Талисман - Вирджиния Хенли

В какой-то миг ее охватили опасения, что Линкс больше не нуждается в ней, но это длилось всего лишь мгновение. Джейн радостно рассмеялась и стала благодарить солнце, луну, звезды на небе за то, что любимый делает наконец первые шаги на своем трудном пути к выздоровлению. Она знала, что Линкс живет ради того дня, когда вновь почувствует себя сильным и не будет зависеть ни от кого. Он жаждал жить, но главное — чувствовать себя нужным.

Томас помог ему сесть в кресло, и Линкс, взглянув на стоящую в дверях Джейн, восторженно воскликнул:

— Разве она не прекрасна?

— Именно так, милорд. Чертовски красивая женщина! К ним присоединились Марджори и Элизабет де Бург.

— О, Линкс! Ты так быстро поправляешься, — обрадовалась Джори.

Однако Линкс не слушал ее. Он не сводил глаз с Джейн и, когда она наконец вышла на галерею, спросил сестру:

— Разве она не восхитительна?

Джори все поняла и, удивленно подняв брови, воскликнула:

— Бог мой! Да ты влюблен!

— Только посмей сказать ей!

Джори закатила глаза и смиренно пообещала:

— Клянусь, братец, я буду держать рот на замке.

— И не советую тебе открывать его. Не забывай, что я тоже храню твои секреты, — пригрозил Линкс.

Как только Джейн подошла, он взял ее за руку, притянул к себе и поцеловал.

— Ты так благоухаешь, что я теряю голову! Джори рассмеялась:

— Не беспокойся, братик, в ближайший миллион лет ни одна живая душа не догадается о твоем секрете.

— Секрет? — спросила Джейн невинно.

— А разве он тебе не рассказывал? Линкс дал обет целомудрия во имя искупления своих грехов.

Джейн рассмеялась, поцеловала мужа в ответ и шепнула ему:

— Мне лучше знать.

— Кстати, о грешниках. Вот еще один на подходе! — воскликнула Джори, увидев Роберта Брюса верхом на коне.

Марджори подхватила подол юбки и побежала к лестнице, Элизабет де Бург последовала за ней.

— Прошу вас, — крикнула им вслед Джейн, — разрешите мне первой встретить Роберта!

Чудесные зеленые глаза Джори встретились с глазами Джейн.

— Конечно, — мило согласилась она. — Мы подождем вас здесь наверху.

Джейн встретила Роберта в приемном зале замка. Он широко развел свои сильные руки, и Джейн не успела заметить, как оказалась в его объятиях.

— Я не мог приехать раньше, но сердце мое разрывалось на части из-за вас. Я боялся, что ранение Линкса слишком серьезно и он не выживет. Как тебе удалось спасти его?

— Полагаю, он сам себя спас, хотя я и обладаю целительной силой. Роберт, он еще очень плох, слаб, сильно похудел и быстро устает. Он, конечно, не позволит тебе увидеть его страдания, но по ночам ему бывает очень плохо.

— Понимаю. Как ты выдерживаешь это, милая?

— Теперь я леди Джейн де Уорен. Болезнь моего мужа придала мне силы, о которых я никогда не подозревала.

— Ты всегда была сильной, Джейн.

— Роберт, ты не знаешь рыцаря с опущенным веком? Кто он?

Брюс настороженно посмотрел на нее и ответил:

— Это смертельный враг Линкса.

— Ради Бога, расскажи мне! Я ничего о нем не знаю.

— Это Фитцуорен, внебрачный сын Джона де Уорена. Джейн прижала руки к груди.

— О Боже, спаси и сохрани нас!

— Не хочешь ли ты сказать, что виновником всех бед является Роджер Фитцуорен?

— Да, но Линкс ни о чем не догадывается. Джори и Джон уже знают. Они не обсуждали эту тему со мной, но как только было упомянуто опущенное веко, я по их взглядам тотчас догадалась, что они поняли, о ком идет речь. — Джейн положила ладони ему на грудь. — Когда Линкс узнает, то захочет отомстить, а он еще не так силен. Если откровенно, то я боюсь, что его лучшие дни остались позади.

Роберт взял Джейн за подбородок и, приподняв лицо, заглянул ей в глаза.

— А ты этого хочешь?

— О нет, нет! Я хочу, чтобы он выздоровел и снова стал сильным рыцарем, каким был раньше. Это будет невыносимо для него.

— Послушай меня, Джейн. Возможно, в настоящее время плоть Линкса и ослабела, но его мозг, его разум остались прежними. Поверь мне, он достаточно силен, чтобы узнать правду.

На галерее друзья сердечно обнялись, и женщины едва сдержали слезы.

— Черт возьми, я пришел свататься к вдове, а нахожу тебя бодающимся! — заявил Роберт.

Линкс усмехнулся:

— Я еще готов побороться за нее.

— Брось! Твои боевые деньки закончились.

— Отнюдь нет.

— Давайте оставим их наедине, — предложила Джейн. — Скоро тут начнется петушиный бой.

Марджори последовала за Джейн и Элизабет, но не преминула высказать свое недовольство: — Роберт ведет себя так, словно с Линксом ничего не произошло.

— Моим первым порывом было защитить Линкса от острого языка Роберта, но думаю, его слова возымеют обратное действие. Я сердцем чувствую, что Роберт никогда не сделает ничего во вред Линксу, и вы обе тоже знаете это.

Линкс подождал, пока Роберт устроится между зубцами на стене, и заговорил:

— Ты взял семью Уильяма Дугласа в плен и тем самым выиграл для нас сражение под Ирвином. Скажи, ты заранее знал, что таким способом вынудишь Дугласа перейти на нашу сторону?

— Не скрою, надеялся. Я только что из Эдинбурга. Наместник назначил меня шерифом Ланарка — ему надоели беспорядки в этой казарме.

— Что дает нам победа над Ирвином?

— Возможно, несколько месяцев мира и покоя.

— Весьма кстати. Мне понадобится это лето, чтобы поправиться и восстановить силы.

— Наместник отправил Фитцуорена со своей кавалерией на север, в помощь Комину. Ходят слухи, что между ним и внебрачным сыном произошел жуткий скандал. Твой дядя угрожал лишить его всех званий и чинов. Я считал решение Джона правильным до тех пор, пока не вернулся домой и не прочел письмо от своего брата из Карлайла, в котором он сообщает, что верховный судья Ормсби поспешил к ним. Не сомневаюсь, Фитцуорен отправил кавалериста, чтобы предупредить судью о предстоящем нападении Уоллеса.

— Иуда! Этот негодяй везде поспевает: пристроился к незаконно нажитым приобретениям Ормсби и явно был в сговоре с Уоллесом — иначе откуда ему знать, что на Скону готовится нападение?

— Вот именно поэтому наместник, желая избавиться от этой головной боли, отправил подлеца на север, прямо в лагерь Уоллеса.

— Ты все еще подозреваешь, что Комин и Уоллес в сговоре?

— Подозреваю? Я знаю об этом как о достоверном факте.