Сотканные из времени - Нонна Монро

В зале около сотни студентов, но мой взгляд прикован кКэтрин Фокс. Я пытался найти в ней что-то от той пятнадцатилетней девочки, которая срывала каждую встречу золотой пятерки. Которая наматывала локон на пальчик, забавно хихикала и краснела, стоила мне оказаться в поле зрения. Темные волосы стали длиннее и гуще. Пухлые обкусанные губы постоянно изгибались в ухмылке. Карие глаза прожигали, добираясь до самой души. И глупо было отрицать, насколько потрясающе выглядела ее подтянутая фигура. Я прекрасно знал, что Кэтрин была не равнодушна ко мне. Однако считал, что влюбленность Кэтрин равна чувствам, которые испытывают к кумирам. Ты прекрасно понимаешь, что вас разделяет пропасть под названием «жизнь» (но внашем случае возраст), но ничего не можешь сделать. Просто объект для обожания.

Для меня жеКэтрин была лучшей подружкой двоюродной сестры. Они сЭшли вечно крутились рядом и вызывали только улыбку. На таких встречах девочкам было скучно в компании стариков, которые постоянно обсуждали свой бизнес. Я, в свои двадцать восемь, настолько погряз в гонке, что едва не потерял голову из-за бессмысленных цифр и потенциальных миллионов, которые можно было заработать. Пускай и пытался хоть как-то развлечь Эшли иКэтрин, все равно краем уха слушал о количестве акций и хорошем росте монет.

Я досих пор не притронулся к своему трастовому фонду, пытаясь доказать себе, что империю возможно построить без стартового капитала. Не использовал ни единого цента. Кругленькая сумма девственно продолжала лежать на счету. Мне нравилось достигать высот не прибегая к своему положению и фамилии. Да, Эндрюс звучала не так громко как Фокс или Браун. Но моя мама была родной сестрой матери Эшли, а значит мне была доступна опция «я практически член золотой пятерки». Только это не потребовалось, чтобы стать вице-президентом Болфорда и выкупить сорок девять процентов акций.

Звонка Виктора Фокса я ждал давно. Как только образовалась золотая пятерка, их дети автоматически оказались в списках зачисленных. Я нестал оспаривать это решение, когда получил должность, ведь обучение вБолфорде в целом мало кому по карману. Но небыл уверен, что Кэтрин решится на пять лет запереть себя вдали от города. Она в детстве то была не особо усидчивой. А сейчас и вовсе, едва могла усидеть за столом.

Мое внимание привлек иТайлер Гилл. Удивительно, как парень вытянулся за эти пять лет. Стал еще более хмурым и отстраненным. Мальчишкой, он чаще всего молчал и старался, как можно скорее улизнуть от безумного папаши, который только и делал, что подлизывался к пятерке. Их дружба для меня стала открытием. А когда эти двое махнули хвостом и ввосемнадцать лет свалили отдыхать, и вовсе привели в исступление. Так или иначе, я знал об ихпередвижениях, даже когда пять лет назад приехал сюда и стал вице-президентом. Но почему-то ожидал, что Кэтрин, достигнув совершеннолетия, свяжется со мной.

Я проводил взглядом эту парочку и вновь взглянул наХанну — студентку третьего курса. Она часто не давала прохода и забалтывала при любом удобном случае, наматывая рыжие волосы на пальчик. Многие студентки пытались со мной флиртовать. Это стало так обыденно, как кружка кофе по утрам. Однако я четко давал понять, что между мной и студенткой Болфорда не может быть никаких отношений.

Наконец-то Ханна закончила свой монолог и оставила меня в одиночестве. Вот только есть совершенно не хотелось. Я покинул обеденный зал и двинулся в сторону кабинета. Впереди ждала бесконечная документация, которая с каждым днем лишь увеличивалась. К счастью, сегодня не было занятий.

Возле кабинета стояла Энни — ученица пятого курса. Она планировала после окончания учебы остаться работать вБолфорде, поэтому проходила практику, помогая выгребать бумаги, заполненные цифрами. Энни мне нравилась потому, что не пыталась залезть в брюки и неосыпала неуместными комплиментами. Она выполняла свою работу и лишь изредка ее губы изгибались в улыбке.

—Мистер Эндрюс, я сделала отчет. Хотела бы отпроситься на пятницу, так как необходимо написать реферат,— выпалила она на одном дыхании. Светлые волосы, как обычно, туго завязаны на макушке и скручены в пучок.

—Хорошо. Предупреди Луизу, чтобы не рассчитывала на тебя. На следующих выходных я уеду вБостон.

Энни закивала и, быстро развернувшись на высоких каблуках, постаралась скрыться за ближайшим поворотом. Я провернул ключ в замке и почти переступил порог кабинета, как внезапно услышал свое имя.

—Нейт!

Эшли воровато озиралась по сторонам и стремительно приближалась ко мне. Ее короткие волосы были взлохмачены, а щеки и шею покрывали красные пятна. Я пропустил ее вкабинет и закрыл дверь. Сестра попыталась восстановить сбившиеся дыхание. И яоткровенно не понимал, что с ней могло случиться.

—Почему ты несказал, что Тайлер Гилл приедет вместе сКэтрин?

Мне пришлось несколько раз моргнуть, чтобы суть сказанных слов осела в голове. Эшли, как правило, редко интересовали новые студенты. У нее был свой круг общения, сформированный еще с первого курса.

—Должен был?

Эшли закусила губу и устало рухнула в кресло. Прохладный ветер пробрался сквозь распахнутое окно и взъерошил ее волосы. В собственном кабинете стало тесно, словно присутствие Эшли уничтожило свободное пространство. Я выдохнул и поправил ремешок часов. Следом направился в свое кресло, чтобы разобраться с внезапно возникшей проблемой. Эшли, на сколько я помнил, никогда не общалась сТайлером. Харпер тщательно отбирала людей для дочери. Она придерживалась несуществующего кодекса, где не только Джефф Гилл считался отбросим, но иего сын.

Эшли молчала. Меня этот разговор начинал выводить из себя. Я недавал поблажек Эшли, только потому, что она моя сестра. В стенах колледжа Эшли такая же студентка, как и все остальные. К тому же, она посещала мои внеклассные занятия по литературе.

—Так объяснишь в чем проблема?— Терпеливо начал я.

—Они не дадут мне жизни. Кэтрин слишком обижена из-за того, что я перестала с ней общаться…

—Остановись,— я вскинул руку.— Кэтрин иТайлер только приехали в колледж. Оба здесь для того, чтобы учиться. Если возникнут проблемы, мы разрешим их вштатном порядке. Я несобираюсь решать несуществующие ситуации.

—Мама уже знает, что они здесь?

—Я необязан отчитываться перед Харпер. Гилл иФокс ровно такие же студенты, как и ты.

—Нейт,— вздохнула Эшли, пряча лицо в маленьких ладошка.

Воздух в кабинете сгустился. И даже ветер, что прогуливался вдоль книжных шкафов, не смог остудить меня. Такого рода разговоры раздражали. Студенты через день приходили жаловаться на однокурсников, надеясь, что их фамилия поспособствует отчислению. И каждый раз их жалоба звучала все более жалкой.