Вкус огня - Ханна Хауэлл

— Но тебе не причинили вреда, Патти? — спросил Ройал, когда сестра закончила рассказ, почти не упомянув о том, что бандит пытался проделать с ней.

— Да нет, ваш маленький кролик остался невредим, — вставила Антония. — Этот мерзавец умер… и быстро.

— Благодарю тебя, Антония. Предлагаю тебе и твоим друзьям остаться здесь на ночь. Отдохните, прежде чем отправиться обратно.

— А мы не поедем обратно. По крайней мере сейчас. Мы здесь для того, чтобы отдать вам ваше ранчо.

Ройал удивленно приподнял брови:

— Отдать мне то, чем я уже владею?

— Я не так выразилась. Мы хотим помочь вам сохранить вашу собственность. Это и есть долг Хуана. Он велел мне поехать сюда. Когда Хуан был на смертном одре, я дала ему слово и останусь здесь, гринго, пока все не образуется.

— Рамирес мертв? — спросил Коул.

— Да. — Антония подавила рыдания. — Его больше нет.

— Жаль, что вы понесли такую утрату, Антония, — тихо сказал Ройал.

— Ничего, он, Хулио и Мануэль зададут там дьяволу хорошую трепку! А я теперь должна заплатить его долг.

— Да нет никакого долга, Антония. Ты могла застрелить Коула, но не сделала этого, а теперь спасла наших брата и сестру. Этого более чем достаточно.

— Нет, я обещала Хуану приехать сюда и помочь вам спасти ваше ранчо. Что и сделаю.

— Спасти — но от кого?

Ройал старался не поддаться соблазну, видя, как она слизывает сахар с пальцев.

— От кого? Сама не знаю. Хуан сказал, что от кого-то, кто совсем близко. От того, кто платит Раулю. Он убил ваших родителей; а теперь постоянно нападает на вас. У вас возникнут проблемы, когда вы начнете осуществлять свой новый план. Мы будем вашей вооруженной защитой.

— А откуда Хуан получал информацию? С недавних пор Ройал догадывался, что все его неприятности связаны не только с простым невезением.

— Этого я не могу сказать, потому что сама не знаю. Но если Хуан утверждал, что вам грозят неприятности, то так оно и будет.

— Может, не стоит думать о нашем ранчо? — горестно вздохнул Джастин. — Мы все равно лишимся его.

— Вот именно! — отрезала Антония. — Поэтому они и затевают всю эту игру. Несколько легких ран, вы истекаете кровью — и вам конец.

— Красивая картина, — усмехнулся Ройал, налив себе того вина, которое пили Антония, Томас и Оро. — Я уже понял: все это никак нельзя объяснить моим невезением. На нас нападают чаще и наносят нам больший урон, чем другим. Похоже, кто-то заранее знает каждый наш шаг. Вот и теперь, с перегоном скота. Я с очень немногими людьми говорил об этом, а Хуан уже все знал у себя в Мехико.

— Мы с самого рождения знаем всех в округе. Кто же это? — проговорил Коул.

— Подумайте о том, кому это нужно, — посоветовал Томас, расправляясь с куском пирога.

— К несчастью, Томас, это может быть один из наших соседей.

Ройал вдруг заметил, что Патриция и Джастин доедают остатки десерта.

— Полагаю, вы сегодня не ужинали?

— Верно. — Патриция поднялась. — Пойду скажу об этом Марии. Надеюсь, она что-нибудь быстро приготовит.

— Хорошо, Патти. Только учти: она не в лучшем настроении.

— О! — нахмурилась Патриция. — Значит, ей помогала Мэрилин?

— Больше, чем нужно. Нам надо приготовить несколько комнат.

Патти кивнула и вышла, а Ройал снова обратил взор на Антонию.

— Это та самая Мэрилин, которая сидела рядом с тобой? — спросила она.

Ройал кивнул.

— А она втюрилась в тебя, гринго! — усмехнулась Антония.

Быстро взглянув на своих насторожившихся братьев, Ройал твердо ответил:

— Она по-соседски помогала мне. Антония наморщила носик:

— Если не хочешь жениться на ней, так беги поскорее, приятель. Иначе она захомутает тебя. Я видела, как она наблюдала за тобой и мной.

— Такое удивит кого угодно.

— В этом нет ничего особенного. Я все обдумала по дороге сюда. Верно, Оро?

— Да, — отозвался Оро. — Но ты так и не сказала, кто из нас оказался лучшим. Признайся, что это я. Остальные должны смириться с этим, если они настоящие мужчины.

Антония подалась к Ройалу и обняла его за шею.

— Думаю, лучший — вот этот гринго. У него больше опыта, чем у вас троих.

Уже готовый к такому повороту дела, Ройал жадно впился в губы, еще пахнущие клубникой. Руки Ройала потянулись к соблазнительным округлостям, но его остановил возглас Марии.

— О Боже! — вскричала она, и Ройал мгновенно опомнился.

— О, она снова за свое, — пробормотала Патриция.

Неохотно выпустив из объятий Антонию, Ройал пошел навстречу Марии и Патриции, чтобы помочь им расставить еду. Это избавило его от наваждения. Видя, что Оро расположился в его кресле, Ройал сел между ним и Патрицией.

Пока вновь прибывшие ужинали, Ройал разглядывал Антонию и близнецов Дегас, размышляя о том, какие узы связывают этих троих. Он догадывался, что они очень близки, но только ли это дружеские отношения или нечто большее? Предположение, что Антония — любовница одного из близнецов, задело его, но Ройал решил пока не углубляться в это.

Коул не ошибся. В этой девушке действительно было что-то особенное. В те давние годы Антония была красивой маленькой девушкой, а сейчас от нее исходила чувственность, и вся она так и манила к себе. В Антонии было что-то дикое, и она с трудом подавляла это. Однако такое всегда привлекает мужчин, и Ройал уже ощутил на себе ее чары. Поцелуй Антонии воспламенил его, и он был бы совсем не прочь вновь отведать вкус ее губ.

— Вы уже подумали о том, кто зарится на вашу землю? — обратилась Антония к Ройалу, радуясь, что вино развязало ей язык.

— Нет. В этом деле надо как следует разобраться. Я не верю в то, что это кто-то из тех, кого я хорошо знаю.

Ройал вздохнул. Мысль о том, что его способен предать тот, кого он считает своим другом, удручала его.

— Ну, у вас есть еще время, прежде чем вы начнете новое дело. Плохо, что люди Рауля ничего не знают об этом, но ему теперь известно, что мы здесь, — заметил Оро.

Лицо этого двадцатидвухлетнего молодого человека выражало такую злость, что он казался значительно старше.

Антония внезапно поняла, что выпила лишнего. Поскольку Хуан кое-чему научил ее, она сознавала, что лучше ретироваться. Умело скрывая свое состояние, Антония поднялась и направилась к двери.

— Я хочу лечь. — И добавила по-испански: — Спокойной ночи.

Поднимаясь по лестнице, она встретила Марию и молодую горничную и вежливо поинтересовалась, какая комната отведена для нее. Мария проводила гостью в комнату и удивленно смотрела, как та, не раздеваясь, рухнула на постель и тут же закрыла глаза. Антония не ответила на предложение Марии раздеться, но слышала, как та, удаляясь, сетовала на то, с кем приходится связываться хозяину.