Осмелься или беги - Дарья Сорокина

— Рад, что ты решилась поговорить с ними. Тебя поддержать? — мягко предложил Дэвид.

— Я сама. А ты, постарайся ничего не поймать, не люблю разделывать живую рыбу…

Завезла Райли к Хатчетам. Кевин с отцом уже ждали его. Неловкая сцена длилась буквально несколько мгновений, а затем мистер Хатчет крепко обнял Дейва:

— У тебя глаза твоей матери. Мы тебе о ней расскажем. Кевин, принеси фотографии.

— Уже здесь, — парень похлопал по внушительной стопке альбомов, которую поставил на стол.

— Она очень любила делать снимки, Дэвид.

Оставила их со спокойной душой. Братьям нужно много времени, чтобы наверстать упущенные годы и забыть кошмары последних лет. Меня тоже ждало воссоединение.

Долго сидела в машине, глядя на горящий фонарик над парадной дверью. Обычно их держали зажженными просто так в домах, где кто-то пропал, чтобы было проще найти дорогу. Меня ждут, я для них потеряшка, но я нашлась…

На телефон пришло сообщение:

Хизер, хватит торчать в тачке. Я тебя вижу, иди сюда, мелочь.

Гектор отодвинул занавеску в гостиной и помахал мне рукой. Почти бежала к нему, смешно переваливаясь с ноги на ногу.

— Ох, ни хера себе. А ты уже не мелочь. Папа, лучше сядь. Тут сюрприз, киндер, мать его, сюрприз. Ты в проем-то пролезешь, мать?

Это был долгий вечер, за него мы успели построить новый крепкий мост. Мама плакала. А Гектор и папа… Они просто были Гектором и папой.

— Твой муж все так же бездельничает и не работает? — ворчал отец, не обращая внимания на одергивания жены. — Оливия, я с дочерью говорю, не мешай!

— Папа, у него есть работа. Он дом купил, и мне машину.

— Вот прям дом? Не в кредит?

Я была готова к этому и принесла документы, а еще фотографии.

— Джеймс, ради всего святого, прекрати. Это их жизнь. Дейв не самый плохой вариант, — заступилась мама. И на том спасибо. Не самый плохой вариант. Обнадеживает.

— Хизер, а УЗИ ты принесла? Девочка, мальчик?

— Мальчик.

Просидели до глубокой ночи. Несколько раз мне приходили сообщения от Райли. Пара селфи с Кевином, и одно с рыбой. Кажется, у него тоже получилось построить мост.

В моей комнате все осталось без изменений. Не могла уснуть. Отвыкла спать без Дейва. Половицы у двери скрипнули, и Гектор сунул голову внутрь.

— Хизер?

— Заходи, я не сплю.

— Я че пришел-то… — он смешно взъерошил волосы на затылке. — Я застолбил ребенка.

— В каком смысле?

— В прямом. У твоего супруга обнаружилось два брата, смекаешь. Так ему и передай, я застолбил!

— Что именно?

— Место крестного отца, Хизер, не тупи. Для родни своей пусть он еще рожает и желательно сам.

Нашу дочь крестил уже Коллин, Райли был неумолим, а я не спорила.

Следующий день я провела за барбекю с родителями. Дэвид огорошил меня ранним звонком. Они с Кевином решили навестить своего третьего братца. Я лишь пожелала удачи, надеясь, что все сложится хорошо.

У них получилось. Круг замкнулся, а боль стала общей, а поделенная на троих, забывалась быстрее.

Восемь лет. Побелевшие шрамы, морщинки в уголках глаз и безграничное счастье. Это первый День Благодарения, который решили отмечать в нашем доме. Хатчет приехал первым, мы поняли это по крикам детей, которые рванули открывать, услышав звонок. Кевин до сих пор чувствовал себя неловко, если приходил в разгар подготовки к празднику. Ему казалось, что все вокруг таращатся, зная о его прошлом.

— Дядя Кевин!

Уже представляла, как они виснут на его руках, лезут в пакеты, клянчат подарки.

— Не успели да? — Дейв мучительно оторвался от меня и пытался нащупать шорты на тумбочке.

— В следующий раз будем расторопнее.

— У вас есть час, мистер и миссис Райли, можете не торопиться, свожу детей в мол, я имел неосторожность приехать без подарков, — Кевин смеялся за дверью нашей спальни, и я испуганно натянула на голову одеяло.

— Боже, — простонала в подушку. — Дейв, я убью тебя…

— Проверь, что они почистили зубы, — Райли веселился и пытался нащупать меня через одеяло.

Через десять минут после отъезда Кевина и детей нагрянул Гектор со своей невестой. Родители уже не чаяли дождаться, когда мой великовозрастный братец решит остепениться и с радостью отдали его премиленькой журналистке.

— Где дети? — Гектор зажал меня в углу, и у него из ушей разве, что пар не валил.

— Это я у тебя хочу спросить. Когда я увижу племянников?

Мою колкость проигнорировали.

— Кевин, забрал их да? В какой магазин он повез их?

Ничего не менялось. Эти двое ревностно сражались за любовь племянников и баловали их так, что нам с Дейвом уже ничего не оставалось, только разгребать тонны игрушек и прятать сладости.

Коллин с женой приехали ближе к обеду. У Райли не было конкуренции за сердце племянницы, которая почти с порога оседлала Дейва. Ему пришлось совершить с ней на плечах круг почета по гостиной, и я, не скрывая улыбки, смотрела на своего мужа. Он почти не хромал, лишь слегка западал на левую ногу, но вряд ли кто-то, кроме меня, подмечал такую мелочь.

А вот с моим ворчащим отцом пришлось повоевать. Он никак не хотел уступать Дейву разрезание индейки, и только моя мама смогла отвлечь его извечным: "Джеймс, ты обещал!"

— Хизер, поиграем в желание? — Райли протянул мне вилочковую косточку*.

Взялась за кончик с улыбкой и дернула на себя. Раздался тихий хруст.

— Кажется, я проиграла.

Показала всем свою половинку. Длинный кусочек, остался у Дейва.

— Загадывай, Дэвид.

— Давай, папа!

Мы ждали. Он обвел всех долгим любящим взглядом, а затем притянул меня за талию к себе:

— У меня все уже есть, ангелочек.

*Традиция на День Благодарения. Разламывание вилочковой косточки индейки. Wishbone. Тот, у кого остается большая часть, загадывает желание.