Грехи отцов - Кэтрин Коултер

– Но я не желаю быть похороненной там. И умирать не собираюсь! – запротестовала Бекка. – Я ничего тебе не сделала, Тайлер! Ты же все время ждал, что появится очередной объект твоей любви. Женщина, хозяином которой можно стать. Завладеть. Посадить в клетку, а потом расправиться с ней. Снова. В который раз. И ловить следующую жертву. Тебе нужна помощь врача, Тайлер. Позволь, я позову кого-нибудь.

Она снова подвинулась поближе к кирпичам. Тайлер направился к ней.

– Я не хочу тебя душить, Бекка. Лучше уж обнять и никогда не выпускать… Если бы только…

Послышался шум машины.

– Шериф! Шериф приехал! Послушай! – воскликнула Бекка, делая еще один шаг. Три фута, всего три фута!

Тайлер поднял голову и нахмурился, услышав звук захлопнувшейся дверцы. Выругавшись, он надвинулся на Бекку. Руки расставлены, пальцы хищно скрючены.

Бекка отпрыгнула к груде кирпичей, упала на колени и схватила один. Но Тайлер в тот же момент сжал ее горло. Она ударила его по плечу, но он продолжал сжимать пальцы, и скоро все расплылось перед глазами Беки. Из последних сил она снова размахнулась и, извернувшись, ударила его по лбу. Тайлер застонал от боли и на миг ослабил хватку. Бекка судорожно вздохнула и попыталась опять опустить кирпич ему на голову, но его кулак врезался ей в висок. Бекка охнула от боли, зажмурилась и поняла, что это конец. Она погибнет только потому, что сопротивляться больше нет сил.

– Подлая сука, получай за все, – выдохнул Тайлер.

– Отпусти ее, Макбрайд! – раздался голос шерифа. – И побыстрее!

Но Тайлер, не обращая на него внимания, продолжал сдавливать шею Бекки. Та билась в его руках как огромная рыба. Все… все…

Прогремел выстрел. Тайлер дернулся и разжал пальцы. Бекка ошеломленно моргнула и обернулась к Гафни, стоявшему в типичной позе полицейского – на расставленных на ширину плеч ногах. Ствол его пистолета был направлен Тайлеру в затылок.

– Отойди от нее, Тайлер! Кому сказал?! Шевелись!

– Нет, – прорычал Тайлер, снова бросившись к Бекке. Гафни спустил курок. Тайлер мешком свалился на Бекку. Мертвый груз, о Господи, вот кто он теперь, мертвый груз.

– Держитесь, мисс Мэтлок, сейчас я его оттащу. Шериф отволок тело в сторону. Пуля размозжила Тайлеру голову, другая прошила спину. Гафни подал Бекке руку:

– Вы целы?

Бекку трясло, горло саднило. С уже зажившего ожога была содрана кожа, и это место невыносимо болело. Бекка была вся залита кровью Тайлера, но все же сумела улыбнуться.

– Вы самый лучший в мире человек, – прохрипела она. – Я молилась, чтобы вы заметили свет в доме и вошли.

– Я услышал плач ребенка, – пояснил шериф.

– Эй… – тонкий, едва слышный голосишко. Наверху лестницы стоял Сэм.

– Только не это! – ужаснулась Бекка.

– Я велел ему подождать меня на кухне. Черт! Ладно, сейчас привезу Рейчел. Можете пока продержаться, мисс Мэтлок? Поднимемся наверх, и вы присмотрите за малышом. Он очень ее любит. Так что проблем не будет. Только постарайтесь не расплакаться при нем. – Грустно покачав головой, толстяк добавил:

– Иисусе, я ведь чуял, нюхом старого копа чуял, что Тайлер убил жену. А двенадцать лет назад и бедняжку Мелиссу. Жаль, что не удалось его допросить. Сколько еще несчастных не вынесло его «любви»?

Бекка кивнула. Знать это выше ее сил.

* * *

Адам растянулся на диване в гостиной своего дома, подложил подушку под голову и укрылся легким пледом С тех пор как Бекка перебралась к нему и уже успела разбросать по всем комнатам свои вещички и косметику, он пребывал на седьмом небе и способен был лишь по-идиотски ухмыляться. Казалось, ничто не может омрачить его радости. Никогда больше она отсюда не уйдет! Он не отпустит ее!

И сейчас она хлопотала в чудесной уютной кухоньке, беспокоясь о том, что Адаму нечего перекусить.

В доме было прохладно, потому что Адаму хватило ума установить после переезда систему общего кондиционирования воздуха. Скоро, совсем скоро он заменит омерзительный зеленый кафель в верхней ванной. Еще четыре-пять дней, и энергия вернется к нему. Тогда он первым делом отправится в магазин стройматериалов. Кроме того, в хозяйской спальне маловато мебели: лишь большая черная лакированная кровать и такой же комод, пара удобных белых с черным кресел и огромный встроенный шкаф. Вполне хватит места для одежды, но может, Бекка захочет еще что-нибудь купить.

На эту самую кровать у него были потрясающие планы вчера вечером, сразу после того как она приехала из Риптайда, и, хотя он не слишком резво двигался, почти не мог согнуть руку и стонал от боли почти столько же, сколько от наслаждения, особого значения это не имело. Скажем так, Бекка попросту взяла на себя командование.

Адам едва не сорвался с места, вспомнив, какой она была вчера, когда оседлала его и, запрокинув голову, выкрикнула его имя. А потом просто обмякла на нем, и он едва не взвил от боли. К счастью, он сдержался и неловко прижал ее к себе, гладя по бархатистой коже. Но она вдруг выпрямилась и нахмурилась при виде гигантского желто-зеленого синяка на его ребрах:

– Прости, я едва тебя не убила.

– Убей меня снова, – попросил он. Она рассмеялась и стала его целовать, и любила до тех пор, пока он снова не завопил, но на этот раз не от боли.

На душе у Адама было благостно, и он стал прикидывать, как лучше использовать ту же кровать, но не вечером, а примерно через час. Сегодня у него прибавилось сил, может, и он сумеет внести свою лепту. Вчера он не сумел добраться руками и ртом до всех мест, до каких хотел. А как насчет завтра и послезавтра? Наверное, стоит продержать Бекку в постели до того дня, когда они отправятся венчаться. Ну а потом он снова запрет ее в спальне. Чудесная идея! Интересно, как отнесется Бекка к зеркальному потолку и стенам?

Она принесла ему охлажденного чая и тарелку сельдерея, начиненного сливочным сыром, а потом уселась рядом и принялась его кормить.

И тут Адам вдруг заподозрил что-то неладное. Бекка какая-то другая, но он никак не мог уловить, в чем суть перемен. Немного поразмыслив, он понял: она что-то скрывает. И в глазах отблески пережитого ужаса. Может, все еще вспоминает пережитое на крыше горящего дома? А что, если дело в Макбрайде? Вдруг он обидел ее? Оскорбил? Узнал, что она выходит замуж, и ударил?! А Бекка все скрывает, опасаясь, что Адам сотрет негодяя с лица земли.

Он плотно сжал губы, чтобы не выругаться. Немного остыв, он съел еще один черешок сельдерея и с подозрением воззрился на Бекку.

– Клянешься, что в Риптайде ничего такого не случилось?

Вместо ответа Бекка провела пальцами по его щеке. Она обожала дотрагиваться до Адама, особенно когда он сбрасывал одежду. Ужасно приятно осыпать его поцелуями и гладить. И теперь она добилась своего – наклонилась, поцеловала его в губы, снова отстранилась и беспечно бросила: