Пока не поздно - Кей Мортинсен

— Какой кошмар! Ах, если бы только знать заранее! — Мей подалась вперед. — Но я же все объяснила. Вы должны понять: я ни за что на свете не хотела бы его расстроить!

Мей отхлебнула чаю — напиток и впрямь бодрил ничуть не хуже кофе — и посмотрела на собеседника поверх чашки. Похоже, мистер О'Донегол пребывал в нерешительности. Еще немного — и он сдастся без боя!

— Ник только что пережил серьезное потрясение. Я никому, слышите, и никому не позволю нарушить его покой! — сурово отрезал Энтони. — Когда вы от него отреклись…

— Но я от него не отрекалась! — воскликнула Мей.

— А Ник считает, что отреклись. — Энтони скрестил руки на груди с видом неумолимого судьи. — Я подарю вам несколько фотографий. Продолжая настаивать, вы лишь растравляете собственные раны. Ник не желает вас видеть. Смиритесь с этим и возвращайтесь домой.

— Не могу! — не отступалась Мей. — Отец обиделся, потому что не получил от меня ответа. Но когда он узнает, что моей вины тут нет…

— Об этом он никогда не узнает, потому что я не стану передавать Нику вашу версию. Честно говоря, я в нее не верю. Не верю, что вы тотчас же ему ответили!

До глубины души возмущенная, Мей вскочила на ноги.

— Тогда я отыщу отца и сама ему все расскажу! И вам меня не удержать!

Одним стремительным движением Энтони преградил ей путь.

— Я буду вынужден применить силу, — очень тихо предупредил он.

Мей зажмурилась, чтобы не разреветься от собственного бессилия.

— Ну пожалуйста, выслушайте меня! — взмолилась она, открывая глаза и с тоской глядя на своего мучителя.

Наступила долгая пауза. Мей затаила дыхание.

— Хорошо, выслушаю, — проворчал Энтони наконец. — Но и только. Присаживайтесь. И выкладывайте, что у вас там.

Мысленно возблагодарив судьбу, Мей опустилась снова на стул. Краткая передышка отвоевана. От следующих нескольких минут зависит ее судьба. Она чувствовала, как волнами накатывает паника и по щекам разливается жаркий румянец.

— Вы защищаете близкого человека, — глухо проговорила Мей. — Я все понимаю. Я рада, что об отце есть кому позаботиться. Но клянусь вам: я желаю ему только добра!

Энтони с циничной усмешкой изогнул бровь.

— В самом деле? И вы готовы поступиться собственными интересами ради его блага?

— Объясните, что вы имеете в виду, — осторожно попросила Мей.

— Если вы в самом деле любите Николаса, вы станете радеть не о себе, а о нем, — тихо уточнил собеседник.

— А в чем же заключаются его интересы? — Не ответив, Энтони отвел взгляд, и Мей почувствовала, что отыграла очко. — Вы сами в точности не знаете, верно? Отец твердит, что видеть меня не желает, а вы гадаете, не совершает ли он ошибки. Энтони, подумайте хорошенько! Вы, как человек порядочный, не встанете между отцом и дочерью. Вас до гробовой доски совесть будет мучить, если вы не попытаетесь переубедить упрямца. Да вы же сами это понимаете. Я читаю это в ваших глазах. Ну, пожалуйста, дайте мне хоть самый маленький шанс!

Энтони с трудом перевел дух. Во взгляде его и впрямь читалось сомнение. Пульс Мей участился, она нервно сплетала и расплетала пальцы.

— Мне нужно время, чтобы все обдумать, — проворчал он.

— Замечательно! Спасибо вам преогромное! — захлопала в ладоши Мей.

— Я должен рассмотреть ситуацию со всех сторон, не более того. Пока что ничего не изменилось. И не стройте несбыточных иллюзий, — предостерег Энтони.

Запрокинув голову, молодая женщина звонко рассмеялась.

— Я неисправимая оптимистка. Не могу не надеяться на лучшее! Мне так хочется сжать отца в объятиях, что просто разум мутится!

— Тогда воздержитесь пока от надежд. Иначе очень расстроитесь, если я решу, что встречаться вам не стоит, — глухо предупредил Энтони.

Мей непроизвольно поежилась, словно от холода.

— У меня сердце разобьется, — вздохнула она.

— Все лучше, чем если бы вы разбили сердце Нику, — возразил Энтони.

— Но зачем бы мне это делать? — изумилась Мей. — И как?..

— Вы вообще хоть что-нибудь об отце знаете? — рявкнул Энтони.

— Нет, совсем ничего. И это так ужасно!..

— Но вам известно, что мистер Фоссетт живет в большом доме, — цинично напомнил ее собеседник.

Оскорбленная недвусмысленным намеком, Мей с достоинством выпрямилась.

— Думаете, я на его деньги позарилась? Да я совсем не за этим приехала! Если вы не способны с первого взгляда распознать искренность, прямоту и любовь, то мне вас до глубины души жаль!

— Мисс Фоссетт, вы сами усложняете мне задачу, — произнес Энтони еле слышно, скорей обращаясь к самому себе, нежели к собеседнице.

Мей до боли закусила губу. С каждой минутой атмосфера накалялась все больше. Энтони словно не находил в себе сил отвести взгляд от гостьи, а Мей ощущала себя его пленницей.

— А… что вас связывает с отцом? — полюбопытствовала она, с усилием возвращаясь к реальности.

— Я его «правая рука», — невозмутимо отозвался Энтони. — Ник полностью мне доверяет и полагается на мое мнение.

Мей нервно сглотнула. Мысли мешались от усталости.

— Значит, вы можете на него воздействовать?

— Если захочу.

— Ох, пожалуйста, захотите! — попросила она.

Энтони отшатнулся, словно потрясенный услышанным. Льдинки в серых глазах на мгновение растаяли, и Мей поняла, что выиграла еще одно очко.

Не так уж он и враждебно к ней настроен! От Энтони О'Донегола исходило смутно ощутимое тепло, суровое лицо чуть заметно смягчилось. Он придирчиво изучил гостью, взвесил и оценил мельчайшую подробность, и, кажется, мнение у него составилось не самое худшее.

Мей вспыхнула, а во рту у нее пересохло, когда пристальный взгляд серых глаз скользнул по ее шее, по высокой груди, по длинным скрещенным ногам… Ей вдруг захотелось одернуть вызывающе короткую юбку, чтобы скрыть дюйм-другой округлого бедра, однако это означало бы привлечь внимание как раз туда, куда не нужно.

Теперь Энтони рассматривал ее губы. И Мей почувствовала, как под внимательным взглядом они словно сами собою приоткрылись — видно, вследствие врожденного биологического рефлекса. Спрятавшись за чашкой, точно за щитом, молодая женщина поспешно отхлебнула еще чаю.

— Договор остается в силе, — хрипло проговорил Энтони. — Попробуйте переубедить меня.

Мей облизнула пересохшие губы.

— Мне двадцать четыре года. Закончила колледж, поступила в рекламное агентство. Работа моя заключалась в том, чтобы убеждать потенциальных клиентов поручить рекламную кампанию именно нам, и никому другому.