелуем.

– Ты всегда была достойна, Оливия. Это я тебя не заслуживал. А теперь, когда я намерен заставить тебя сдержать обещание и выйти за меня, скажи, как мне завоевать твое сердце?

Оливия ткнула пальцем ему в грудь.

– Неужели ты ничего не заметил? Ты уже его завоевал. Я люблю тебя, Торн.

Он наклонился и прижался лбом к ее лбу.

– Тогда я проведу остаток жизни, делая тебя самой счастливой женщиной в Англии. Женщиной, которой вскружили голову, – пообещал он.

Оливия ликовала, покачиваясь на каблуках.

– И когда ты намерен сказать моему отцу, что собираешься-таки на мне жениться?

Торн потянул за один из ее локонов.

– Как только я найду своего неуловимого брата и велю ему вернуться домой. Вместе мы поведаем Гидеону и твоему отцу о наших планах как можно быстрее сыграть свадьбу.

Оливия и Торн поцеловались. Долго-долго.

Где-то вдалеке лорд Девик звал дочь, Торн неохотно оторвался от ее губ.

– Встретимся в полночь? – прошептал он ей на ушко.

Оливия улыбнулась и уткнулась носом ему в плечо.

– Я буду ждать тебя, любимый.