Искушение любовью - Эйлин Драйер

Тело Алекса требовало немедленного действия. В голове роились самые разные мысли, вопросы, планы. Но внешне он был совершенно спокоен, хотя стоял перед человеком, который явился, чтобы разрушить его жизнь.

Это был один из людей Финни, огромный лысеющий бугай по имени Бен, и Алекс до сих пор не мог поверить в произошедшее. В течение двух дней этот человек исправно нес патрульную службу в саду и ничем не выделялся среди других охранников. И вдруг неожиданно появляется перед Алексом, отводит в сторону и передает ультиматум.

– Поймите, сэр, я лично отношусь к вам с уважением и ничего против вас не имею,  – объяснял Бен с таким жалким видом, словно за поясом у него было не оружие, а перечница. – Но тот джентльмен, который передал послание, предупредил, что они знают, где лавка моего отца. Угрожал поджечь.

– Ты знаешь, кто этот человек?

Охранник уныло улыбнулся:

– Вы же понимаете, сэр, что я не могу вам этого сказать, до тех пор пока жизнь моего отца под угрозой. Вы ведь тоже сын и понимаете, что значит для человека отец.

Алекс собрал все силы, чтобы справиться с приступом гнева. Сохранять спокойствие сейчас было крайне важно, иначе можно было проиграть все уже до начала игры.

– Но это же смех какой-то! Какую угрозу могут представлять для них две слабые женщины?

– Откуда мне знать? – пожал плечами мужчина. – Сказали, что они что-то украли и должны вернуть.

– Что именно? – спросил Алекс, хотя чувствовал, что прекрасно знает ответ на этот вопрос. – Если мы будем знать это, я сам смогу передать требуемое.

Бен вновь пожал плечами:

– Говорили, что сами скажут девушкам.

– Как выглядит тот человек, который разговаривал с тобой?

Мужчина улыбнулся, продемонстрировав отсутствие нескольких передних зубов.

– Вы считаете меня полным дураком?

Нет, к сожалению, Бен отнюдь не был глупцом.

– Ладно. Каким образом они предлагают мне доставить женщин?

– Начиная с сегодняшнего вечера, наготове будет карета. Как вы в нее их посадите – это ваше дело.

– И больше ты ничего о том человеке не знаешь?

– Я его не расспрашивал. Это не мое дело.

– Это будет твоим делом, если тебя повесят как изменника. Думаешь, твоему отцу это понравится?

Бен в очередной раз пожал своими огромными плечами:

– По крайней мере он останется жив, ведь так?

Алекс в принципе ожидал подобной встречи с тех пор, как познакомился с запиской шантажиста, однако думал, что будет разговаривать с кем-нибудь из «Львов», а не с такой же, как он, жертвой шантажа.

Впрочем, теперь это уже не имело значения. Надо было срочно придумать, как выпутаться из сложившейся ситуации, и он сказал:

– Завтра. Передай им, что все должно быть готово завтра.

Не говоря больше ни слова, Алекс повернулся и пошел к дому. Необходимо все рассказать Чаффи, больше тянуть с этим нельзя. Следовало также подумать, как скрыть эту информацию от отца. Здесь придется положиться на доктора О’Рорка. После разговора с Чаффи они решат, что делать со всем этим дальше, если вообще следует что-то делать.

И только оказавшись в полутемном коридоре по пути в библиотеку, Алекс остановился и, будто опомнившись, потер глаза. Он вдруг отчетливо понял, что ему предстоит непростой выбор: Фиона или отец, женщина, которую любит, или человек, который сам по себе целый мир для очень многих людей, включая самого Алекса; человек, который сейчас лежит наверху и настолько слаб, что не в состоянии даже самостоятельно есть; человек, который, черт побери, чуть не угробил себя на службе правительству! Разве может он допустить разоблачение, которое угрожает отцу?

Но Фиона… храбрая, любящая, великолепная Фиона; обожаемая Фиона с ее бескомпромиссной честностью, гибким и острым умом; Фиона, в которую он по-настоящему влюблен, единственная женщина, которую он хотел бы и был готов защищать до конца. Принести ее в жертву – все равно что рассечь себя надвое!

Алекс направился было к лестнице, но в этот момент распахнулась дверь и из столовой, как ядро из пушки, выскочил Чаффи.

– Ну-ну, не спеши! – воскликнул Алекс, вытягивая руки, чтобы друг в него не врезался. – Что это тебя так возбудило?

Чаффи остановился. Его очки были на голове. Развязавшийся шейный платок не падал только благодаря какому-то чуду.