Танец теней - Энн Стюарт

— Дорогой мой, — устало произнес Фелан, — сумасшествие уже передавалось в нашей семье от одного поколения к другому, и было бы отчаянным оптимизмом предположить, что меня минует чаша сия. Но, даже если и так, безумие наверняка проявится в моих детях. А дети и без того достаточно докучливые создания — вот мне и не хотелось бы произвести на свет какого-нибудь маленького маньяка.

— Фелан… — очень серьезно начал Вэл, но старший брат поднял руку, жестом призывая его к молчанию, и Вэл увидел на косточках пальцев кровоподтеки, которые появились не в ходе этой драки, а явно раньше.

— Достаточно, — сказал Фелан. — Можешь надрывать свое бедное сердце, сокрушаясь по поводу моей несчастной судьбы или по поводу моей глупости — как тебе больше нравится. Но согласись: если человеку предстоит быть повешенным, лучше не иметь ни перед кем обязательств. А ведь повесить вполне могут и меня. Кроме того, я все равно не собираюсь иметь детей, и нет у меня маленькой зануды, по которой я страдаю.

— У тебя есть Джульетта. Если бы ты только понимал это.

— Джульетта уехала со своим мужем. — Фелан наклонился, чтобы собрать рассыпавшиеся со стола бумаги. — И к тому времени, когда мы вернемся в Англию, у них, возможно, будет целый выводок детишек.

— А мы вернемся?

— В конце концов, думаю, да. Леди Марджери ведь не может жить вечно. А лорда Гарри не слишком любили в родных краях. Лет через десять-пятнадцать можно будет попробовать объявиться. Но не исключено, что к тому времени любовь твоя к этому месту поблекнет и ты поймешь, что тоже полюбил жаркие страны.

Вэл покачал головой:

— Никогда. Это мой дом. Рано или поздно мне придется… — Он вдруг осекся, взглянув на Фелана. — Что случилось?

Фелан с обескураженным выражением лица смотрел на поднятый с пола альбом с эскизами. Затем он, словно очнувшись, поднял голову.

— Ничего. Ничего особенного.

— Ты знаешь, Фелан, иногда ты просто невыносим!

— Я знаю. — Он кивнул головой, складывая бумаги в стопку.

— Ты, должно быть, устала, дорогая, — тихим голосом, от которого Джульетту всегда пробирала дрожь, сказал Лемур. — Не жди меня. Ложись.

Джульетта поглубже забралась в кресло. Был уже десятый час, и она действительно страшно устала: ведь ей пришлось не спать всю прошлую ночь, а сегодня ехать почти весь день под дождем. Но Джульетта знала, что ожидает ее наверху. Лемур, разумеется, придет к ней, не думая о том, что кругом люди, — ведь он научил Джульетту не издавать ни единого звука протеста или боли. Однако сегодня мысль об этом была особенно непереносима. Джульетте требовалось время — хотя бы еще одна ночь, — когда душа и тело ее будут принадлежать только Фелану. Завтра она примет безропотно свою судьбу. Но сегодня ей хотелось остаться наедине со своими воспоминаниями.

— Я не устала, — солгала она Лемуру, с трудом подавив зевок.

Бесцветные глаза его недоверчиво сверкнули.

— Ерунда. Я же вижу, что ты вот-вот свалишься. Поднимайся наверх и не жди меня рано. Я сегодня задержусь.

Для Джульетты блеснул лучик надежды. Но она знала, что не стоит задавать лишних вопросов, и поэтому молчала, понимая, что рано или поздно он сам захочет поделиться своими хитроумными планами.

— Я отправил свою визитную карточку леди Ромни, — сообщил Лемур, слишком довольный собой, чтобы заставлять ее ждать. — Думаю, ей интересно будет узнать, где находятся ее сын и его жена.

— Ты ничего ей не скажешь! — в ужасе воскликнула Джульетта.

— Отчего же? Разумеется, скажу. Я не собираюсь упускать такую замечательную возможность. И не надо выглядеть такой испуганной — не исключено, что она сама знает, где они, и едет их повидать. Мы всего в двадцати пяти милях от Хэмптон-Реджис. В таком случае я только поинтересуюсь, что она думает о тебе.

— А почему она должна что-то обо мне думать? — недоуменно спросила Джульетта.

— Потому что я собираюсь рассказать ей, что ты любовница ее сына. Что ты покинула постель своего мужа и изменила мне с Феланом Ромни под одной крышей с его очаровательной женой. — Лемур зловеще захихикал. — А ты думала, я не понял, чем ты тогда занималась?

Все похолодело у нее внутри. Она поняла, что не будет ей пощады сегодня ночью.

— Но почему ты думаешь, что леди Ромни есть до этого дело?

— Я вовсе так не думаю. Но имя этой семьи и без того уже запятнано скандалом, так что вряд ли она упустит возможность замять еще один. К тому же ей наверняка не захочется, чтобы властям стало известно, где находится ее сын.

— Ты собираешься шантажировать ее?

— Какое резкое выражение! Я просто хочу позаботиться о нашем будущем финансовом благополучии.

— Так, значит, если она заплатит тебе, ты ничего никому не расскажешь о Фелане Ромни? — с надеждой спросила Джульетта.

Лемур улыбнулся. Его мелкие острые зубы при свете свечей напоминали клыки.

— Разумеется, расскажу! Но его пожилую матушку я постараюсь убедить в обратном. Ты вышла замуж за умного человека, девочка! Чертовски умного, хитрого и осторожного. Хотя ты, вероятно, еще не поняла этого. Ты думала, что просто выполняешь предсмертную волю Черного Джека и найдешь во мне еще одного отца, готового потакать твоим прихотям. Но я удивил тебя, не так ли? И поверь: во мне есть еще много такого, чему тебе предстоит удивиться!

— Да, ты удивил меня, — тихо произнесла Джульетта. — Отец, будь он жив, тоже удивился бы. Ведь он думал, что позаботился о моем будущем, поскольку считал тебя порядочным человеком и своим лучшим другом.

— Не совсем так, — усмехнулся Лемур. — Видишь ли, я сказал ему, что у нас роман, но ты стесняешься ему в этом признаться.

— Не мог он в это поверить! — с жаром воскликнула Джульетта.

— Ты забываешь, что твой отец был при смерти. В полубреду. Но все же ему не очень нравилась идея выдать тебя за меня. Пришлось добавить аргументов. Я сказал, что ты ждешь от меня ребенка.

— Ты чудовище, — прошептала Джульетта. Глаза Лемура сузились.

— Поднимайся наверх и жди меня в постели, Джульетта. Моя беседа с леди Ромни продлится недолго. — Он снова улыбнулся своей зловещей улыбкой. — И можешь не раздеваться. Пожалуй, будет забавно овладеть тобой в мужском платье.

Джульетта вышла из комнаты грациозной походкой настоящей леди, несмотря на то, что на ней был мужской костюм, и принялась подниматься по лестнице. В складках ее куртки был спрятан незаметно взятый со стола нож.