Пенелопа и прекрасный принц - Дженнифер Эшли

Пенелопа положила пальцы на кисть мужа, лежащую на редких черных волосиках сына.

– Я действительно по ним скучаю, но сейчас ни за что не отказалась бы от всего этого. Теперь моя семья – это ты и он.

Деймиен улыбнулся ей многообещающей улыбкой.

– Рад это слышать, моя принцесса.

– Это и есть наше с тобой «они жили долго и счастливо», ведь правда? – мечтательно спросила Пенелопа. – Семья и любовь.

Глаза Деймиена потемнели.

– Да.

– Я думаю, это то, что подразумевалось в пророчестве, – задумчиво проговорила Пенелопа. – Объединить генеалогические ветви, но объединить любовью. Твой отец утопил все в ненависти, Александр, сам того не желая, продолжил его дело, а пророчество хотело любви.

Деймиен потянул ее вниз, Пенелопа легла с ним рядом. Маленький Деймиен зевнул, открыл темно-синие глазки, на минуту сфокусировал их на Пенелопе, потом снова заснул.

– Я чертовски счастлив, что оно хотело именно этого, – негромко произнес Деймиен.

– Это ведь не конец истории, правда? – спросила Пенелопа. – Это только начало.

Деймиен повернул голову и поцеловал ее в губы. Пенелопа ощутила, как в крови загорается привычный уже огонь, который не остыл за год совместной жизни с Деймиеном.

– Я надеюсь, наша с тобой история будет длиться вечно, Пенелопа.

– Я тоже.

Он улыбнулся, прижимаясь губами к ее губам.

– Когда-нибудь мы расскажем ее нашему сыну. Правдивую историю, а не Сашины выдумки.

Пенелопа засмеялась.

– Настоящую историю. Как ты ворвался в мою жизнь, перевернул ее с ног на голову, очаровал меня и заставил себя полюбить.

Деймиен улыбнулся и лукаво спросил:

– Может быть, сегодня попозже мы припомним кое-какие подробности?

Пенелопа уже научилась соблазнительному поддразниванию и почти не уступала в этом своему мужу. Она слегка укусила его за мочку уха и прошептала:

– Рада это слышать, мой принц.

Деймиен снова поцеловал ее долгим страстным поцелуем.

– Я люблю тебя, – сказал он с теплой улыбкой в глазах.

– Я люблю тебя, – повторила Пенелопа.

Деймиен погладил спинку сына подушечкой большого пальца.

– Теперь в моей жизни два прекрасных принца, – сказала Пенелопа. – Разве есть на свете женщина счастливее меня?