Горец и леди - Патриция Грассо

– Так, значит, это и есть осиное гнездо? – пренебрежительно проговорила она, вызывающе посмотрев своими зелеными глазами на хозяина.

Менци откинулся в кресле и раскатисто засмеялся, но его черные глаза были тусклы, как всегда. Их как будто не касалось настроение хозяина. Мардок встал и обошел вокруг стола. На своем возвышении он казался огромным, и каждое его движение таило угрозу, словно у подобравшейся для броска змеи.

– Какое удовольствие снова видеть вас, графиня. Прошу прощения за те неудобства, с которыми это было для вас сопряжено, – издевательски-любезно проговорил Мардок и спросил, взглянув на Антонию: – А кто это с вами?

– Это леди Антония, – ответила Бригитта. – Моя вдовствующая невестка.

Взяв руку Антонии, Мардок галантно поднес ее к губам и проговорил:

– Если бы я знал, что в замке Данридж живет такая красавица, я бы уже давно похитил вас.

Антония ошарашено уставилась на него.

– В самом деле, – продолжал он, – мне чертовски повезло, что две такие прелестные дамы нанесли мне визит.

– Вам бы повезло еще больше, – бесстрашно возразила Бригитта, – если бы ваши люди не имели привычки рыскать по чужим владениям и хватать тех, кто попадется под руку.

– Я вижу, сложности путешествия сделали вас весьма раздражительной, – заметил Мардок. – Не хотите ли отдохнуть перед ужином?

– Я бы хотела только одного – вернуться в Данридж.

– В данный момент это невозможно. Вы уж простите мою назойливость. Вам не удастся покинуть замок Вим, пока моя сестра не вернется ко мне.

– Как бы не так! – охладила его Бригитта. – Вы что же, хотите разъединить тех, кого Господь соединил навеки?

– Что вы имеете в виду?

– Шена вышла замуж за Перси Макартура, – сообщила она. – И по своей воле, могу добавить. Если не верите мне, спросите у своих людей. Они расскажут вам, что Шена кинулась прочь, как только узнала их.

Мардок бросил вопросительный взгляд на своих воинов, которые, замявшись, отвели глаза.

– А сейчас, когда мы тут разговариваем, – храбро продолжала Бригитта, – мой муж со своим отрядом скачет к замку. И вам не удастся ваша затея, как и в прошлый раз.

– Какой еще прошлый раз? – удивленно переспросил Мардок.

– Не разыгрывайте тут оскорбленную невинность, – отрезала Бригитта. – Ведь это по вашему приказу меня оставили умирать в бухте на Женской скале. К несчастью для вас, меня спасли.

– Должно быть, у вашего мужа немало врагов, – заметил на это Мардок. – Я никогда не затевал ничего подобного. В чем другом, но в этом не виноват. – Оценивающим взглядом он медленно обвел Бригитту с головы до ног и многозначительно улыбнулся. – Я думаю, мы найдем лучший способ, как провести время с такой красивой женщиной. Но с этим успеется. Уведите их.

Бригитта с Антонией были заперты в одной из спален наверху. В то время как Антония уселась на край кровати и тупо уставилась в пустоту, Бригитта в страшном волнении расхаживала по комнате взад и вперед.

«Неужели нельзя убежать? – спрашивала она себя в который раз, лихорадочно перебирая в мозгу возможные способы побега. – Придумала!.. Я спрячусь за дверью и чем-нибудь огрею часового, когда он войдет… Нет, ничего не выйдет. Даже если мы и одолеем его, из замка-то никак не выбраться».

Взгляд Бригитты упал на Антонию. Ждать от нее помощи не приходится. Ах, если бы кузен Магнус еще раз оказался поблизости, выполняя какое-нибудь поручение!

Ключ повернулся в замке, и мгновение спустя дверь открылась. Вошла служанка, женщина средних лет, неся ведро горячей воды. С ее плеча свисало полотенце.

Женщина поставила ведро, положила на стол полотенца и повернулась к ним.

– Граф проявил заботу о вас. Возможно, вы захотите помыться перед ужином, – объяснила она.

Бригитта мрачно посмотрела на нее. Испуганная ее горящими ненавистью зелеными глазами, женщина перекрестилась, как перед нечистой силой, и торопливо удалилась, старательно заперев за собой дверь.

Похоже, их положению не позавидуешь. Бригитта вздохнула и села на кровать. Она устало закрыла глаза, но мысль о побеге не оставляла ее.

А Антония вдруг поднялась, прошла через комнату к столу и вымыла лицо. Потом оперлась на стол и задумчиво уставилась на Бригитту.

Внезапная мысль сверкнула в ее мозгу. «Менци холост, а я женщина довольно привлекательная, значит, у меня есть шанс. Ах, если бы я смогла убедить его побыстрее расправиться с этой англичанкой! В случае, если Йен потерпит поражение, я могла бы выйти замуж за Мардока и стать графиней Менци. Совсем неплохо. А если победит Йен, он будет тоже свободен и сделает меня графиней Данридж. В любом случае я не проиграю».

Придя к такому заключению, Антония резко подошла к кровати, где сидела приунывшая Бригитта.

– Ну, что ты теперь скажешь, английское отродье? – прошипела она.

Бригитта удивленно вскинула голову.

– О, я вижу, ты уже пришла в себя, – сухо заметила она.

– Это все ты виновата!

– Я?.. – широко раскрыла глаза Бригитта.

– Конечно. Если бы ты не нарушила приказание Йена, мы бы не торчали здесь в полной неизвестности, что с нами будет.

– Вот как? – Бригитта встала и двинулась грудью на Антонию. – Если бы ты не выслеживала нас, то и не была бы сейчас здесь. И если бы ты не побежала как сумасшедшая вдоль берега, меня бы тоже здесь не было. Ты просто глупая стерва, теряющая голову по пустякам, и по твоей милости мы попали в этот переплет.

Хлоп! От неожиданной размашистой пощечины голова Бригитты откинулась назад.

Хлоп! Бригитта, не задумываясь, ответила тем же.

– Леди! – воззвал с порога вошедший Мардок Менци. – Драться не приличествует женщинам. Я пришел проводить вас на ужин, – любезно добавил он, входя в комнату. – А вы выглядите гораздо лучше, леди Антония.

– Благодарю вас, милорд, – улыбаясь, ответила она.

Мардок повернулся к Бригитте.

– Я думал, вы привели себя в порядок, графиня, а вы еще не готовы.

– Я решила подождать и поужинать вместе с мужем, – зло огрызнулась она. – Йен должен быть здесь с минуты на минуту.

Мардок громко рассмеялся и предупредил:

– Вы умрете с голоду, прежде чем нога графа Данриджа ступит в замок Вим.

– В таком случае, – прошипела Бригитта, как разъяренная кошка, – я буду ужинать с тобой у дьявола в преисподней.

Веселье Мардока угасло, и шрам на его щеке побелел от ярости. Борясь с искушением хорошенько проучить эту строптивицу, он повернулся к ней спиной.

– Ну, как хотите, – холодно сказал он и, улыбаясь, предложил руку Антонии. – А вы, надеюсь, составите мне компанию.