Со всей силой страсти - Кэтрин Смит

— Какая прелесть! — восхитилась герцогиня. — Но не обижайтесь, моя дорогая. Сегодня мне не потребуется ваше мастерство предсказательницы.

— Ну что вы, — усмехнулась Сэди. Она села за стол, опрокинула свою чашку на блюдце и три раза перевернула ее вверх-вниз. Потом поставила ее на блюдце и по скатерти без единого пятнышка передвинула к герцогине. — Я хочу, чтобы это вы погадали мне.

Джек Фаррингтон — бывший никчемный внук высокородного деда, а ныне новый граф Гаррет, серым, невзрачным днем вернулся в Лондон. Он не стал сообщать Сэди о своем приезде, чтобы сделать сюрприз.

А еще потому, что не хотел дать ей, возможность улизнуть, придумав какую-нибудь очередную отговорку типа того, что она не может быть ему женой. Все подобные выдумки, по его мнению, были просто идиотскими.

К сожалению, именно из-за нежелания предупредить Сэди заранее теперь он не знал, где ее искать. Сначала заскочил в чайный магазин, потом — к ней домой. Не найдя Сэди ни здесь, ни там, приказал кучеру ехать в Сейнтс-Роу, где и застал их с Виенной Ларю за чаем.

Черт, как она была хороша в элегантном пурпурном платье, отделанном черным кантом! Может, то была игра его воображения, но ему показалось, что эта деталь — дань памяти старику, которой тот совершенно не заслужил.

Сэди чуть-чуть побледнела. Наверное, из-за его неожиданного появления.

Ларю внимательно наблюдала за ними, переводя глаза с него на подругу и обратно, как кошка, внимательно следящая за бумажкой на веревочке. Вдруг она поставила чашку на низкий столик перед собой и грациозно поднялась.

— Господи, совсем забыла, у меня срочные дела. Извините.

Проходя мимо Джека, задержалась на мгновение.

— Очень рада, что вы вернулись. Теперь Сэди, наконец, перестанет дергаться. Чего не скажешь о вашем партнере!

Джек любезно поклонился.

Виенна фыркнула и выплыла из комнаты, оставив его недоуменно глядеть ей вслед. Черт возьми, что туг случилось? Он повернулся к Сэди.

— Дорогая, может, ты объяснишь мне, что происходит?

— Даже не знаю, что сказать. С прошлой недели моя подруга мечтает получить на блюде голову лорда Тристана, а также и другие части его тела.

Джек не мог скрыть удивления.

— Ну, началось! — Он почувствовал, как стало тепло на душе, стоило только взглянуть на хорошенькое личико Сэди. — Не представляешь, как я рад видеть тебя! Словно вечность прошла с того момента, когда несколько недель назад он впервые за десять лет увидел ее здесь, в темноте этой комнатки.

Она сверкнула улыбкой.

— Ты все-таки вернулся!

Он лукаво взглянул на жену.

— Разве чайная заварка не подсказала тебе, что это обязательно случится?

— Себе гадать — к несчастью.

— Значит, ты сидела и просто ждала меня затаив дыхание. — Джек шутил понимая, что она ни на секунду не могла сомневаться в его возвращении. Он писал ей каждый день и знал, что на этот раз все его послания дойдут до адресата.

Сэди застенчиво потупилась.

— Я попросила Роуз — герцогиню Райтон — погадать мне. Она сказала, что ты скоро вернешься.

Джек рассмеялся и шагнул к ней. Ему было так спокойно, когда она была рядом, и хорошо бы, эго никогда не кончалось.

Сэди кинулась к нему. А он схватил ее в объятия, поднял и прижал к себе. Губы нашли ее рот, и Сэди прильнула к нему в жарком поцелуе. У нее был вкус чая и меда, дома и надежды. Все было так здорово, что хотелось разрыдаться.

Больше никаких поездок. Никаких споров. Никаких тревог по поводу того, что подумают в обществе или что вдруг прошлое настигнет их.

— Слава Богу, теперь у тебя в гадалках ходит сама герцогиня. — Он отпустил Сэди. — Она что-нибудь говорила о том, что Тристан и Ларю выцарапают друг другу глаза?

Сэди рассмеялась:

— Нет.

— А что насчет того, что мы с тобой будем жить под одной крышей?

Она стала серьезной, а сердце у Джека упало.

— Насчет этого…

Он мог напомнить ей, что они уже женаты, но не стал, захотелось услышать ее слова.

— Продолжай.

Сэди высвободилась из его рук, но так и осталась стоять рядом. Ей было нужно свободное пространство, и Джек не стал сопротивляться.

— Мне кажется… Мы с Роуз увидели знак того, что я беременна. В общем, так это поняли.

Чего-чего, но этого Джек никак не ожидал. Голова пошла кругом.

— Неужели это правда?

Она кивнула, серьезно глядя на него в такую радостную минуту.

— Джек, ты должен знать существует возможность, что я не смогу выносить ребенка сколько положено. Только добавлю нам сердечных мук из-за очередной потери.

В ее глазах он увидел страх и печаль. Господи, как ему хотелось стереть память о том темном времени, чтобы оно никогда не вернулось вновь. Это заставило его ощутить важность того, что он собирался сказать.

— Но ты же знаешь, какая это будет радость, если в этот раз все пойдет по-другому?

Сэди изумленно посмотрела на него, словно сама не додумалась до этого.

— Ты готов рискнуть?

Он кивнул.

— Конечно. — Он понимал, что принимает ответственное решение, но нужно было поддержать жену в эту минуту.

Сэди на миг отвела глаза, прижав руку ко рту, потом снова посмотрела на него. Во взгляде вдруг зажглась надежда.

— Послушай, помимо шанса потерять ребенка у меня есть такой же выносить его. Разве не так?

Уголки его губ изогнулись в улыбке.

— Я думаю, ты абсолютно права. — Потом Джек вынул из кармана маленькую бархатную коробочку и, щелкнув большим пальцем, поднял крышку. — В этот раз у нас все будет по-другому.

У Сэди загорелись глаза, когда она увидела изящное кольцо с овальным изумрудом, таким ярко-зеленым, что никакая ирландская девушка перед ним не устоит. Она подняла на него изумленный взгляд, на ее ресницах блеснули слезы.

— Что скажешь, Сэдимун? Выйдешь за меня? Еще раз?

Она пристально посмотрела на него.

— Я понимаю, что должна сказать да.

Джек вдруг почувствовал, что у него словно выросли крылья. Он мог бы сейчас взлететь. Подхватив Сэди за талию, закружил на месте.

— Я тебя люблю. Любил и всегда буду любить. Чайная заварка рассказала тебе об этом?

— Нет. — Слезы потекли по ее щекам. — Но намекала.

— Может, ей не все известно? — Джек, конечно, дразнил ее. Он признал умение Сэди предсказывать будущее, а свое отношение к ее таланту пристроил на некоей воображаемой полке среди вещей, которым не было разумного объяснения, но, тем не менее, в которые верил — в Бога, например, в любовь и во второй шанс.