Клятва соблазнителя - Мейси Ейтс

Оказалось, что под укрощением Андрес понимал попытку закутать ее в шелк. Зара не чувствовала себя укрощенной. Напротив, она испытывала раздражение и негодование. Эти чувства не покидали ее с того момента, как он вчера выгнал ее из своей спальни.

При воспоминании об этом ее бросило в жар, и она предположила, что причина была в гневе. Разве могла она не злиться на человека, который вытащил ее из ванны, прижал к себе и понес в комнату, словно она была вещью, принадлежащей ему?

Вот только этот гнев не был похож на то, что она испытывала прежде. Наверное, все дело в непривычном окружении и нарядах, о которых она раньше даже мечтать не могла.

– Выпрямите плечи, – строго произнесла портниха по имени Елена, подгоняющая платье по ее фигуре.

– Вы ее слышали? – донесся из-за ширмы голос Андреса. – Стойте смирно, иначе это займет больше времени.

– Я не ребенок, – возмутилась Зара. – Со мной не нужно говорить как с маленькой девочкой.

– Тогда стойте спокойно, – сказала портниха.

Зара не привыкла к такому вниманию. Ресурсы ее общины были ограниченными, о новом гардеробе она могла только мечтать. В детстве она носила то, из чего вырастали другие дети. Все ее вещи были практичными, но красивыми или модными их назвать было нельзя. В годы жизни во дворце она, наверное, была окружена красивыми вещами, но ее воспоминания о том времени были расплывчатыми. Главным образом она помнила вкусы и запахи. Ведь ей было всего шесть лет, когда ее забрали из дворца.

Она говорила себе, что ненавидит роскошные наряды, но понимала, что это ложь. Платье, которое было сейчас на ней надето, было великолепно. Она никогда раньше не думала, что у нее может вызвать восхищение одежда. Корсаж платья был облегающим, а юбка походила на розовое облако. Одним словом, платье было непрактичным, но очень красивым.

– Не желаете взглянуть, ваше высочество? – спросила Елена.

– Почему нет?

Судя по его тону, ему было скучно. Ей следовало обидеться, но она сказала себе, что ей совершенно все равно. Этот мужчина ничего для нее не значит. Ей наплевать на его мнение.

Все же, когда портниха отодвинула ширму и по телу Зары скользнул обжигающий взгляд принца, ее словно кипятком обдало.

Зара сделала глубокий вдох, и взгляд Андреса задержался на ее груди. Он нарочно пытается ее смутить? По-другому и быть не может. Раньше мужчины не смотрели на ее грудь. Они вообще на нее не смотрели. Раз запретил им к ней приближаться. Он хотел ее защитить. Зара это понимала, но иногда ей казалось, что она вызывает неприязнь у своих соплеменников.

Огонь, горящий в глазах Андреса, не может быть настоящим. Он притворяется, чтобы вызвать у нее чувство неловкости.

– Что скажете? – спросила она.

– Сейчас вы определенно больше похожи на принцессу, чем вчера.

– Полагаю, на ваше мнение повлияла традиция, в которой вы воспитывались.

– Вы так считаете?

– Да. Там, где я выросла, точки, нарисованные на лице золотой краской, считаются признаком королевской особы, так же как и фиолетовый халат с золотой вышивкой, который был на мне вчера. Сейчас на мне просто красивое платье.

– Это платье от-кутюр, – резко произнесла портниха.

– Вы позволите ей разговаривать со мной таким тоном? – спросила Зара.

– Да. Вы ее обидели.

– Если так, то приношу свои извинения. – На самом деле Зара совсем не испытывала чувства вины. Она по-прежнему чувствовала себя пленницей, которой манипулировали. – Я устала. – Приподняв пышную юбку, она повернулась и села на край кровати.

– Должно быть, примерять целый день платья очень тяжело, – предположил Андрес.

– Полагаю, не легче, чем сидеть и наблюдать за тем, кто это делает.

– Все же, наверное, это не так тяжело, как снимать мерки с непоседливой девчонки. – Прислонившись к стене, он скрестил руки на груди и обратился к портнихе: – Елена, вы можете идти.

– Да, ваше высочество, – с неохотой произнесла женщина, но подчинилась и оставила их наедине.

– Ну? – спросила Зара, сложив руки на подоле платья. – Я достаточно изменилась для того, чтобы стать вашей женой?

– Вам еще нужно проделать большую работу, – сухо ответил Андрес. – Вы все еще выглядите диковатой.

– Наверное, потому, что я диковата. Вам не приходило в голову, что с этим невозможно ничего сделать? Что даже если вы сделаете меня идеальной внешне, мой характер останется неизменным?

– Согласен. Изменить характер намного сложнее, чем внешность.

– Вы это говорите исходя из собственного опыта?

Один уголок его рта поднялся.

– Да. Мне определенно не удалось измениться.

– В таком случае с чего вы взяли, что сможете изменить меня всего за пару месяцев?

– Мне не придется вас менять. Мне просто нужно будет научить вести себя так, чтобы у всех остальных создалось впечатление, будто вы изменились. Что-что, а пускать пыль в глаза я умею.

– Я думала, что ваша конечная цель – укротить меня.

Второй уголок его рта поднялся. Теперь он улыбался, но в его улыбке не было веселья.

– Позвольте мне узнать, считаете ли вы меня покорным?

Зара вспомнила, как он вчера вытащил ее из ванны и швырнул на кровать.

– Нет, – ответила она.

– Правильно. Но я умею казаться покорным, когда мне это нужно.

– То есть вы мне предлагаете вести себя как принцесса только на публике?

– Да, но мне все же хотелось бы, чтобы вы хоть немного меня слушались. Я не хочу, чтобы меня укусили.

Его глаза заблестели, но на этот раз не от гнева. Его взгляд словно наполнился расплавленным огнем, и ее снова бросило в жар.

– Я никогда никого не кусала. Ваши опасения безосновательны.

Андрес поднял бровь: