Властитель ее души - Александра Айви

Сальваторе покорно кивнул, промолвив:

— Мои силы все еще закрыты для меня.

Харли не сумела сдержать улыбку. «Да он скромник столетия!» За прошедшую неделю Сальваторе умудрился попасть под напряжение, случайно снять дверь с петель, а уж сама Харли чувствовала, как сила перетекает от нее к нему. После этого вся синтетика в доме «стреляла».

Возможно, именно поэтому Харли далеко не сразу поверила в то, что в ее чреве зародилась новая жизнь. Об этом ей так настойчиво шептал волк, скрытый под человеческой оболочкой. Сейчас, когда Харли была уверена, она решила, что обязана сказать правду.

А правда состояла в том, что в ней горела искра новой жизни.

Волк внутри у нее несколько дней назад нашептывал, что этих искр не одна, но Харли отказывалась верить, но теперь новые чувства стали безошибочно сильными.

— Да уж, заметила, — насмешливо подтвердила она.

— Харли… — сказал Сальваторе, чувствуя, что от волнения не может вздохнуть, — ты говоришь…

Она встала на цыпочки и поцеловала его в губы.

— Да, ты станешь отцом, Сальваторе Джулиани!

Отцом!

Мгновение он колебался и, казалось, мог упасть в обморок. Затем неожиданно опустился на колено и прижал лицо к плоскому животу Харли.

— Я знал, что ты станешь моей спасительницей. Но теперь ты становишься спасительницей целого племени.

Сальваторе поднялся и посмотрел на нее с таким уважением, что Харли растерялась.

— Ты — чудо, — наконец произнес он.

Харли пропустила между пальцами густые черные волосы Сальваторе и сказала:

— Я надеюсь, что у тебя еще будет время подумать, что делать с этим чудом.

Пальцы Сальваторе нежно дотронулись до живота Харли, словно прикасались к тончайшему стеклу.

— Как ты себя чувствуешь? Что-то болит? Может, сходить к врачу? — засыпал он ее вопросами с тревожным лицом.

— Все хорошо, — ответила она, начиная понимать, что запустила защитные инстинкты Сальваторе в режим «турбо». Если сейчас не успокоить его, он задушит ее своей заботой.

Харли приложила ухо к его широкой груди и услышала сильный и размеренный стук сердца.

— Да, нам нужно найти врача, чтобы беременность прошла нормально, — наконец сказала она. — Но я не первая и не последняя женщина, которая родила на этой планете. Все это совершенно естественно.

Сальваторе отступил на шаг и впился взглядом в Харли, обиженный обыденностью тона.

— Мне неинтересно, что там у других женщин. Я беспокоюсь о тебе. Завтра же поедем в Италию. Там я знаком с многими прекрасными врачами, в доме много прислуги, так что тебе не о чем будет волноваться. Только заботиться о себе и своем здоровье.

— А как насчет тура и сильнивии? — нахмурилась она.

Сальваторе посмотрел на нее как на сумасшедшую.

— Ясное дело, он будет отложен.

— Как раз это неестественно, — возразила Харли, пристально глядя ему в глаза и словно предупреждая этим возражения. — Я же сказала, что чувствую себя превосходно, а вот ты похож на ребенка, пытающегося решить, что лучше для него.

Сальваторе открыл было рот, но тут же его закрыл — возразить было нечего. Он вздохнул и крепко прижал ее к себе.

— Я всего лишь хочу быть разумным, — сказал он. — Но кажется, это будет непросто.

— А как же наш тур? — настойчиво повторила вопрос Харли.

— Давай вначале покажемся врачу, а потом уже будем выбирать маршрут.

Харли уже не сомневалась, что врач только подтвердит ее оптимизм.

— Прекрасно, — согласилась она. — Тогда давай найдем хорошего врача здесь, в Чикаго, ладно?

— Я поговорю с местным вожаком стаи, — ответил Сальваторе, мягко поглаживая ее роскошные волосы. — Харли?

Харли подняла голову и натолкнулась на настороженный пристальный взгляд.

— Да?

— Ты… — замялся Сальваторе, — действительно счастлива?

Харли нахмурилась, хотя ее сердце было готово выпрыгнуть из груди от радости. К чему глупые вопросы?

— Конечно, я счастлива, — ответила она.

— Совсем недавно ты обвиняла меня в том, что я хочу от тебя только ребенка, — осторожно напомнил он ей тот разговор. — Так вот, я не хочу, чтобы ты думала, будто…

Харли схватила Сальваторе за уши и впилась поцелуем в его губы. А как еще можно было остановить дурацкие вопросы и сомнения, если твое сердце переполняется любовью и радостью?

— Сальваторе, я сама наговорила тебе множество глупостей за прошедшие несколько дней, — торопливо заговорила она, не отпуская его. — Я была напугана, упряма…

— Безумно упряма, — вставил слово Сальваторе.

— Не испытывай свою удачу, человек-волк, — посоветовала она, прикусывая его губу и умудряясь хихикать. — Я была глупа, но теперь я не могу вообразить для себя ничего лучше, как быть с тобой и воспитывать детишек от тебя.

— Подожди, — уже спокойнее остановил ее Сальваторе, однако все еще смотря настороженно. — О каком числе детей ты говоришь?

— О пяти.

— Боже мой! — заморгал Сальваторе, ошеломленно глядя на нее. Но в следующий момент он звонко рассмеялся и начал кружить ее в веселой пляске. — Ты — самая удивительная женщина!

— Удивительная или нет, держи крепче. А то потеряешь, — поддразнила она его.

Спустя мгновение он поставил ее на пол и, ласково потрепав волосы, поцеловал.

— А ты неплохо знаешь жизнь, — прошептал он, наклоняясь к ней.

— Нам еще предстоит узнать, как менять подгузники, и многое другое.

Сальваторе отступил назад и хитро посмотрел на Харли.

— Да придется, — сказал он. — А еще мне придется научиться ценить те редкие моменты, когда мы будем наедине, — только ты и я. — Пальцы Сальваторе рисовали на спине Харли причудливые линии. — Эти моменты скоро станут редкими и, я бы сказал, случайными, — повторил он.

— Что ты имеешь в виду?

В глазах Сальваторе уже светился знакомый ей золотистый голод, отчего дрожь предчувствия стала охватывать и ее.

— Давай сейчас пойдем в нашу комнату.

— Вообще-то я только собралась посмотреть фильм, — сообщила Харли, изобразив на лице совершенную невинность.

Сальваторе взглянул на экран, и его брови в удивлении поползли вверх.

— «Терминатор»?

— Ага, обнаженный Арнольд… — подтвердила она.

И тут Сальваторе взял ее на руки и понес к двери.

— Что ты делаешь?

— У меня есть предложение не хуже. Будет на что посмотреть.