Виноделы. Терпкий аромат любви - Ян Моран

– Пока ты была в Италии, я проконсультировалась с братом Тимоти и он сказал, что такой жестокий и аморальный человек, как твой отец, не мог вступить в брак с чистыми намерениями. У него серьезное психическое расстройство, и поэтому брак с ним не может считаться действительным.

Катерина склонила голову.

– Что это значит?

– Я подаю прошение об аннуляции брака с Лукой.

За прошедшие несколько недель Катерина прошла путь от идеализации мертвого отца до осознания чудовищной глубины его жестокости. Ее мать заслуживала право быть счастливой. А они с Санто никогда не смогут обрести счастье. Катерина тяжело сглотнула, силясь унять сердцебиение.

Ава продолжила:

– Все эти годы Рафаэль работал бок о бок со мной, помогал мне заниматься виноделием. – Лицо Авы озарило счастье. – Рафаэль попросил моей руки.

– И ты, конечно, согласилась! – Катерина обняла мать. – Я так рада за тебя, мама! Я не знаю лучшего человека, с которым ты могла бы провести жизнь! – Катерина отстранилась. – Если, конечно, ты хочешь именно этого!

Ава вытерла слезы и сказала:

– О да, дорогая!

Они продолжали путь, а Винцо бегал кругами, словно желая их защитить. Катерина искренне радовалась за мать.

Внезапно Ава сменила тему разговора:

– Катерина, теперь я раскрыла перед тобой все свои секреты и хочу сказать еще кое-что. Когда в нашу жизнь вернулся Лука, я подумала о Марисе. – Ава замолчала, ладонью закрывая глаза от солнца. – Несмотря на то что Лука злой человек, я понимаю, что должна была рассказать тебе о нем.

Катерина внимательно посмотрела на мать.

– А какое отношение это имеет к Марисе?

– Я просто провожу параллель. Я не настаивала на том, чтобы ты раскрыла мне личность отца Марисы. Но я переживаю об этом человеке.

Этого вопроса Катерина страшилась.

– Тебе не нужно переживать, мама. Он хороший человек. Из хорошей семьи. – Это было именно то, что хотела услышать Ава. Катерина уверенно поцеловала маму в висок, желая успокоить.

Ава улыбнулась.

– Ты говорила, что была влюблена. Ты не хочешь пересмотреть свое отношение к этому человеку?

Катерине очень хотелось все рассказать матери, но она только мягко рассмеялась, скрывая бурю чувств.

– Ты говоришь сейчас о двойной свадьбе?

– Совсем нет, – серьезно ответила Ава. – Но что бы между вами ни произошло, наша гордость слишком долго вредила нам. Возможно, еще не поздно возродить ваши отношения.

– Это невозможно. – Если бы только она могла сознаться матери!

– Ты уверена, дорогая? – Ава обняла дочь. – Кто знает, вдруг еще не поздно все изменить! Он знает о Марисе?

Катерина была уже не в силах скрывать. Уткнувшись в мамино плечо, она призналась:

– Мама, отец Марисы – Санто!

Ава вскрикнула, побледнев от ужаса:

– Боже мой! – Она обняла дочь, словно желая защитить, но разве она могла помочь.

Катерина заплакала в объятиях матери. Два года обмана, притворства и лицемерия негативно отразились на ее эмоциональном здоровье. Теперь все закончилось.

Ава всхлипывала, прижимая к груди дочь, содрогающуюся от горя.

– Бедная, бедная моя девочка. Я виню себя. Как жизнь может быть такой жестокой по отношению к моему ребенку?! – Много раз она подвергала сомнению мудрость Бога, переживая такие безжалостные повороты судьбы.

Через некоторое время Катерина пришла в себя. Но Ава была все еще бледна и вся дрожала. Неужели это так на нее повлияло?

– Мама, пойдем домой. Мне кажется, тебе нужно отдохнуть.

Нина уложила Аву в постель и заварила ей чай.

– Я присмотрю за ней, – сказала она. – Найди Рафаэля, вдруг от Санто есть какие-то новости.

Катерина нашла мужчину работающим в пещере. Рафаэль наблюдал за работой нового оборудования для удаления плодоножек и дробления ягод перед брожением. Оборудование прибыло совсем недавно и было приобретено на взятые в кредит деньги, которые Катерине удалось получить от банка Эльзы Уильямс в Сан-Франциско.

Девушку сопровождал пес. Увидев Рафаэля, она окликнула его:

– Есть новости?

Мужчина снял шляпу и вытер лоб рукой.

– Санто уже звонил. Он получил результаты тестов. – Его лицо потемнело, и он уперся руками в бедра.

Катерине показалось, что ее сердце перестало биться.

– Расскажи мне!

– Мы должны уничтожить те три ряда. Остальные в порядке. – И он сердито сплюнул.

– Он насмехается над нами! – Пока Луку не поймали, никто не может чувствовать себя в безопасности! «Хотя он и так уже уничтожил мою жизнь», – жалобно подумала Катерина.

Рафаэль махнул в сторону нескольких мужчин, с жадностью поглощавших тортильи с бобами и рисом:

– Никто не пройдет незамеченным этой ночью.

Катерина кивнула в сторону большой новой деревянной постройки рядом с пещерой, где они поставили огромные кадки:

– Пойду посмотрю, как идет брожение.

Винцо поджидал ее перед входом. Двери были открыты, чтобы в помещении циркулировал воздух.

Все тяжело трудились, чтобы убрать в пещере следы землетрясения и расставить новое оборудование. Благодаря очередному займу все получилось.

Удовлетворенная процессом, Катерина вышла, и сразу к ней подскочил пес.

Она стояла, любуясь кружащими над холмами ястребами, чувствуя, как лицо обдувает теплый ветерок, и наблюдая закат.

На винодельне и виноградниках все было в порядке. Катерина вздохнула с облегчением. Санто был потерян для нее, зато наконец она сказала матери правду.

И все же она ощущала некую тревогу, будто поблизости притаилось зло, но не могла четко описать свои чувства.

– Пойдем, Винцо!

Катерина направилась обратно к дому. Рядом трусил пес, иногда бегая кругами, иногда нюхая землю. Шерсть его стояла дыбом, а уши торчком. Даже собака понимала: что-то не так.

Поужинав с мамой и дочерью, Катерина открыла французское окно с видом на патио. Рафаэль сегодня не ужинал с ними, сказал, что будет работать допоздна.

Наступившие сумерки принесли освежающий бриз, приятно обдувающий лицо после дневной жары. В воздухе разливался аромат созревающих фруктов: винограда, персиков и сочных груш.

Катерина глубоко вдохнула, находя в этом родном запахе успокоение. Затем повернулась к Аве:

– Мне нужно поговорить с Рафаэлем о следующей стадии сбора урожая.

Ава допивала вино.

– Он, наверное, в пещере. Хочешь, я пойду с тобой?