Как в первый раз - Дженнифер Доусон

– В том-то все и дело. Я всегда нахожусь на заднем плане, а Эван – не из тех, кто прячется сзади. Мы не подходим друг другу. Ему нужна женщина… фантастическая и неземная.

Сэм усмехнулся и проговорил:

– Ну, не знаю… А мне, например, кажется, что он как раз и остановился на совершенно фантастической женщине.

Пенелопа закатила глаза.

– Ох, папочка, довольно! Мне не надо этих ободряющих речей! Ты прекрасно понимаешь, о чем я… Парни вроде Эвана не связываются с библиотекаршами.

Сэм пожал плечами.

– Похоже, что все-таки связываются.

– Но ведь это – глупости, – пробормотала Пенелопа. – Ты болтаешь глупости.

– Вовсе нет.

– Все равно глупости… И знаешь, я хотела его почти всю свою жизнь, но всегда считала, что это невозможно, нереально… А теперь мне страшно. Я говорю себе, что хочу ему верить, я говорю: «Пенни, лови момент…» Но у меня ничего не получается, потому что это – не в моем характере.

Сэм кивнул с таким видом, будто видел в ее словах глубокий смысл, хотя самой Пенелопе все ее рассуждения казались путаницей и чушью. Бросив полотенце за барную стойку, Сэм проговорил:

– Ты деловая женщина, и потому все сводится для тебя к вопросу: оправдан ли риск, верно?

– Да, именно так, – кивнула Пенелопа.

– Тогда задай себе вопрос: стоит ли Эван риска, перевесит ли награда риск?

– Сердце мое говорит «да». Но вдруг он любит меня… недостаточно?

– А мне кажется, он любит тебя более чем достаточно.

– Откуда ты знаешь? – удивилась Пенелопа.

– Просто знаю, вот и все.

Внезапно дверь распахнулась, и Пенелопа тут же обернулась, надеясь увидеть Эвана. Увидев стоявшую в дверях Софи, она пробормотала:

– Нет, ты не Эван. – И разразилась слезами.

Софи вздохнула, подошла к стойке и обняла подругу.

– По крайней мере, теперь я знаю, что ты, Пен, не полная идиотка, – сказала она ласково.

– Не полная!.. – взвыла Пенелопа. И снова залилась слезами. Она пыталась взять себя в руки, но ничего не получалось.

Софи погладила ее по спине.

– Ну ладно, хватит, перестань. Ох, я столько лет этого ждала!.. А теперь… Вот что мы сейчас будем делать. Сначала мы порадуемся нашему первому кризису в отношениях с парнем, потом ты соберешься с мыслями, перестанешь быть идиоткой и отправишься мириться с несчастным Эваном, которого ужасно мучаешь. Да, конечно, Пенелопа, я всегда знала, что ты у нас – железная леди, но сейчас ты немного расклеилась и потому стала слишком уж железной.

Скотч наконец-то подействовал в полную силу, и рыдающая Пенелопа, икая, пробормотала:

– О-он с-страдает?

Софи закатила глаза.

– О, конечно, страдает! Эван же тебя любит! Но он сказал, что ты ему не веришь. Поэтому объясни, как вбить в твою голову немного здравого смысла? Может, треснуть тебя хорошенько?

Сэм хмыкнул и изрек:

– А это было бы интересно…

Пенелопа рассмеялась, но тут же опять залилась слезами.

– Вот видишь, что получается, если ты ни с кем не разговариваешь? – сказала Софи, протягивая ей салфетку. – У тебя в голове множество всяких дурацких мыслей, но никто не знает, что у тебя поехала крыша и что ты едва совсем не свихнулась. Поэтому никто и не может тебя переубедить.

– Предполагалось, что я неуязвима!.. – взвыла Пенелопа. Она вдруг покачнулась и, свалившись с барного стула, рухнула на пол.

Глядя на нее сверху вниз, Софи вздохнула и сокрушенно покачала головой.

– Если такие падают – так с высоты. А если влюбляются – так без памяти.

Перегнувшись через стойку, Сэм со смехом спросил:

– Тебе помочь?

– Я ее уже держу. – Софи схватила Пенелопу за руку и рывком подняла с пола. – Вставай же…

Пенелопа покачнулась и пробормотала:

– Я… в полном порядке.

Софи вопросительно взглянула на Сэма.

– Сколько она выпила?

Сэм виновато улыбнулся.

– Видишь ли, я подумал, ей нужно хорошенько растворить все беды.

– Отлично получилось, – буркнула Софи, помогая Пенелопе снова сесть на табурет. Повернувшись к Сэму, сказала: – Ты не оставишь нас ненадолго? Я думаю, нам с ней нужно пошептаться наедине.

Сэм ухмыльнулся.

– Да, конечно. Мне как раз нужно поработать со счетами. Если кто-нибудь случайно забредет, просто звякни мне.

– Договорились.

Сэм тотчас ушел, и Софи пристально посмотрела на подругу.

– Так, Пен, а теперь я тебя слушаю. Что произошло? Ты избегаешь меня уже несколько недель, а это – дурной знак. Так что выкладывай и ничего не упускай.

Пенелопа собиралась держать себя в руках и говорить разумно и спокойно, но вместо этого в отчаянии выкрикнула:

– Я не беременна!..

Софи в растерянности заморгала. Потом, кое-что сообразив, кивнула и сказала:

– Понятно, милая. Но начать придется с самого начала.

И Пенелопа стала рассказывать. То и дело всхлипывая, икая и сморкаясь, она рассказала подруге об их с Эваном отношениях. Рассказала абсолютно обо всем. Начиная с самого-самого начала. Она выложила все свои тайны и все мельчайшие подробности – даже те, которые казались ей постыдными и унизительными.

А Софи кивала, вздыхала, охала и ахала. И даже пролила несколько слезинок, когда Пенелопа рассказывала о том, как потеряла девственность.

Они разговаривали три часа. Люди приходили и уходили. Сэм появлялся и исчезал – ненавязчивая тень, быстро и ловко делавшая свое дело.

Наконец Софи кивнула и подытожила:

– А теперь – все по порядку. Первое: впредь тебе запрещается хранить секреты вроде этого. Ты молчишь миллион лет, и если бы я знала, вправила бы тебе мозги давным-давно. Второе: если хочешь от него детей, рожай. Он очень даже сговорчивый. Третье: в чем твоя проблема? Ты собираешься отказаться от любви всей своей жизни из-за каких-то дурацких сомнений?

Пенелопа моргнула и пробормотала:

– Но мои сомнения… они…

– Хорошо, я тебе сейчас кое-что скажу, – перебила Софи. – И надеюсь, что ты этого никогда никому не расскажешь. Неужели ты и впрямь считаешь, что была единственной подругой Мадди, влюбившейся в Эвана Донована?

– Ммм… – Пенелопа икнула и помотала головой. – Да, конечно…

Софи с усмешкой отмахнулась.

– О, не говори глупости. Каждая девчонка, хоть раз заходившая в дом к Мадди, влюблялась в него. И я – не исключение. Но только к тебе он прикоснулся.