Парк свиданий. Большая книга весенних романов о любви - Ирина Щеглова

– Наталья Александровна, – подал голос Саша. Юлька вздрогнула от неожиданности и уставилась на него. Что он еще задумал! Может, хватит на сегодня болтовни?!

– Наталья Александровна, можно я попытаюсь все объяснить? – попросил Саша.

– Хватит! Наобъяснялись! – огрызнулась воспитательница.

– Нет, нет, – миролюбиво продолжил Саша, – я просто хотел вам сказать о том, что вы зря так расстраиваетесь. Лизочку никто не топил.

– Не топил?! – воскликнула Наталья. – Да у вас тут круговая порука! Лиза в медпункте плела про какого-то спрута, а наша замечательная Юля поведала нам, что это она заставила Лизу утопиться!

– Меня никто не заставлял топиться! – внезапно подала голос Лиза. – Я просто боюсь брызг!

– Каких брызг?! – взвизгнула Наталья.

– У нас сегодня соревнование было, – подсказал Саша, – Лизочка не хотела участвовать и поэтому отошла подальше.

Наталья гневно сверкнула глазами:

– Снова голову морочите? Развели тут дедовщину! Обижаете тех, кто слабее вас! Эх вы! Я-то думала, вы старше, умнее. А вы!

– Девочки очень хорошие, – заявила Лизочка, упрямо наклонив голову, – они со мной дружат. В бассейне плавать учили. Мы всегда вместе. И… они никогда меня не прогоняли, даже если говорили о своих секретах.

– Так зачем же ты топилась? – вкрадчиво спросила воспитательница.

– Я не топилась! – голос Лизочки сорвался на крик. – Сколько раз можно повторять! Я не топилась! Я испугалась!

– Кого?! – взмолилась Наталья. – Спрута?!

Лизочка смутилась и промолчала.

– Лиза, иди к директору, – позвала Катя, появляясь в комнате. Лиза прошмыгнула мимо Натальи и Кати. Из коридора донесся частый топот ее ног, потом он стих.

В комнату стали заглядывать ребята из группы. Воспитательница шикала на них, и они исчезали.

– Не понимаю! Не понимаю! – твердила воспитательница. – Что случилось с детьми? А все эти игры! А в фильмах что показывают? Кровь, жестокость, убийства! Ужас, ужас!

Ребята и вожатая помалкивали.

– Никакого уважения! Никаких авторитетов! У вас теперь не авторитеты, а кумиры! Всякие там! – она покрутила рукой. – Терминаторы с пауками!

Раздался смешок. Кто-то не выдержал. Серега, кажется.

– Он еще и смеется! Тебе плакать надо, а не смеяться! – страдающим голосом сказала воспитательница. Юльке даже жалко ее стало.

Появился Антон. Выглядел он усталым и грустным:

– Юля, тебя зовут, – сказал он. Саша сжал Юлькины пальцы, она взглянула на него, чуть заметно кивнула. Юля высвободила руку и направилась к двери.

– Все в любовь играете! – кинула вслед Наталья. – Думаете, я ничего не замечаю! Романы тут устраиваете. А не рановато ли?

Юлька быстро пошла по коридору, стараясь не слушать воспитательницу. «Юлька, че случилось? Че случилось-то?» – шептали ребята и девчонки, приоткрыв двери и высунув головы в коридор. Юлька молча отмахивалась.

Саша догнал ее у общей комнаты. Или, как ее все называли, кают-компании.

– Я с тобой, – твердо сказал он.

Она покачала головой.

Отстранила его и вошла.

Игорь Владимирович сидел за столом, напротив, сгорбившись, сидела Лизочка. Директор указал Юльке на стул. Она присела.

– Юля?

– Да…

– Юля, тебе у нас нравится? – спросил директор.

– Нормально…

– У тебя есть друзья? – допытывался он.

– Да…

– Я слышал, ты занимаешься спортом?

– Занимаюсь…

– Каким?

– Легкой атлетикой…

«К чему эти расспросы? – думала она. – Зачем? Что он хочет узнать?»

– Я слышал, ты бегаешь по утрам? – снова спросил директор. Юлька дернулась. «Вот как, значит, все-таки донесли! Лизочка? – она покосилась на сжавшуюся девочку. – Наверняка… Ну, теперь не отстанет!»

– Я не могу нарушать режим, – ответила она.

– Да, но ты не делаешь со всеми утреннюю зарядку, – заметил он.

– Я занимаюсь самостоятельно, – процедила Юлька.

– Значит, ты не можешь нарушать свой режим, но наш ты почему-то нарушаешь, – уточнил директор.

– Я предупреждала Наталью Александровну, – нашлась Юлька.

– Допустим, – легко согласился он. – Я вижу, ты девочка тренированная, спортом давно занимаешься, и тебе у нас должно быть, э… скучновато, а?

«К чему он клонит? – пыталась сообразить Юлька. – Хочет отправить меня домой?»

Директор ждал ответа, легко постукивая кончиком ручки по столу.

– Н-нет, – осторожно выговорила Юлька.

– Лиза, а тебе? – внезапно переключился директор. Девочка на стуле вздрогнула и отрицательно помотала головой.

– Странно, – задумчиво произнес директор, – такие разные девочки, а отвечаете одинаково. – Честно говоря, после сегодняшнего инцидента я уж не знал, что подумать. За пятнадцать лет моей работы, знаете ли, разное случалось… Да, так что ты там говорила, Юля, о какой-то шутке или розыгрыше?

Юлька снова покосилась на Лизочку.

– Я? – на всякий случай переспросила она.

– Да, Наталья Александровна заявила, будто бы ты хотела кого-то разыграть, и для этого договорилась с Лизой… – директор оборвал фразу и посмотрел на Юльку.

– Все было не так, – Юлька вздохнула. – Наталья Александровна стала ругать вожатых за то, что они не следили за Лизой. А я заступилась.

– За вожатых? Похвально… Нравятся вожатые?

– Они хорошие, – подтвердила Юлька.

– То есть ты на самом деле не подговаривала Лизочку тонуть? – быстро спросил он. И Юлька не выдержала, взорвалась:

– Да не подговаривала я ее! Мы ее по всему пляжу бегали искали! Откуда же нам было знать, что она к пирсу пойдет!

Лиза разревелась в голос.

– Ну, ну, ну, – забеспокоился директор, – зачем же плакать, Лиза, ведь все обошлось, правда? Все обошлось… – Он встал из-за стола, обогнул его, подошел к Лизе, погладил ее по голове, поднял со стула и, придерживая за плечи, повел из комнаты. Юлька пошла было за ними, но у самой двери директор остановился, мягко вытолкал Лизочку и, повернувшись к Юльке, сказал негромко:

– Когда я спросил у Лизы, хочет ли она, чтоб я ее переселил в другую комнату, она категорически отказалась. И вообще она отчаянно заступалась за тебя. У тебя много нареканий, Юля, и, честно говоря, я бы отправил тебя домой, здесь у нас все-таки санаторий, а не спортивный лагерь. Да и в спортивных лагерях нельзя нарушать дисциплину. Разве не так?