Искусная в любви - Мэри Бэлоу

Следующие полчаса Виолу окружала такая суматоха, что она уже не понимала, возражала она или нет. Ее мать подошла, чтобы обнять их обоих, потом Джейн и Ангелина – причем обе настаивали, что она должна звать их по имени. Даже герцог присоединился к ним. Лорд Хейуорд и граф Бамбер обняли ее и пожали руку Фердинанду. Потом Джейн настояла, что пора разрезать свадебный торт и разнести его на серебряном блюде гостям, так чтобы каждый мог поздравить молодоженов и пожелать им счастья.

То есть началась та самая суета, которой они так стремились избежать, поженившись тихо и спокойно.

Но это было прекрасно! Постепенно гости покинули столовую, и с новобрачными остались только Джейн, Ангелина и мать Виолы. Ангелина горько сетовала, что ее братья помешали исполнению ее самого заветного желания – устроить грандиозную свадьбу. Но вперемежку с жалобами были слезы, и объятия, и заверения, что она никогда не была так счастлива в своей жизни.

– Кроме того, – добавила она, – если у меня родится дочь, я устрою ей самую грандиозную свадьбу, которую кто-либо видел. Тогда ты узнаешь, как много вы с Трешем потеряли, Ферди.

– Давай пойдем и присоединимся к гостям, – предложил он, так тепло улыбаясь Виоле, что сердце заныло у нее в груди.

– Почему именно бальный зал? – спросила она.

– Именно этот вопрос я пытался не задавать себе, – сказал он, состроив гримасу. – Один очень важный момент. Я должен был сделать это, как только Трешем объявил о нашей помолвке, любовь моя. – Он вынул из кармана своего вечернего фрака ее обручальное колечко и надел ей на палец, где оно находилось так недолго сегодня утром. Фердинанд поцеловал ее. – Это навсегда, Виола.

Бальный зал был таким огромным, что захватывало дух.

Гости стояли по краям зала, оркестр расположился на возвышении. Над головами сверкали три огромные люстры, были зажжены все свечи. Стены, окна и двери были украшены массой белых цветов, зеленью и серебряными лентами.

Когда Виола и Фердинанд появились в дверях, снова раздались аплодисменты. Герцог Трешем стоял на возвышении перед оркестром, ожидая, когда наступит тишина.

– Импровизированный бал в честь новобрачных! – провозгласил он. – Фердинанд, пожалуйста, приглашай молодую жену на первый вальс.

Фердинанд выглядел слегка смущенным, но довольным, и в то же время ситуация его явно забавляла.

– Итак, почему вы прячетесь здесь, а не танцуете вместе со всеми?

Сначала Виола удивилась, услышав эти слова, а потом вспомнила, где и когда он говорил их прежде. Она улыбнулась в ответ.

– Я ждала подходящего партнера, сэр, – ответила она и добавила совсем тихо:

– Я ждала вас.

Виола оперлась о его руку, и он, обняв ее за талию, закружил по залу. Он вел ее в такт музыке, а все гости стояли и наблюдали за ними.

А затем Виола вспомнила другие слова, произнесенные тогда на лужайке во время памятного майского праздника в Треллике. «Остерегайся высокого темноволосого красивого незнакомца. Он может погубить тебя, если только ты прежде не завладеешь его сердцем».