Ласковый дождь - Роберта Лэтоу

Если подъем по склону Немрут-Даги в джипе оказался довольно сложным, то пешее восхождение на вершину было настоящим испытанием для Миреллы. Настал момент, когда она решила, что ей это не осилить. Эти двести пятьдесят футов дались ей с неимоверным трудом, и лишь заверение Адама, что ее ожидает зрелище, равного которому невозможно себе представить, заставляло ее идти вперед.

Наконец, взмокшие и еле живые, они оказались на вершине. Небо постепенно светлело, и из темноты вынырнули очертания тридцати пяти олимпийских богов. Они ежедневно пробуждались на этой вершине еще за много лет до Рождества Христова.

По-прежнему было холодно, но Мирелла обливалась потом и тяжело дышала от усталости. Она опустилась на валун, пытаясь восстановить дыхание, но в это время статуи начали оживать в лучах рассветного солнца, поднимать головы и наполняться жизненной силой. От этого мистического действа сердце у нее стало биться учащеннее, а дыхание замирало в груди.

– Нет, не снимай шапку! – кинулся к ней Адам. – Потерпи немного, скоро станет тепло. Давай я помогу тебе.

Он снял с себя шарф и вытер им испарину с ее лба и шеи. Их спутники подошли ближе, прислонились к валуну, на котором она сидела, откупорили бутылки с бренди и, сделав по большому глотку, протянули бутылки Адаму и Мирелле.

Уже стало достаточно светло, чтобы можно было погасить сигнальные фонари. Оказалось, что в сотне ярдов от них обосновалась еще одна группа туристов, любящих острые ощущения. Адам подозвал собак и велел им сидеть рядом. Затем он поднял Миреллу с валуна и посадил к себе на колени. Ей было приятно чувствовать тепло его тела, и она откинулась ему на грудь, положила голову на его плечо и стала ждать рассвета.

Постепенно серое небо окрасилось в розовые тона, из-за хребта хлынули оранжевые лучи, они осветили небосвод и согрели камни на вершине. Статуи богов ожили, тронутые ласковым солнцем. Это было так восхитительно, что Мирелла не удержалась и закричала. Ей вторили видавшие виды псы, которые огласили окрестности радостным лаем.

Это чарующее зрелище с лихвой вознаградило Миреллу за все перенесенные трудности. К девяти утра на вершине стало так жарко, что она сменила брюки на легкую юбку. Она переодевалась за могильным камнем короля Антиоха в присутствии четверых мужчин, которые в этот момент любовались оживающей небесной сферой.

Мирелла уселась под зонтиком, чтобы не сгореть на солнце, который мужчины галантно установили для нее среди валунов. Адам пропал куда-то вместе с британскими и немецкими археологами, посоветовав ей немного вздремнуть. Она попыталась последовать его совету, но была слишком возбуждена и не смогла заснуть.

Почувствовав голод, мужчины достали съестные припасы, и они все вместе позавтракали. Аслан и Демир веселили их рассказами о Ходже Насреддине, герое турецкого эпоса четырнадцатого века, шутки и мудрые высказывания которого до сих пор не утратили своей остроты.

В два часа дня к ним присоединились телохранители Миреллы и кое-кто из жителей деревни. Еще через полчаса они с Адамом спустились к джипу, прихватив с собой трех собак.

– Наконец-то мы одни, – с облегчением вздохнул Адам.

Он обнял ее и нежно прикоснулся губами к ее губам. Она приникла к нему всем телом и с наслаждением расслабилась, зная, что может ему доверять. Он расстегнул на ней блузку и слизал капельки пота между ее грудей, а затем стал ласкать ее соски.

– Я мечтал об этом с той минуты, как ты вышла вчера из самолета, – прошептал он хриплым от возбуждения голосом. – Я люблю твою грудь, люблю ощущать ее в своих ладонях. Сколько раз я мечтал о том, чтобы взять ее в рот! Я представлял себе, насколько длинны твои соски и как сладки они на вкус.

Мирелла закрыла глаза, чувствуя, что от его прикосновений и слов напрягаются мышцы внизу ее живота.

– Пойдем, пока никто не застал нас здесь. Я отвезу тебя вниз и покажу долину в предгорье.

Он усадил ее на переднее сиденье. Затем достал из багажника канистру с водой и напоил собак. Мирелла намочила платок и обтерла лицо. Они выпили горячего чая из термоса и тронулись вниз по склону под палящими лучами полуденного солнца.

Мирелла с изумлением узнала, что Адам – самый известный представитель западного мира в Турции, пользующийся огромным авторитетом. Его вечеринки были одним из многих способов вдохнуть жизнь в восточные провинции страны. Он оберегал независимость этой части Турции от посягательств граничащих с ней стран.

В поселении Сари имелись электричество, водопровод и небольшой аэродром – все это было сделано на деньги Адама, который объяснял нововведения необходимостью проводить раскопки. Он заботился о том, чтобы жители деревни не голодали, и даже подарил им два джипа, которыми владели Аслан и Демир при условии, что Адам всегда может воспользоваться ими для собственных целей. Таким образом, это место Адам по праву считал своим маленьким королевством.

Они спускались все ниже с горы, и Адам вдруг остановился и произнес:

– Посмотри назад. Видишь два холма? Они и земля, что лежит справа от них, принадлежат тебе.

Они направлялись к побережью Средиземного моря, туда, где проходила граница с Сирией. Склоны холмов утопали в зарослях цветущих кустарников. Впереди лежал Евфрат и город на его левом берегу – Бирекик. Адам выбрал такой маршрут, чтобы он проходил через цветущие фруктовые сады.