Ничего больше - Анна Тодд

Утро наступило быстро. Я заснул после полуночи и проснулся в шесть. Сколько часов сна рекомендуют доктора? Семь? До идеала мне не хватает процентов тридцать. Это, безусловно, много. Но я привык ложиться поздно, а просыпаться рано и настоящим ньюйоркцем стану не скоро. В Бруклине я каждый день пью кофе, постепенно начинаю ориентироваться в метро и уже научился уворачиваться от мамаш с детскими колясками.

Тесса набирается опыта одновременно со мной, хотя между нами есть одно, возможно, важное отличие: я даю меньше денег бездомным, которых встречаю по дороге в колледж. А Тесса, возвращаясь с работы, жертвует половину своих чаевых. Не то чтобы мне все равно или я не был склонен оказывать помощь нуждающимся, просто я предпочитаю при возможности угощать их кофе или кексами, а не снабжать деньгами, чтобы не поддерживать потенциальные вредные привычки. Мне понятны чувства, с которыми Тесса вручает бездомному пятидолларовую банкноту. Она искренне надеется, что тот купит еды или то, что ему необходимо. В этом я совсем не уверен, но не хочу с ней спорить. Возможно, Тесса придерживается другого мнения, но я знаю, что она поступает так по личным причинам. Тесса нашла своего отца, давно ушедшего из семьи, когда тот жил на улице. Они познакомились незадолго до того, как отец снова начал употреблять наркотики и умер. Это было чуть меньше года назад. Моя подруга тяжело переживала потерю, и, думаю, помощь незнакомцам облегчает боль от незатянувшейся раны.

За каждый пожертвованный доллар она получает в награду улыбку, благодарность или благословение. Тесса из тех, кто старается видеть в людях только хорошее. У нее щедрое сердце, поэтому и от других она ждет бескорыстия и доброты, надеясь, что в глубине души все люди милосердны. По-моему, таким образом она пытается оправдаться перед собой за неудавшиеся отношения с отцом, а возможно, и с Хардином, одним из самых сложных из известных мне людей. Конечно, так считать наивно, но Тесса – моя подруга, а это единственная позитивная мысль, которая поддерживает ее в последнее время. Ее серые глаза опухли от бессонницы. Она изо всех сил старается вернуться к жизни после постигших ее несчастий: мучительного разрыва с любимым, смерти отца и провала при поступлении в университет.

Слишком много испытаний для одного человека. Год назад, когда мы только познакомились, Тесса была совсем другой. Внешне она не изменилась: красивая блондинка с выразительными глазами и нежным голосом. Высокий средний балл аттестата давал ей все шансы стать студенткой. Стоило нам начать общаться, и я тут же почувствовал, что встретил женскую версию самого себя. Мы первыми пришли на лекцию в первый день занятий в колледже, разговорились и моментально сблизились. Наши отношения стали еще более доверительными, когда завязался роман с Хардином. Я был свидетелем их любви и скорого расставания.

Я видел, как они ссорились и мирились, как они сходили с ума от страсти и терзали друг друга снова и снова. Я то вставал на сторону Хардина, то поддерживал Тессу, так что в этой войне мне тоже досталось. Отношения между ними были слишком сложными и запутанными, поэтому теперь я беру пример с Беллы Свон и сохраняю нейтралитет, как Швейцария.

Ой, я упомянул «Сумерки»! Мне нужен кофеин. Сейчас же.

В кухне я увидел Тессу, сидевшую за нашим маленьким столом с телефоном в руке.

– Доброе утро, – кивнул я и включил кофеварку.

С тех пор, как я устроился на работу в «Мельницу», во мне появился своего рода кофейный снобизм. Это не мешает, когда твоя соседка по квартире – такая же страстная поклонница благородного напитка. Она не такая требовательная, но любит кофе даже больше меня.

– Доброе утро, солнышко, – ответила Тесса рассеянно.

Сначала она едва взглянула на меня, оторвав взгляд от мобильника, но заметила глубокий порез над моей бровью, и на ее лице появилась тревога. Проснувшись, я снял пластырь и намазал рану мазью.

– С головой все в порядке, но, черт возьми, мне так стыдно!

Я насыпал бразильского кофе в кофеварку. Машина занимает половину свободного пространства между бежевым холодильником и микроволновкой, но мы не можем без нее обойтись.

Тесса улыбнулась, прикусив губу.

– Да уж, – согласилась она, прикрывая рот, чтобы скрыть усмешку.

Я был бы рад, если бы она рассмеялась… Я хочу, чтобы она вспомнила, что такое веселье.

– Налить еще? Ты сегодня работаешь? – спросил я, заметив на столе пустую крохотную чашечку.

Вздохнув, Тесса подняла со стола мобильник и тут же положила обратно.

– Да.

Глаза опять красные от слез. Этой ночью я не слышал плача, но это ничего не значит. В последнее время ей лучше удается скрывать переживания. Во всяком случае, она так думает.

– Да, налей, пожалуйста, и да, работаю, – ответила Тесса. Покашляла и, опустив глаза, спросила: – Ты не знаешь, когда приедет Хардин?

– Нет. Мы не виделись несколько недель. Ты же его знаешь. – Я пожал плечами. Если кто и знает Хардина, то это Тесса. – Ты уверена, что не против этого? Только скажи – и я поселю его в гостинице или еще где-нибудь, – предложил я.

Я не хотел создавать ей проблем в собственном доме. Хардин, конечно, на меня обидится, но мне по барабану.

Она изобразила улыбку.

– Нет, нет, все нормально. Это же твоя квартира.

– И твоя тоже, – напомнил я ей.

Я поставил первую чашку эспрессо для Тессы в морозильник. Последнее время она пьет только холодный кофе. Подозреваю, что все, даже горячий кофе, напоминает ей о бывшем.

– Возьму в ресторане дополнительные смены. Обучение почти закончилось. Сегодня я буду готовить обед и ужин.