Темный огонь - Бренда Джойс

Сердце Джейн болело, каждый новый день начинался с нового приступа боли, все прошедшие месяцы. И теперь Джейн уже поняла, что ей никогда не разлюбить Николаса.

Джейн вошла в свой номер и бросила на стол пакеты. Она ходила по магазинам. Как только она села на диван, чтобы немного отдохнуть, как полированная дверь красного дерева, соединяющая ее номер с номером Линдлея, открылась и вошел Джонатан.

– Джейн! Я уже начал беспокоиться! Вы должны были вернуться несколько часов назад!

Она едва глянула на него.

– Я гуляла в парке.

– Гуляли по парку? – скептическим тоном переспросил Линдлей. – Что случилось! Вы ужасно выглядите.

Джейн внезапно решилась сказать ему все и тут же выпалила:

– Я беременна!

Он отшатнулся, потрясенный.

Джейн почувствовала, как на ее глазах вскипают слезы.

– Черт, черт, черт! – в отчаянии выругалась она, но тут же спохватилась и раскаялась: – О нет, нет, я хочу его ребенка, конечно же, хочу!

– Просто поверить не могу! – выдохнул Линдлей.

– Он должен об этом узнать, – сказала Джейн, и ей стало не по себе при воспоминании о том, как она скрывала от графа Николь. – Я должна сказать ему. Я напишу письмо.

– Нет! Он же сразу приедет за вами! Джейн печально посмотрела на него.

– Я ведь не собираюсь писать ему прямо сегодня, Джон. Я напишу через несколько месяцев, когда он уже перестанет желать меня… тогда он и узнает обо всем.

Линдлей открыл рот – и снова закрыл его. Потом коснулся плеча Джейн, погладил. И наконец сказал:

– Что я могу сделать для вас?

– Ничего, – грустно улыбнулась она.

– Может быть, не пойдем сегодня в гости?

Джейн посмотрела на него, и в ее сердце шевельнулась тревога. Они были приглашены на ужин к Рету Брэггу. Рет – брат Николаса. Конечно, он был давно знаком с Линдлеем, они не раз встречались во время приездов Рета в Лондон, к брату. Линдлей с Ретом случайно встретились в мужском клубе в Нью-Йорке, и Рет пригласил Линдлея поужинать с ним и его молодой женой, Грэйс. Джейн не хотелось туда идти. Разумеется, Рет не знал, что она была любовницей его брата, что она – мать ребенка Николаса. Но все же Джейн хотелось бы держаться подальше от Рета; в этом знакомстве она ощущала какую-то угрозу, пусть даже оно останется поверхностным… Но Линдлей уговорил ее принять приглашение. «Почему бы и не провести один-единственный вечер с приятными людьми, – сказал он, – вы ведь совсем не имеете развлечений…» – и Джейн уступила. К несчастью – или к счастью, – они с Грэйс мгновенно подружились. И теперь, когда прошло уже две недели, Грэйс знала о Джейн все, что только можно было знать, а Джейн знала все о Грэйс. Грэйс знала даже, что Джейн оставила в Лондоне большую любовь… ей лишь неизвестно было, что любовь эта – брат ее мужа. Джейн вообще старалась не упоминать о том, что знает Николаса, умалчивая об этом периоде своей жизни. Джейн знала, что и Рет, и Грэйс считают их с Линдлеем любовниками и что им обоим это чрезвычайно нравится.

Джейн внезапно поняла, что ей хочется увидеть Грэйс. Она хотела довериться подруге – во всем. Конечно, ей не следовало этого делать, она не должна. Но, по крайней мере, можно поговорить о ее положении, поплакаться на теплом плече подруги.

– Нет, я хочу пойти, я хочу повидаться с Грэйс.

Но Линдлей не слышал ее слов. Он пристально смотрел на нее.

– Джейн, – сказал он, – а ведь это выход. Джейн удивленно моргнула.

– Выходите за меня замуж!

– Я не могу!

– Очень даже можете! Шелтон женат на Патриции. Поймите это, Джейн, поймите! Черт побери, я просто видеть не могу, как вы страдаете! Его жена – Патриция! Вы беременны, вы одиноки. Мы с вами старые друзья. Более того, я люблю вас, я буду страшно счастлив заботиться о вас, стать отцом вашего ребенка! Неужели вам хочется, чтобы малыш считался незаконнорожденным?

Джейн вздрогнула.

– Я не знаю, Джон… мне надо подумать.

– Подумайте. – Он склонился к ней, коснулся ее щеки. – Я всегда рядом. Я всегда готов вам помочь. Думаю, я уже доказал это, и не раз. Вы знаете, что можете на меня положиться, можете мне довериться.

Он встал и ушел в свои комнаты. Джейн смотрела ему вслед. Потом, закусив дрожащую нижнюю губу, упала на диван и прижалась щекой к подушке. Должна ли она выйти замуж за Линдлея?

О Боже! Что еще уготовила ей Судьба?

– Николас… – прошептала Джейн. – Что же мне делать?