Ее тайная связь - Барбара Доусон Смит

– Что ты ей дала? Яд?

– Конечно, нет, – возмутилась женщина. – Лишь капельку опиума. Я люблю ее гораздо сильнее вашего.

– Любовь? Тебе известны только эгоизм и зависть. Керн обнял Изабеллу, взял на руки и, наслаждаясь ее близостью, прижал к себе.

– Я здесь. И никогда тебя не оставлю.

– Нет! – закричала Минни. – Ты не можешь ее забрать.

– Может, – вмешался Хатуэй. – И если выйдет, по-моему, вы, мадам, никогда ее больше не увидите.

Он подтолкнул Минни к двери.

– Как вы смеете? – упиралась та. – У вас нет права отнимать ее у меня!

– Есть. Вы это прекрасно знаете.

– Ха! Швыряли иногда любимой девочке несколько монет, и все! Я позаботилась, чтобы она не получала ваши жалкие крохи и не принимала их за любовь.

Продолжая выворачивать ей руку, Хатуэй прошипел:

– Воровство, любезная, тоже преступление и еще одна причина отвести вас к судье.

– Не осмелитесь. Тогда вам придется объявить всему миру о своей интрижке с Авророй и признать, что вы отец Изабеллы.

Девушка непонимающе моргнула.

– Отец?

Взгляд маркиза остановился на ней, и, хотя Минни продолжала вырываться, он не сводил с дочери глаз. Суровые черты разгладились.

– Да, это правда, я твой отец.

Изабелла медленно покачала головой, ее распущенные волосы щекотали Керну лицо.

– Вы… и мама…

– Я любил ее всем сердцем… И если бы я имел, хотя бы половину отваги Джастина… – Глаза Хатуэя подозрительно блеснули, заставив его отвернуться.

Минни воспользовалась моментом, неожиданно вырвалась и бросилась к двери. Но маркиз догнал ее, повалил на пол и для надежности шарфом связал ей руки. Шлюха изрыгала потоки грязных ругательств.

Изабелла содрогнулась, а граф крепче прижал ее к себе, оберегая от неприятных картин и звуков, мечтая унести ее подальше отсюда, чтобы она поскорее забыла пережитое нынешней ночью предательство.

Хатуэй заставил Минни подняться на ноги.

– Я прикажу кучеру вернуться за этим. – Он кивнул на лежащего без чувств Диккенсона.

– Я сам препровожу их на Боу-стрит. Вам лучше держаться подальше от неприятностей.

– Нет, – покачал головой маркиз, посмотрел на Изабеллу и улыбнулся. – Пора делать то, что я считаю правильным. Тем более что вам, похоже, не до того.

Изабелла выгнулась в объятиях графа, прижимаясь к нему всем телом. Наркотик явно раскрепостил ее: мягкие губы скользнули по его шее, и Керн ощутил соблазнительное прикосновение языка. И свою отнюдь не своевременную реакцию.

– Молодой человек, надеюсь, вы немедленно узаконите свои отношения с моей дочерью, – твердо заявил маркиз.

– Как вам угодно, милорд. – Керн не мог сдержать радостной улыбки.

Спустя два часа карета Линвуда выехала на Большую северную дорогу. Уютно устроившись в бархатном чреве экипажа, граф крепко прижал к себе Изабеллу, которая свернулась под мягкой накидкой, с головы до пят укрывавшей ее. Под накидкой была только ночная рубашка, ибо Керн не решился побеспокоить девушку, уснувшую во время торопливых сборов.

Слуги в доме Линвуда со всех ног бросились исполнять его приказания: камердинер паковал чемоданы, кухарка наполняла яствами большую плетеную корзину, конюхи выводили упряжку лошадей. Каждый бросал удивленные взгляды, но никто не решился спросить, почему хозяин отправляется ночью в дальнее путешествие. Да еще в обществе юной дамы, которую не сопровождала пожилая компаньонка. Милорд не удосужился ничего объяснить, хотя слуги понимали: через несколько дней они узнают ответ.

Узнает ответ и все светское общество, поползут мелочные слухи. Керн улыбнулся в темноту. Пусть катятся к дьяволу! Он получил то, чего желал.

Изабелла пошевелилась, расправила руки и ноги, глубоко вздохнула. Потом глаза раскрылись, и она посмотрела на Керна. Рука погладила его сюртук, будто Изабелла хотела убедиться, что любимый, в самом деле, рядом.

– Джастин?

– Как ты себя чувствуешь? – Он поцеловал ее в лоб.

– Немного лучше… Голова не так кружится. – Изабелла оглянулась по сторонам, наконец, поняв, что они в карете. – Ты везешь меня в дом Линвуда?

– Нет, дорогая, я тебя похитил.

– Похитил? – нахмурилась она. – Но… я готова бежать с тобой куда угодно. И хотела тебе об этом сказать, когда тетя Минни… – Изабелла прикусила губу. – Не могу поверить… Все эти годы она была мне как мать…

– Не терзай себя, любовь моя. Выходит, ты ее совершенно не знала. Никто из нас не знал.

– Помнишь, тетя Перси заболела, – всхлипнула Изабелла, – Минни, наверно, дала ей яд, чтобы вернуть меня домой… Господи, мои остальные тетки…

– Крепко спали, – докончил за нее Керн. – Я велел доктору Сэдлеру навестить их пораньше и убедиться, что действие наркотика осталось без последствий. Также просил его заглянуть к Тримблу.

– Значит, сэр Джон… все-таки не мой отец?

– Нет.

– Лорд Хатуэй… неужели, правда?..

У меня нет отца. И если ты станешь его искать, я этого никогда не прощу. Керн похолодел.

– Да, любимая, Хатуэй – твой отец. Я узнал об этом перед тем, как мы пришли за тобой. – Он обхватил ладонями ее лицо. – Извини, если эта новость причиняет тебе боль. Но пройдет время, и ты поймешь, что он действительно тебя любит и всегда любил. Из-за тебя ему пришлось испытать неизмеримую муку.

Изабелла отвернулась к окну, за которым была ночь; только время от времени в каком-нибудь домике мелькал свет свечи.

– Почему-то я не чувствую к нему ненависти. Он подарил мне сестру, о которой я всегда мечтала. – Голос Изабеллы дрогнул. – А я так ее обидела.

Граф привлек ее к себе.

– Хелен потребуется время, чтобы осознать, что мы не подходили друг другу. Она все поймет, когда найдет свою любовь.

Вздохнув, Изабелла прижалась к любимому, рука зарылась под сюртук и поглаживала ему бок. Они были одни в полутемной карете, впереди долгие часы путешествия. Керн вспомнил, что под накидкой у нее только ночная рубашка. Стоило откинуть накидку и…

Но Изабелла перенесла страшное потрясение, ее следовало щадить, а не пользоваться беззащитным положением.

– Джастин, я слишком поторопилась отвергнуть твое предложение. Я хочу стать твоей любовницей. Всем сердцем.

Керн почувствовал, как в нем поднялась волна любви и желания. Изабелла еще не знала, куда они едут.

– Я хочу тебе кое-что сказать. – Граф осекся, ибо пальцы Изабеллы скользнули вниз и начали одну за другой расстегивать пуговицы на его брюках.

– Если ты, в самом деле, хочешь меня, то нужно договориться о некоторых правилах.