Клятва рыцаря - Ханна Хауэлл

— Тужься. Тужься сильнее, дорогая.

Элспет оторвала мокрую от пота голову от подушки и посмотрела на мать:

— Я и так тужусь.

— Я уже вижу головку. — Агнес похлопала Элспет по согнутым коленям. — Он почти вышел.

— Не могу понять, почему это длится так долго, — задыхаясь, произнесла Элспет. — Как будто ему так уж далеко идти.

Она услышала, как Агнес, мать и Сорча засмеялись, хотя в это время напрягалась изо всех сил, повинуясь командам жен шин.

Сорча вытерла пот с лица Элспет прохладной влажной тряпочкой.

— Скоро все кончится, кузина. Я знаю, сейчас тебе трудно в это поверить, но, слава Богу, роды проходят легко.

— Легко? — натужно произнесла Элспет.

— Да. Хотя бы потому, что ты способна здраво мыслить и говорить.

— Тогда позови сюда Кормака. Я выскажу ему кое-что. Женщины засмеялись, а Элспет собрала последние силы.

Теперь были слышны только тихие подбадривающие голоса и ее стоны. Затем Элспет вдруг пронзила невыносимая боль, и она закричала.

Когда боль отпустила ее, Элспет начала постепенно приходить в себя. Хотя тело еще плохо слушалось ее, она с волнением поняла, что все муки кончились. Внезапно Элспет охватил страх, так как наступила жуткая тишина, но вдруг она услышала крик младенца.

— Что с моим ребенком? — устало произнесла Элспет. Ее голос был до неузнаваемости хриплым.

— С ним все в порядке, — спокойно сказала мать. — Агнес обмывает его, а мы с Сорчей сейчас займемся тобой.

— Но…

— Подожди немного, и ты увидишь своего чудесного новорожденного. Если ждала его девять месяцев, то сможешь подождать еще несколько минут, пока мы не приведем в порядок вас обоих.

Элспет смирилась, хотя все-таки пыталась хоть одним глазком увидеть младенца, которого держала Агнес. Сорча и мать действовали быстро и умело, поворачивая ее с боку на бок на кровати, меняя белье, обтирая ее губкой, расчесывая волосы и переодевая в свежую ночную рубашку. Элспет чувствовала себя таким же ребенком, какого только что произвела на свет. Однако ей стало гораздо лучше, и после того, как ее приподняли, подложив под спину подушки, она получила своего малыша. Элспет была рада, что Агнес не стала пеленать младенца слишком туго, чтобы можно было легко развернуть его.

— Десять пальчиков на ручках, десять на ножках и нет… — Глаза Элспет расширились. — Это девочка!

Агнес не могла скрыть своего восторга.

— Да, девочка. Маленькая хорошенькая девочка с темными волосиками, как у тебя. О, она будет красавицей!

Молди помогла Элспет приложить ребенка к груди. Молока было пока немного, однако скоро его количество увеличится. Сейчас грудь слегка болела, но мать предупредила Элспет об этом, так что молодая мама сосредоточилась на радости держать своего первенца.

— Ты хотела мальчика? — спросила Сорча.

— Нет. Мне было все равно, — ответила Элспет, — Среди Мюрреев и Армстронгов слишком много мальчишек. — Она улыбнулась Агнес: — Мы все знаем, о чем ты молилась последние несколько месяцев. А теперь пойди и позови Кормака.

— Позволь мне взять ребенка, дорогая, — сказала Агнес, протягивая руки. — Кормак сам вернет тебе девочку, а если он перед этим покажет ее всем, тебе не придется принимать здесь толпы любопытных.

Агнес вышла, нежно воркуя с малюткой. После некоторой дополнительной суеты и поцелуев мать и Сорча тоже вышли из комнаты. Элспет зевнула, надеясь, что Кормак поспешит навестить се, пока она не уснула.

Кормак напрягся, увидев Агнес, вышедшую в гостиную. Еще раньше, услышав крик Элспет, он вскочил с места, но братья удержали его. Потом наступила тишина, и с каждой следующей минутой, ничего не зная о состоянии Элспет, он все больше волновался. Когда Агнес подошла ближе, Кормак подумал, что она не выглядела бы такой радостной, если бы с Элспет было что-то неладно, однако страх все же не оставлял его.

— Что с ней? — чужим голосом спросил он, когда Агнес остановилась возле него.

— Все в порядке, — успокоила женщина. — Только очень устала. Она такая хрупкая, однако способна родить тебе дюжину детей.

— Но Элспет кричала.

— Да. Думаю, ты тоже закричал бы, если бы из твоего тела вышло такое. — Агнес медленно развернула младенца и опустила пониже, чтобы Кормак мог получше рассмотреть его. — Видишь? У него темные волосики, десять маленьких пальчиков на руках, десять — на ногах и… нет штырька!

— Это девочка! У нас девочка! — Кормак коснулся дрожащим пальцем мягких волосиков ребенка и взволнованный отошел к своим братьям, уступив место около Агнес трем своим сестрам.

Дугал нахмурился:

— Похоже, Агнес очень довольна тем, что у твоего младенца отсутствует некий придаток.

Кормак засмеялся и встал.

— Агнес, могу я теперь повидать Элспет?

— Да. — Она завернула новорожденную и передала ее Кормаку, не обращая внимания на его явную растерянность. — Отнеси малышку назад к матери. — Она подтолкнула его к двери. — Твоя жена родила довольно легко, хотя это были ее первые роды. Думаю, вы оба очень плодовиты. Однако, хотя Элспет и способна иметь много детей, частые роды плохо сказываются на здоровье женщины. Я знаю несколько способов, какими ты можешь замедлить прибавление в своей семье.

Кормак поцеловал Агнес в щеку.

— Леди Молди говорила нам то же самое. Мне очень хочется иметь много детей, но здоровье Элспет слишком важно для меня. Дети — это несомненное благо, но в Элспет вся моя жизнь. Я не хочу, чтобы она провела свою молодость в постели роженицы. — Он осторожно посмотрел на ребенка, которого держал в руках. — Вы уверены, что я не уроню его?

— Уверена. Сейчас я пойду и сообщу Кристоферу и маленькому Алану хорошую новость, а ты поспеши к жене, пока она не уснула.

Элспет заморгала, ощутив колыхание кровати. Она уже почти засыпала и, открыв глаза, увидела рядом с собой Кормака. Когда он улыбнулся и передал ей их дочку, она почувствовала облегчение. Выражение его лица говорило ей, что он ничуть не расстроен оттого, что она родила ему не сына.

— Агнес на седьмом небе от радости, — сказал Кормак и коснулся поцелуем ее улыбающихся губ. — Мои сестры тоже.

— Это немного уравняет численность мужчин и женщин в нашем роду, — сказала Элспет.

— Ты хорошо себя чувствуешь? — Он подвинулся поближе и, обняв се за плечи, осторожно привлек к себе.

— Да, только очень устала и еще немного больно. — Элспет посмотрела на спящего ребенка. — Но ради этой малышки стоит потерпеть.