Покоренная графом - Салли Маккензи

Джейн поморщилась. У нее не было времени на любопытство.

– Милорд, мы вроде бы собирались поговорить про ярмарку.

– Мы можем поговорить, когда пойдем следом за Поппи, – ответил граф. – Мы не обязаны оставаться в кухне. – Он с сожалением взглянул на пустое блюдо, где еще недавно лежали кексы, и, поднявшись, протянул Джейн руку.

Она несколько секунд рассматривала его ладонь. И ей ужасно хотелось принять руку графа, чтобы прикоснуться к нему.

«Нет-нет! – мысленно воскликнула Джейн. – В лорде Эвансе нет ничего особенного…»

– Ладно, хорошо. – Она встала (без его помощи) и зашагала к двери, игнорируя тихий смешок, раздавшийся у нее за спиной.

«Мисс Джейн Уилкинсон такая колючка, – подумал Алекс. – И это очень забавно…»

Подавив смех, он вышел из кухни вслед за хозяйкой, и это было весьма примечательное зрелище. Впереди шла кошка с задранным в виде вопросительного знака хвостом, за ней – хмурая мисс Уилкинсон с такой прямой спиной, словно проглотила каминную кочергу, а замыкал шествие он сам.

Алекс уже понял, что принял правильное решение, надумав поехать в Лавсбридж. Пикировка с этой острой на язык старой девой – как раз то, что ему сейчас требовалось: беседа с ней прекрасно его взбодрила.

А кошка тем временем повела процессию вверх по лестнице.

Что ж, очень хорошо. Сейчас он поможет мисс Уилкинсон с ярмаркой, а потом… отправится на поиски жены. Возможно, к этому времени, на следующий год, он будет не только женат, но уже и станет потенциальным отцом – как Маркус.

Если, конечно, Маркус останется жив…

Граф невольно вздрогнул и сделал глубокий вдох.

Нет-нет, не стоило беспокоиться. Конечно же, Маркус останется жив, но… Но он, Алекс, будет счастлив, когда увидит друга с наследником на руках.

Процессия поднялась на следующий этаж, где на выбор имелось три двери – две справа и одна слева. Поппи метнулась в одну из правых.

– Ваша комната, мисс Уилкинсон? – спросил граф и ему почему-то вдруг захотелось увидеть ее спальню.

И кровать, хм…

Интересно, как она отходит ко сну? Неужели каждую ночь лежит на спине, натянув до подбородка одеяло? И неужели на ней ночная рубашка с длинными рукавами и высоким воротничком, прикрывающая каждый дюйм тела?

При этой мысли некая часть его собственного тела внезапно затвердела.

Проклятье! Да что это с ним такое? Да, мисс Уилкинсон забавна и даже привлекательна, но она убежденная старая дева и уж точно не относится к тем спокойным тихим женщинам, из которых он намерен выбирать. А эта… Ведь совсем недавно он видел, как она шумно скандалила с Вертриггером. Причем явно не собиралась уступать, хотя поначалу – граф какое-то время наблюдал за ними издали – была с ним совершенно одна. Если бы этот мужлан пустил в ход кулаки, ей бы грозила серьезная опасность. Но она, кажется, этого так и не поняла. И уж точно не испытала облегчения, когда он, Алекс, к ним подошел. Более того, казалось, что она вовсе не обрадовалась его вмешательству.

Алекс внезапно нахмурился. Да, конечно, он восхищался ее независимостью и отвагой, но ей бы не помешала толика страха, чтобы удерживать в узде браваду. Осторожность – добродетель, какой она, похоже, не обладала.

– Нет, моя комната слева, – ответила Джейн. – Она самая большая.

– А… понятно. В таком случае… Надо полагать, это бывшая спальня Изабеллы.

Алекс шагнул к двери и заглянул внутрь. Конечно, это было бестактностью с его стороны, но он просто не мог удержаться, словно какая-то неведомая сила влекла его к порогу.

Комната была довольно темная, с дубовыми панелями и большой кроватью под балдахином с красными занавесями. Кровать казалась слишком широкой для одинокой…

Хм… А он бы не отказался…

«Боже правый! – одернул себя Алекс. – Ведь это мисс Уилкинсон, убежденная старая дева, которую совершенно не интересует замужество».

Алекс нахмурился, уставившись на кровать. «Тебе нужна спокойная тихая женщина, – думал он. – Кто-то вроде Шарлотты… Чтобы позволяла тебе защищать ее… И чтобы не спорила с тобой…»

А эта мисс Уилкинсон… Она, пожалуй, кинется защищать его самого, если вдруг возникнет какая-нибудь опасность.

Хотя, с другой стороны… С Шарлоттой-то ему было довольно скучно…

Нет, не было ему скучно! Ему…

Ох, да какая разница? Ведь мисс Уилкинсон не интересуется замужеством. Так что не стоит о ней и думать.

– По словам Кэт, когда она тут поселилась, вон там висел портрет Изабеллы в полный рост. – Мисс Уилкинсон указала на стену.

– Вы собираетесь его чем-нибудь заменить?

– Конечно. Просто у меня пока не было времени, чтобы…

«Мур-мяу!..»

Граф оглянулся. Поппи сидела на пороге комнаты, в которую направлялась с самого начала, и в раздражении била по полу хвостом.

– Мне кажется, она теряет терпение, – заметил Алекс.

Мисс Уилкинсон вздохнула.

– Да, похоже. Пожалуй, лучше сделать то, что она хочет. Иначе она не оставит нас в покое, уверяю вас.

С этими словами Джейн направилась к той комнате.

– А вы не против жить с такой… гм… требовательной и властной кошкой? – спросил Алекс, шагая следом за хозяйкой. Забавно было наблюдать, как волевая и упрямая мисс Уилкинсон плясала под дудку Поппи.

Джейн рассмеялась.

– Поппи вообще-то не властная. И никакая она не требовательная, – добавила девушка, нахмурившись. – Поппи всего лишь кошка, лорд Эванс. Животное. Она не умеет думать.

Поппи в раздражении зашипела, и граф взглянул на свои сапоги – ему очень не хотелось, чтобы кошка вцепилась в них своими острыми когтями.

– Тем не менее она, как мне кажется, умеет заставить людей делать то, что ей хочется, – заметил он, снова посмотрев на кошку.

Мисс Уилкинсон скорчила гримасу.

– Полагаю, что так, милорд.

Они переступили порог и оказались в помещении, которое когда-то было то ли кабинетом, то ли гостиной. А сейчас эта комната была забита ненужными вещами.

– Я все собираюсь попросить герцога, чтобы прислал мне кого-нибудь в помощь, – сказала мисс Уилкинсон. – Ведь надо все это выкинуть…

– Хммм… – Внимание Алекса тотчас же привлекла большая картина, стоявшая у потертого кресла с мягкой обивкой. На картине была изображена девушка в наряде начала пятнадцатого века.

– Это Изабелла?

– Да, – кивнула Джейн. – Представляю, каково это было бы – ложиться каждую ночь в постель под ее взглядом…

«А я могу представить, каково это – каждую ночь ложиться в постель с тобой…» – мысленно ответил Алекс. В очередной раз одернув свое разыгравшееся воображение, он внимательно посмотрел на картину и проговорил: