Летняя королева - Элизабет Чедвик

Она не могла кричать – не хватало дыхания. Перед глазами все потемнело и расплылось, но она смутно сознавала, что солдаты схватили Мамилю и Амарию, угрожая им мечами. Де Галеран и еще один рыцарь подхватили ее с полу и понесли, словно свернутый ковер на базаре. Оказавшись в гостиной, она увидела Гизелу. Девушка была готова к поездке: на плечах – накидка, в руке – сверток с вещами. Глаза широко открыты от страха, но подбородок горделиво вздернут. И Алиенора сразу поняла – вот он, предатель, под стать развратнику.

После короткого перехода и звона кисета с деньгами, поменявшего хозяина, Алиенору бесцеремонно бросили на каменистую землю. Толстый плащ немного смягчил падение, но не совсем. Если прежде она дышала с усилием, то теперь это стало вообще едва возможно. Королева не сомневалась, что умрет, а вместе с ней и ее дитя. Она задыхалась внутри плаща. В горле булькала жидкость, и она все время срыгивала.

Тьерри наклонился и разрезал веревки. Алиенора втянула в себя воздух, набрала полные легкие.

– Ты умрешь за это! – Она закашлялась.

– Сомневаюсь, – сказал Тьерри. – Но ты можешь.

Он схватил ее с помощью другого рыцаря и подвел к перебирающему копытами неспокойному коню. Один из солдат уже сидел верхом, и ее погрузили перед ним, как тюфяк. Алиенора хотела закричать, но он прижал твердую мозолистую ладонь к ее рту и носу, чуть не перекрыв ей дыхание.

– Еще раз крикнешь – и тебе конец.

Она попыталась его укусить, и он выругался.

– Заткни ей рот кляпом, – велел Тьерри, передавая всаднику тряпку, которую тот скомкал и засунул Алиеноре в рот. – И глаза завяжи. Пусть ничего не видит, стерва.

Королева сопротивлялась, но мужчины были сильнее, к тому же разозлены. Солдат пришпорил коня, и тот рванул вперед. Алиенора почувствовала ужасную боль в животе, ее мускулы напряглись, готовые вот-вот порваться. Ее подбрасывало на каждой кочке; беспомощная и запуганная, она не сомневалась, что они везут ее куда-то в пустынное место, чтобы убить, а затем избавиться от тела.

Алиеноре показалось, что они ехали несколько часов. Сначала конь передвигался рысью, затем пошел шагом, а под конец едва брел. Наконец она почувствовала запах дыма, услышала голоса, и ее конвойный натянул поводья. Спешившись, он стащил ее с коня и швырнул на землю. Алиенора не смогла сдержать стона.

– Никуда не уходи, – сказал он и двинулся в сторону.

Она услышала, как он приветствует людей у костра. По звукам поняла, что в чашки разливают какую-то жидкость.

– Наверное, разумнее было бы с ней разделаться, – донеслись до Алиеноры чьи-то слова. – Лучше пусть умрет, а то поднимется такой скандал.

– Это королю решать, – резко ответил другой голос. – Нам следует подождать до его прибытия.

– Не понимаю почему. Можно сказать, что это вышло случайно. Для него же лучше избавиться от нее. А то одному Богу известно, какой заговор она плела с этим своим дядюшкой, если не занималась чем похуже.

Алиенора застучала бы зубами от ужаса, когда бы не кляп во рту. Неужели они осмелятся убить ее здесь и сейчас, даже без покаяния? Она заставила себя лежать неподвижно, а сама внимательно прислушивалась. Нужно притвориться мертвой, а при малейшей возможности убежать.

Спор между людьми затих, когда было решено передать ее в руки королю. Она услышала приближающиеся шаги, втянула запах горячего рагу с луком и чесноком.

– Вот, – произнес грубый голос. – Если я тебя развяжу, поешь чего-нибудь?

Алиенора резко села и боднула невидимого врага. Он выругался, обжегшись горячим варевом. Потом набросился с ругательствами на нее, а вокруг костра хохотали его друзья.

– Да оставь ты ее! – прокричал один из них. – Разве можно по-доброму обходиться с дьяволицей?

Алиенора повалилась на землю, увлажняя слезами повязку на глазах.

Через несколько минут она услышала топот копыт. Подъехал целый отряд и спешился. Потом раздался голос Людовика, который поинтересовался, что происходит.

– Королева здесь, сир, – ответил Тьерри. – Нам пришлось связать ее, поскольку она отказалась ехать по доброй воле. Мы также подумали, что будет лучше закутать ее и вывезти скрытно.

– Дайте мне ее увидеть, – потребовал Людовик.

Алиенора принялась извиваться и дергаться, услышав приближающуюся поступь.

– Мы бы покормили ее, сир, но она вылила всю плошку на Саймона, когда он предложил ей рагу.

Алиенора почувствовала чужие пальцы на лице и задергалась как безумная.

– Вот видите, – сказал Тьерри. – Она одержима, сир.

– Помолчи! – отрезал Людовик. – Разве это я приказывал тебе? Мне кажется, что нет.

Он развязал узел повязки на глазах и стянул ее прочь. Затем настала очередь кляпа. Алиенора закашлялась и принялась хватать воздух ртом.

– Боже мой! – только и вымолвил Людовик. – Боже мой! – Он обернулся к Тьерри. – Я этого не приказывал. Дай мне свой нож.

Тьерри с непроницаемым лицом вынул из ножен длинный кинжал и протянул Людовику. Тот короткими взмахами перерезал веревки и освободил Алиенору. Она упала ему на руки, но тут же отстранилась.

– Я не думал, что с тобою так поступят. – Людовик был явно потрясен. – Я хотел, чтобы ты поехала со мной, а выступить в поход пришлось под покровом ночи. Я бы никогда не позволил этому случиться, никогда! – Он взглянул через плечо на встревоженных и напряженных рыцарей, похитивших королеву. – Вы перешли всякие границы. – Он метнул гневный взгляд на Тьерри. – Неужели здесь нет ни одной служанки, чтобы помочь королеве? Где ее свита?

Тьерри взмахнул рукой, и от другого костра привели Гизелу. Лицо молодой женщины было залито слезами.

– Простите! Мне так жаль! – рыдала она.

– Займись своей госпожой, – велел Людовик.

Алиенора подняла голову.

– Мне нужна Амария, – сказала она, собрав остатки сил. – Эту я больше никогда к себе не подпущу!

Людовик щелкнул пальцами, и Гизелу, которая горестно рыдала, увели прочь. Тут появилась Амария – лицо в синяках, один глаз распух и закрылся.

– Служанки тоже избиты? – опешил Людовик.

Тьерри дотронулся до щеки со следами волосяной щетки.

– Эта такая же дикая, как ее хозяйка, – сказал он.

Амария испепелила его взглядом.

– Будь моя воля, я бы вырезала твое черное сердце! – резко бросила она и опустилась на колени перед Алиенорой. – Мадам, все в порядке, я здесь. Я здесь.

Алиенора припала к девушке. Теперь, когда опасность миновала, она почувствовала оцепенение. Амария усадила ее, подложив под спину стопку седельных одеял и вещевых мешков, затем принесла королеве вина.

Королева наклонила голову:

– Он заплатит за это, клянусь! Я все равно добьюсь развода.