Достояние леди - Элизабет Адлер

– Не обижайся, Азали, – с виноватым видом проговорила Мисси. – Обещаю тебе: мы еще обязательно погуляем все вместе. Только в другой раз.

Мисси и сама была не рада, что мадам Элиза назначила демонстрацию мод на воскресенье, но изменить что-либо было не в ее силах.

– Послушай! – сказала она, присаживаясь на корточки перед Азали. – Очень скоро мы переедем отсюда в новую квартиру. Представляешь, рядом будет парк, Виктор будет каждый день гулять там. А у тебя появится отдельная комната, там будут жить все твои игрушки… Ты будешь ходить в школу вместе с другими девочками. У тебя будет специальная шапочка и особенное платьице – это называется школьная форма. Встретит тебя кто-нибудь на улице в таком платьице – и сразу догадается, что ты из…

– Я из Нижнего Ист-Сайда, – перебила ее Азали. – И мне никуда не хочется отсюда уезжать, здесь Роза и все мои подружки.

Тяжело вздохнув, Мисси присела на кровать возле Азали.

– Поверь мне, милочка, – проговорила она, обнимая девочку. – Мне тоже не хочется расставаться с Розой. Но ведь мы сможем приезжать к ней в гости, да и она с дочками будет навещать нас. Если у нас будет много комнат, они смогут даже ночевать у нас. Ты только подумай, как это здорово – ходить друг к другу в гости.

– Мне и здесь здорово, – упрямо проговорила Азали, зарываясь лицом в густую шерсть Виктора. – Мне никуда не хочется отсюда уезжать.

Мисси нежно погладила девочку по голове – Азали горько рыдала, и Мисси поняла, что причина этих слез – не только и не столько перспектива переезда, сколько страх перед переменой. В памяти девочки навсегда осталось бегство из Барышни, переправа в Константинополь, похороны Софьи. Азали слишком хорошо для своих лет понимала, что такое горечь расставания с любимыми людьми, и не хотела терять друзей.

Когда Мисси отводила Азали к Розе, та, улыбнувшись, проговорила:

– Желаю тебе успеха, дорогая. У тебя не жизнь, а просто сказка, самая настоящая волшебная сказка. Вдруг именно сегодня ты встретишь того самого миллионера.

Мисси засмеялась: ей не очень-то хотелось выходить замуж за миллионера. Были бы деньги прокормить себя и Азали. К чему все эти миллионы?

Прошла неделя со времени той демонстрации мод, которая принесла Мисси славу – теперь мадам Элизу и ее манекенщиц приглашали в лучшие дома Нью-Йорка. Богатые заказчицы имели возможность лучше рассмотреть новые модели. Но, конечно же, все хотели видеть именно Верити. Теперь уже Миранда и Минетта старались подражать ей. Ателье мадам Элизы за считанные дни было буквально завалено заказами на фиолетовые платья, этот фасон вошел в моду; нью-йоркские леди были просто в восторге от туфелек с бантами. Вот уже несколько дней подряд с утра до вечера портнихи звали Мисси в примерочные, подгоняя по ее фигуре очередной наряд.

Сегодня вечером манекенщиц мадам Элизы ждали в особняке графини Венслиширской.

У дверей салона стояли шесть роскошных лимузинов, готовых доставить их с Парк-авеню на Лонг-Айленд. В первый лимузин села сама мадам – она ехала, как королева, в сопровождении одного лишь шофера… Мисси было приготовлено место во второй машине. Ее спутницами оказались Миранда и Минетта. Всю дорогу девушки демонстративно болтали между собой, всем своим видом показывая, что им нет никакого дела до Мисси.

Да, все это было так похоже на сказку. Впрочем, было у этой сказки и реальное, вполне ощутимое продолжение: Мисси регулярно получала от мадам сорок долларов в неделю и вдобавок бесплатную одежду.

Лучшую одежду. Элиза хотела, чтобы ее девушки рекламировали ее платья не только во время парадов мод.

– Извините, мадам, – сказала ей Мисси, не решаясь принять коробку с дорогими нарядами, – но я ведь никуда не хожу.

– Никуда не ходишь? – с недоумением переспросила мадам. – Такая девушка проводит целые дни между домом и работой! Пора с этим кончать!

Остальные четыре лимузина предназначались для многочисленных коробок с платьями, а также для костюмеров и парикмахера. Кортеж пронесся по тихим дорогам Лонг-Айленда и остановился у огромных кованых ворот с грифонами на столбах. Из маленькой каменной будки выбежал усатый привратник, и лимузины въехали на посыпанную гравием аллею – она вела прямо к огромному белому дому.

Богато одетые люди праздно бродили по аккуратно подстриженным лужайкам среди столиков с чайными сервизами; чуть поодаль человек десять молодых людей в белых костюмах играли в теннис. На специально сооруженной по этому случаю деревянной платформе помещался целый оркестр. Вдоль террасы дома были расставлены вазы с экзотическими цветами, выращенными специально по заказу графини в лучших оранжереях мира.

Мисси тотчас вспомнила те праздники, которые устраивала в Варышне княгиня Аннушка: роскошный дом, веселые гости, смех, музыка, цветы…

– Верити, Верити, давай скорее, – услышала она голос мадам. – Графиня нас ждет.

Аймоджен, графиня Венслиширская, была высокая, стройная красавица. За свои тридцать с небольшим лет она успела сменить несколько мужей; покойный граф был третьим. Старик просто боготворил Аймоджен. Он умер три года назад с ее именем на устах. В наследство от покойного мужа красавице графине достался родовой замок в Йоркшире, а на завещанные ей миллионы она купила особняки в Лондоне и Париже, пентхауз в Манхэттене и роскошную яхту, которая стояла сейчас на якоре в порту Монте-Карло. Графиня Аймоджен прожигала жизнь, устраивая приемы и приглядывая себе четвертого мужа.

С нескрываемым любопытством светская львица окинула взглядом Мисси.

– Так вот, значит, та девушка, о которой говорит весь Нью-Йорк, – проговорила она, пожимая Мисси руку. – Все мои знакомые мужчины просто помешаны на прекрасной Верити. К сожалению, мне не удалось побывать на параде мод у Элизы, но ваша слава гремит по всей стране.

– Благодарю за комплимент, – вежливо улыбнулась Мисси, – но боюсь, он не совсем по адресу: ведь этот фурор произвела не я, а то платье, которое я демонстрировала.

Графиня загадочно прищурилась.

– Если бы речь шла о женщинах, это было бы вполне возможно, но когда о параде мод начинают говорить мужчины – дело явно не в платьях. – Она громко рассмеялась.

– Элиза, дорогая, – воскликнула она, оборачиваясь к мадам, – давайте выпьем чаю, а потом я покажу вам зал, в котором состоится демонстрация мод.

В углу просторного бело-голубого зала располагалась маленькая сцена. На этот раз мадам сама выводила на нее манекенщиц.

Выходя на сцену в очередном экстравагантном наряде– блестящей серебряной накидке с драгоценными камнями, – Мисси почувствовала, как это приятно – преображаться перед публикой. Надевая наряды мадам Элизы, она становилась совсем другим человеком, она приобретала какую-то власть над этими людьми, собравшимися в зале специально для того, чтобы посмотреть на нее. Графиня была права: ведь многие пришли сюда не только ради роскошных костюмов.