Благословение - Даниэла Стил

— Не знаю, кто из вас выглядит счастливее — ты или миссХилари, — произнес Энди, отхлебывая виски, которое подавали в самолете. Онсчитал, что вполне заслужил выпивку.

К середине дня они уже добрались до дома, и Диана огляделасьс таким чувством, как будто она не была здесь целую вечность. Так много событийпроизошло, и очень многое изменилось в их жизни с тех пор, как в пятницувечером зазвонил телефон. Неужели прошло всего три дня? Они оба никак не моглиповерить в это.

— В какую комнату ее отнести? — шепотом спросилЭнди у Дианы, держа корзину с девочкой.

— Я думаю, в нашу. Я не хочу, чтобы она была так далекоот нас. Да и в любом случае мне надо будет вставать ночью и кормить ее.

— Да, да, конечно, я понимаю, — поддразнилон, — ты просто не желаешь расстаться с ней ни на минуту. — Энди исам понимал, что девочка должна быть недалеко от них.

В тот же вечер Диана позвонила Сэмми и попросилапорекомендовать ей опытного педиатра «для подруги». Саманта не могла видетьсчастливую улыбку на лице старшей сестры, когда она это говорила. Она назвалаей фамилию врача, а Диана, поинтересовавшись здоровьем ее ребенка, пригласилазайти на следующий день.

Но Сэмми уже знала, как чувствительна Диана, и осторожно ответила:

— Мне не с кем оставить ребенка, Ди. Сеймус работаетнад новой картиной. Я могу прийти пока мои старшие занимаются вподготовительном классе, но мне придется взять малыша с собой. — А оназнала, что Диана не хочет этого. С тех пор как он родился, сестра видела еготолько раз, да и то мельком.

— Все в порядке. Я не против, — легко ответилаДиана, и Саманта насторожилась.

— Ты уверена?

— Абсолютно. — Голос у нее был твердый, казалось,она полностью отдает себе отчет в том, что говорит.

— Ты уже легче к этому относишься? — осторожноспросила Сэмми. Она все еще была под впечатлением той ужасной сцены в ДеньБлагодарения, произошедшей в родительском доме. С тех пор прошли месяцы, иСаманта начала понимать, сколь велика была боль сестры и как глупо было с ихстороны так невнимательно относиться к ее проблемам.

— Гораздо легче, Сэмми, — произнесла Диана. —Мы поговорим об этом завтра.

Потом она позвонила матери. Отца не было в городе, и этослегка разочаровало Диану. Но тем не менее она пригласила мать к себе начашечку кофе как раз на то время, когда у нее будет Саманта. И еще онапозвонила Гейл. Сестра с некоторым замешательством приняла ее приглашение.Диана никому не сказала, зачем она их собирает. Но когда она после разговора сГейл повесила трубку, ее лицо расплылось в широкой улыбке. Наконец-то она сталаодной из них. Она тоже смогла сделать это. И теперь она — член этого женскогосообщества. У нее теперь есть ребенок.

— Я так рад, что ты счастлива, любимая, —прошептал ей Энди в ту ночь.

Он еще никогда не видел ее такой и теперь по-настоящемупонял, как сильно она хотела ребенка. Он удивлялся, что для него не имелоникакого значения, что девочка не его дочь в биологическом смысле. Это еговолновало меньше всего. Он думал только о том, какая она славная. И когда онапроснулась в эту ночь в первый раз, они оба подскочили и схватились забутылочку. Им пришлось вскакивать еще не один раз, и утром Энди посмотрел наДиану, измученный, но абсолютно счастливый.

— Ты забыла позвонить еще кое-кому вчеравечером, — сонно проговорил он, возвращаясь в постель. Он только чтопозвонил к себе на работу и сказал, что сегодня тоже не придет. И может быть,еще завтра. Пока он сообщил, что «болен», а все остальное пообещал объяснитьпотом.

— Кому это я забыла позвонить? — Диана казаласьрасстроенной, пытаясь вспомнить. Она позвонила обеим сестрам и матери. Отецтоже обо всем узнает, как только вернется из поездки. — Не знаю, кого тыимеешь в виду. — Может быть, Элайза, но они сейчас уже не были близки, какраньше.

— Я имел в виду Ванду… ну ты же помнишь… Ванда Вильяме.

— Ах ты дурачок! — рассмеялась Диана, и тутмалышка заплакала, прервав их разговор.

Диана накормила Хилари и искупала, а потом, в ожидании,когда соберутся родственники, одела ее в один из новых нарядов. И вдруг, глядяна девочку и ожидая, когда придут гости, Диана подумала, что это совсем неважно: ни вся ее семья, ни то, как они отнесутся к девочке, ни то, что онитеперь подумают о Диане. Важно другое — важна была эта малышка, важно, какимчеловеком она станет, когда вырастет, и важно все то, что она будет значить ичто она уже сейчас значит для Энди и Дианы. Они молились за нее, боролись за еепоявление и чуть не погубили себя и свой брак, когда думали, что не найдут ее.Она значила для них гораздо больше, чем они когда-нибудь смогут объяснить ей, ауж что подумает о ней кто-то еще — совершенно неважно. Диана надеялась, что всяее родня полюбит Хилари, она была уверена в этом, ну как они могут не полюбитьее? Но если все-таки этого не случится… то это и неважно. Теперь Дианачувствовала себя победительницей в своих попытках завести ребенка. Она простопошла иным путем. Она столкнулась с непреодолимой проблемой, познала в себедьявола и смогла избавиться от него. Теперь все позади. Жизнь продолжается. И вней не существует ни побед, ни поражений. Это просто жизнь: разная — веселая игрустная, жизнь, где есть место отчаянию и бесконечным необыкновеннымсюрпризам. И Хилари — один из таких сюрпризов, наверное, самый лучший, которыйтолько могла получить Диана. И теперь она знала, что появление Хилари в еежизни вовсе не означает для нее какую-то победу, для нее это проявление божьейблагодати.

И пока она в задумчивости смотрела на спящую малышку, вдверь позвонили. Это пришла мать.

— Как ты, дорогая? — заботливо спросила она, иДиана заметила в ее глазах беспокойство.

— Прекрасно.

— Почему ты не на работе? — Мать села на кушетку.На ней был новый темно-синий костюм от Адольфо, прическа — как всегда,безупречна, обеими руками она крепко держала маленькую сумочку.

— Не волнуйся так, мам. Все в порядке. Я просто вотпуске.

— В отпуске? Но ты не говорила мне, что собираешьсявзять отпуск. Вы что, с Энди уезжаете? — Она знала, что они расходились накакое-то время, но потом сошлись, и Диана сразу сказала ей об этом. Она, какправило, относилась к таким вещам довольно спокойно, никогда ни в чем их необвиняла и не имела привычки беспокоиться понапрасну. Ей было только оченьбольно узнать о бесплодии дочери. Но и это ее несчастье мать никогда с ней необсуждала. Она не хотела вмешиваться и смущать Диану своими вопросами, ноСаманта сказала ей, что вряд ли ее сестра сможет когда-нибудь иметь ребенка, иДжек, ее зять, подтвердил это.

Диана уже собралась сказать матери, что они с Энди никуда несобираются уезжать, а наоборот, теперь прикованы к месту, когда дверной звоноквновь ожил и появилась Сэмми со своим ребенком. Двухмесячный малыш крепко спалв багажной люльке и выглядел просто очаровательно. Глядя на него, Дианаподумала, что еще несколько дней назад один только его вид причинил бы ейневероятную боль. Теперь же он был для нее всего лишь очаровательнымплемянником.