Холодные сердца - Лайза Джуэлл

– Тридцать две, – ответила та и непонятно почему покраснела.

– И тебе разрешили лететь?

Бетан кивнула.

– У меня было письмо, – ответила она. – От моего доктора.

От нее не скрылось, как Мэган глазами ищет на ее пальце обручальное кольцо.

– Ого! – В этом восклицании была заключена не одна сотня вопросов. – Ого! – Она легонько коснулась щекой щеки Бетан, как будто встречалась с ней до этого всего лишь раз.

В следующий миг из-за спины Мэган шагнула Молли. Бет улыбнулась.

– Привет, Молли! – сказала она, подавив возглас удивления. Племянница выглядела как настоящая фотомодель. Длиннющие ноги, роскошные волосы и восхитительная кошачья грация.

Молли шагнула вперед и обняла ее. Потом положила руку на живот Бетан и произнесла:

– Моя кузина!

Бет заметила, что поведение дочери удивило Мэган. Да и ее саму тоже.

– Да, – подтвердила она. – Девочка.

– Девочка! – повторила Молли и повернулась к матери. – Ты слышала? У нее будет девочка.

– Замечательно, – отозвалась Мэган. Бет не поняла, было ли это сказано искренне или же это притворство.

Они стояли и наблюдали, как рабочие забирают наполненные мусором контейнеры и заменяют их пустыми. Дом Лорелеи покидали груды картонных коробок, пачки газет, мешки с мусором, сломанные лампы, уродливые вазы, грязные одеяла, старая обувь, обломки стульев и лопнувшие мячи для пилатеса.

– Это всего за один день? – спросила Бет.

Мэган кивнула.

– За один день. И примерно лишь три процента ее сокровищ.

Сокровища.

Бет ни разу не слышала, чтобы вещи матери называли сокровищами. Всегда это было ее барахло, ее хлам, ее дерьмо. Но сокровища! Было в этом слове нечто огромное, внушительное.

– Надеюсь, лишняя пара рук вам не помешает.

– Ты просто не сможешь туда протиснуться, – заметила Мэган, кивнув на ее живот. – Говорю это абсолютно серьезно, я сама втискиваюсь боком.

– Вот увидишь, я… – начала было Бет.

– Нет, – решительно заявила Мэган. – Ты понятия не имеешь, что это. Абсолютно не представляешь себе.

Бет нервно рассмеялась и кивнула.

– Знаешь, ты отлично выглядишь, – сказала она, когда они втроем повернулись к дому. – Похудела, постройнела.

– Да, пожалуй.

– Ну а ты, Молли. Ты просто ух! Не могу поверить своим глазам. Ведь когда я видела тебя в последний раз, ты была еще ребенком.

Молли обернулась и расплылась в улыбке.

– Я помню, – ответила она. – Ты тогда грохнулась в обморок.

Почувствовав, как ребенок внутри толкнул ее ножкой, Бет ахнула и машинально прижала к животу руку.

– Господи, откуда ты узнала? – спросила она.

– От мамы.

Интересно, подумала Бет, что еще Мэган рассказала дочери. Похоже, Молли знает все. Если честно, Бет ожидала встретить прохладный прием. Но у племянницы был такой вид, будто она искренне рада их встрече.

– Ты уже выбрала ей имя? – полюбопытствовала Молли, когда Мэган позвонила в дверной звонок.

– Пока не знаю, – ответила Бет, любуясь атласной кожей, пышными ресницами и идеально правильным носиком племянницы. – Я думала о чем-то старомодном. Например, Агнес. Может быть. Или Мод.

– Понятно, – вежливо откликнулась Молли. Бет заглянула в грязное стекло задней двери дома.

– Там кто-то есть?

– Да, – ответила Мэг. – Отец.

– Отец?!

– Да, он сейчас здесь живет.

Бет растерянно заморгала. Ей такое и в голову не могло прийти.

– Один?

– Да, – сказала Мэг. – Один. Я не против, – поспешила добавить она. – Пусть живет, если ему нравится.

Бет кивнула и снова заглянула в заднюю дверь на кухню.

– Ты точно знаешь, что он там? – сказала она, чувствуя, что пауза затянулась.

– Да, – ответила Мэг все тем же слегка нетерпеливым тоном. – С верхнего этажа на нижний не так-то легко попасть.

– Ты все сама увидишь, когда мы войдем внутрь, – сказала Молли.

Наконец дверь открылась, и Бет увидела отца, в грязноватой футболке и шортах. Его тощее старое тело было сплошь покрыто татуировками. Когда Бет их увидела, ее едва не стошнило. Господи, какое уродство! Давай, вперед, напомнила она себе, пошевеливайся, действуй.

Она улыбнулась и позволила отцу обнять себя.

– Бет! – радостно охнул он.

– Привет, папа! – отозвалась она.

– А это кто? – спросил он, положив руку ей на живот.

Бет улыбнулась самой себе.

– Пополнение твоих внуков, – ответила она.

– Внучка, – уточнила Молли.

– Верно, – подтвердила она. – Внучка.

Колин перевел взгляд на Мэган, затем снова посмотрел на Бет. Неожиданно его глаза наполнились слезами, и он расплакался.

– Моя чаша переполнена, – сказал он.

Бет вспомнила тот, последний, раз, когда они вот так стояли вместе, втроем. Вспомнила боль, обиду и злость, которые в тот день определяли ее поступки. Тогда она была готова взорваться. Теперь же она была спокойна. Она ощущала себя сильной. Она и ее огромный живот. Она и ее малышка, которая наконец сделала ее нормальным человеком.

– Ты старый идиот, – сказала Мэг Колину. Тот улыбнулся.

– Заходите, – сказал он, театральным жестом приглашая их войти. – Добро пожаловать в мою скромную обитель.

Бет не сразу поняла, куда попала. Это определенно была кухня. Но она почему-то стала как будто раза в четыре меньше. Дальше высилась стена каких-то вещей. Правда, к стене был пробуравлен узкий проход. И больше ничего. Бет обернулась и вопросительно посмотрела на сестру.

– Это?..

Мэг кивнула.

– Он самый, – ответила она. – Единственный проход в остальную часть дома. Вчера утром не было даже его. – Она указала на дверной проем. – Видишь теперь? Ты видишь, что внутрь тебе не войти?

Бет беспомощно кивнула.

– Так что, думаю, придется поставить тебя на сортировку. Мы будем передавать тебе вещи, а ты будешь их сортировать.

Бет снова кивнула.

– Послушай меня, – сказала Мэг. – У нас всего несколько дней. Тебе придется быть безжалостной. Ты понимаешь меня? По-настоящему безжалостной. Нам не до сентиментальности. Если вещь не представляет ценности, если это не документ, фотография или что-то стоящее денег, это следует отправить на свалку. Поняла?

Бет кивнула, но тотчас спросила: