Легенда о яблоке. Часть 2 - Ана Ховская

– А мы и не знакомились,– радостно засмеялась Элен.– Мы знаем друг друга с детства. Это же сестра Брайана!

София вдруг снова внутренне напряглась, теряясь в догадках, что ответить Элен, если она спросит ее о брате. Или Ахматова тоже была посвящена в его тайну?

– Кстати, София, может быть, ты ответишь, куда запропастился Брайан? Я не видела его тысячу лет и ничего о нем не знаю. А Эл,– Элен сердито ткнула брата пальцем в живот,– тоже ничего о нем не знает. Друзья называются!

Вопрос поставил на место одни мысли Софии и запутал другие. «Если она не знает тайну о Брайане, то почему говорит о нем, как о живом?– недоуменно подумала она и украдкой взглянула на Алекса. Его выражение лица не изменилось.– Почему Эл… то есть Алекс, зная о Брайане, не рассказал сестре про его смерть? Ничего не понимаю!»

– Я не…

– Элен, не думаю, что София сможет дать тебе вразумительный ответ,– оборвал Алекс Софию на полуслове.– Она и сама не знает, где ее брат. Я «зверски» ее пытал, похоже, она действительно не знает.

Алекс улыбнулся и подмигнул Софии. Она тут же перевела глаза на удивленную Ахматову и убедительно кивнула, подтверждая слова мужчины.

– Ну, если сестра не знает, где брат, то, вероятно, он просто испарился,– огорченно заключила Элен.– Я надеюсь, что он жив…

– Элен, а где родители?– отвлек ее от ненужной темы брат.

– Ах, у мамы что-то с давлением. Они у меня в офисе… Пойду посмотрю, как они там, и приведу сюда, а то пропустят все самое интересное.

Элен грустно улыбнулась и быстро удалилась в конец зала.

София настороженно посмотрела на Ахматова, не решаясь что-либо сказать. Но вопрос с мистером Кроу не выходил у нее из головы.

Алекс оглянулся по сторонам и сделал шаг навстречу девушке.

– У тебя, наверное, много вопросов ко мне?– не отрывая глаз от ее лица, спросил он.

– Не знаю, что и сказать,– растерянно пожала плечами она.

– Нам обоим известна тайна Брэда… Сложно говорить о чем-то конкретном, но мы оба соблюдаем свое обещание – не выдавать его… Верно?

София напряженно свела брови и решила проверить, насколько Ахматов информирован о друге.

– Вы знаете, чем он занимается?– наивно-беспокойным тоном спросила она, делая вид, что ничего не знает о брате, кроме того, что он жив.

Алекс мысленно оценил способность девушки вводить в заблуждение, и он повелся бы на ее игру, если бы не был уверен, что она лжет.

– Знаю, что его работа требовала такой жертвы, как отказ от прошлого, семьи, друзей. Несмотря на это, в наших отношениях ничего не изменилось. Мы друзья навек!– ответил он, так же вводя ее в заблуждение.

– А когда я познакомила вас с родителями, вы разве не узнали мою мать? Вы ведь часто бывали у нас?

– Определенно, я заметил знакомое лицо, но не придал этому значения. Мало ли где я мог встречать эту женщину. Тем более прошло больше пятнадцати лет. Она изменилась. К тому же, если бы ты представила ее как Хелен Дьюго, я бы сразу догадался, но имя Хелен Логан мне ни о чем не сказало на тот момент.

– Да, верно… А почему же Элен не сказали, что Брайана нет в живых?– прошептала София.

– Не смог,– напряженно свел брови Алекс и как-то тоскливо окинул лицо девушки.– Элен с детства влюблена в него. Она до сих пор его ждет. А эта новость станет для нее бедой на всю жизнь. Она с виду такая бойкая, оптимистка, но у всех есть слабые места…

София понимающе покачала головой и больше не стала задавать вопросов. Она понимала, как больно и горько быть во власти сильных чувств и не иметь возможности выразить их.

– Совершенно с вами согласна.

Алекс оглянулся на картину «Ночная фиалка» и поинтересовался:

– Я не разочаровал тебя волшебством этого места?

Девушка проследила за его увлеченным взглядом и, не сомневаясь в искренности его поведения, с усмешкой вспомнила слова Фурье: «А на таких простушек у него считанные минуты».

«Каким нужно быть актером, чтобы так искусно притворяться?– подумала София об Алексе, смеясь над Жанной.– Он так любуется моим портретом! И так внимателен ко мне! А еще – он друг Брайана. А друг Брайана не может быть подлецом! Только почему-то меня это еще больше настораживает?! Никакой логики! Я так запуталась…»

– София…

София вернулась мыслями в зал галереи и рассеянно перевела глаза на Ахматова.

– Тебя что-то тревожит? Я несколько раз окликнул тебя, но ты словно где-то далеко отсюда…

– Задумалась… Со мной такое бывает,– неловко улыбаясь проговорила она.– Вы, кажется, что-то спросили?

– Ты не разочарована вечером?– переспросил Ахматов, любуясь мелкими кудряшками на висках девушки.

– Я была в восторге от многих полотен Элен, но, когда увидела это,– София кивнула на свой портрет,– не знаю, что и сказать. Я поражена! А после того, как все эти люди вокруг начали узнавать меня, чувствую себя неуютно. Хотя, наверное, должна быть довольна собой.

– Если тебе неуютно, мы можем пройти в офис Элен. Я познакомлю тебя с родителями?– вдруг предложил Алекс.

– Знаете… уже поздно, а у меня еще ужин с родителями. Я давно обещала приехать к ним,– ощутив внезапное беспокойство от предложения Алекса, проговорила София.

– Ты так плохо обо мне думаешь? Мне будет приятно проводить тебя. Но прежде давай зайдем к Элен?

– Нет. Не стоит… То есть мне действительно пора,– неуклюже протараторила девушка, всем своим видом показывая, что готова уйти.

– Подожди, от чего ты убегаешь?– подойдя ближе, пытаясь поймать ее взгляд, проницательно спросил Алекс.

– Иногда ваши вопросы меня просто поражают,– неожиданно высказалась София.

– А меня поражает твое поведение,– парировал Ахматов с таким невозмутимым видом, что София опешила от его критики.

Девушка ясно понимала, что он догадывается, почему она себя так ведет, и знает, что она знает о его догадливости, но упрямо делала вид, что не понимает, что происходит между ними. От стыда и чувства неловкости София злилась на себя и готова была провалиться сквозь землю, только бы избежать его проницательных глаз.

– Я пойду… Не нужно меня провожать,– настойчиво попросилась она и попятилась.

– Ты даже не попрощаешься с Элен?– усмехнулся Алекс.

– Мы обменялись телефонами… Мы созвонимся…

Ахматов с уверенной улыбкой двигался параллельно движению Софии, не отдаляясь от нее ни на шаг.

– Я не отпускаю тебя,– возразил он.

Девушка остановилась, боковым зрением заметив ярко-зеленое пятно в толпе гостей. Она не перевела взгляд в ту сторону, потому что это была Жанна Фурье. Одна женщина была здесь в таком ярком платье и, несомненно, следила за ними. София больше не хотела оставаться с Ахматовым, но и не хотела доставлять рыжей фурии удовольствие наблюдать ее бегство. В этот момент все мысли переключились на то, как досадить этой особе, не поддаваясь влиянию Ахматова. София просто опустила глаза на уровне груди мужчины и молча выжидала.