Лабиринт - Иден Бар

—Женя, проснись,— слышу проникновенный шепот Алекса мне в ухо. Не открывая глаз, ёжусь от приятного трения его щетины по моей коже. Он легко касается подбородком моего оголившегося из-под одеяла плеча, словно бы случайно, но побьюсь об заклад, что делает это намеренно,— Женя…

Подняв руку и по-прежнему не размыкая глаз, наощупь отодвигаю его лицо от себя в сторонку. У меня уже мороз по коже от этих лёгких, маньячных касаний, и очень нежелательные ассоциации. Натягиваю одеяло с головой.

—Если ты просто проверить, как я,— немного хриплю со сна,— то отлично, но умираю, как спать хочу..

И это правда! Оказывается, я ужасно устала. А несколько часов сна в полёте, даже на удобной кровати, не позволили мне хорошо отдохнуть. Этого, увы, очень мало.

—Но мы почти приземлились.

—Ммм, нет, ещё минутку..

—Ты безответственная, Женя.

Ха! Вот этим он меня точно не возьмёт. Я знаю, что такое преподавание в две смены и ночная подработка с переводами за компьютером после, и это при том, что наутро мне снова нужно быть на работе. А сейчас я вообще в отпуске.

Так что несколько дополнительных минут сладкого сна для моей ноющей головушки, уверена, ему погоды не сделают.

—Хорошо. Есть и другие, более приятные способы пробуждения,— произносит Алекс вкрадчиво, и место рядышком со мной медленно прогибается под его весом,— например, оргазм..

Он еще даже не успевает договорить, как я резво вскакиваю и перемещаюсь в сидячее положение, чтобы проснуться окончательно. Прижимаю одеяло к груди. Мне не послышалось?! Смеётся.

—Доброе утро, Алекс, молодец,— кисло улыбаюсь, проведя рукой по волосам. Так и есть, воронье гнездо! Стараясь не кряхтеть, двигаюсь к краю кровати прямо в одеяле, чтобы спустить ноги,— а вот это было действенно. Сколько мы проспали?

—Больше четырёх часов, и в Эфиопии сейчас добрый вечер,— он усмехается,— жду тебя за дверью.

И Алекс уже берется за нее, когда я считаю нужным заметить:

—Хорошо, но позволь тебе напомнить кое о чем! Эти пошлые шуточки совершенно неуместны. Потому что никакого романа или романчика у нас с тобой не предвидится, я понятно объясняю?

Он оборачивается. Стою с грозным видом в своем коконе из одеяла, уперев руки в боки.

Говоря о романе я, конечно, подразумеваю секс. Легкомысленное дорожное приключение, на которое Алекс, судя по всему, все еще рассчитывает. Но это ничего — пусть постепенно привыкает к мысли о том, что со мной такие номера не проходят.

—Ты хочешь сейчас это обсудить?— спрашивает меня спокойно, но я замечаю, как дергаются желваки на его скулах. Задумываюсь. Ага, не понравилось!

—Десять минут на сборы, Женя. Приземляемся,— не дождавшись моего ответа, холодно произносит он и выходит из нашего спального отсека.

Уши закладывает, но я собираюсь в рекордно короткий срок. Думаю, не истекает даже этих заявленных им десяти минут, как я выхожу к нему собранная, умывшаяся и полностью одетая.

А дальше — все происходит стремительно. Эфиопия! Покидаем гостеприимный авиаборт, спускаясь по маленькому трапу прямо в густую золотистую мглу. Жадно вдыхаю полной грудью незнакомый воздух, наполненный экзотически-сладкими запахами. Ветер теплый, с песком, чуть не сбивает нас с ног сильными порывами. Алекс участливо, но молча поддерживает меня за локоть. Не обращаю внимания на это.

Не успеваем мы осмотреться, как возле нас, словно гриб из-под земли, вырастает улыбчивый черный человечек в фуражке и форме светло-кофейного цвета, с погонами и красивыми нашивками. Засматриваюсь на него и скорее угадываю, чем слышу, как Алекс, со стоном ругнувшись сквозь зубы, обращается к нему:

—Добрый вечер! Почему в форме?

Человечек озадачивается. И застывает стойким оловянным солдатиком — вытянувшись в струнку, но с таким лицом, что мне становится жаль его. Алекс смотрит свирепо, ожидая ответа. Он все еще в плохом настроении?! Человечек робко представляется:

—Добрый вечер, мастер Найт! Лейтенант Жапех!

—Лейтенант Жапех, я задал вам вопрос.

—Виноват! Не понял вопрос!

—Наша цель в том, чтобы не привлекать к себе лишнего внимания,— объясняет Алекс,— лейтенант, на будущее! Сотрудников спецслужб встречают исключительно в штатском, и на автомобилях, принадлежащих гражданским. В вашем уставе есть это, почитайте. Где автомобиль?

—Виноват, мастер Найт,— человечек огорчённо сдёргивает с себя фуражку и, неловко сминая ее в руках, делает приглашающий жест в сторону,— вон там, автомобиль с гражданскими номерами… пройдёмте, прошу вас!

Когда мы втроем подходим к зоне парковки этого крошечного аэропорта, я убеждаюсь, что Алекс был прав. Несмотря на сумерки, на нас с любопытством оглядываются все, кому, что называется, не лень. Ведь здесь мы мало того, что немногочисленные белые люди, так ещё и в сопровождении полицейского.

Усаживаемся на задние сиденья самого обычного рено меган белого цвета, а маленький Жапех при этом страшно суетится. Алекс явно напугал его своим перфекционизмом и высокомерием.

—Едьте спокойно, не больше шестидесяти километров в час, пожалуйста,— говорит ему Алекс с неудовольствием. Жапех тут же отзывается на это возгласом: «Есть, мастер Найт!»

—Мы едем в гостиницу?— интересуюсь у Алекса тихонько.

Он нажимает какую-то невидимую глазу кнопку, и между нашими и водительским местами со скрипом выезжает прозрачная звуконепроницаемая перегородка. Я видела такое только в фильмах! Не получается сдержать улыбку.

—В гостиницах прослушка, а селиться в гостиницу такого захудалого городишки — прямой способ обратить на себя внимание всех жителей! Быстрее будет, только если остановиться в палатке на рыночной площади,— хмуро отвечает он.