Первокурсник - Моника Мерфи

Он превращается в большую шишку. Когда-нибудь, уверен, мы с гордостью будем говорить, что знали этого парня.

– Да, твой тайный бойфренд тоже будет. – Я щелкаю ее по носу указательным пальцем, и она смеется. – Он говорит, что у него есть объявление.

– Ооо, интересно послушать. – Она хмурится: – А мне он пока не рассказывал.

Она шутит. Мне нравится подшучивать над Хайден, что у нее якобы тайная интрижка с Джексоном. Он не в курсе. Они с Хайден редко общаются. Он в последнее время вообще почти ни с кем не разговаривает. Слишком занят. Как только закончился футбольный сезон, он ушел в отрыв: посещал только парочку предметов очно, некоторые онлайн, а все остальное время проводил в студии, сочиняя музыку.

Не знаю, останется ли он в команде в следующем году. На данный момент он все еще числится в списке игроков. Но все может поменяться. Он развивает свой талант и всецело отдается музыке. Вряд ли у него получится совмещать и музыку, и футбол. В конце концов ему придется сделать выбор. Не терпится увидеть, каким будет его путь.

– Сегодня приедет Джейк, – сообщаю я Хайден.

– О, здорово. – Она познакомилась с ним на Рождество и отлично поладила с ним и Ханной. Я даже не сомневался.

Хайден со всеми может сдружиться. Кроме моей мачехи. Но ее никто не любит. Мне кажется, даже мой отец. Но это и к лучшему. Я ей не доверяю. И папе не стоит.

– Ага, рад буду провести с ним время. Мы все рады, – говорю я, прогоняя мысли об отце и его жене. Зачем фокусироваться на плохом, когда вокруг происходит так много хорошего?

– Во сколько приходить? – спрашивает Грейси.

– Часов в шесть. К этому времени еда будет на гриле. Будет пиво.

– Я сделаю шпритцеры^[41] из белого вина, – предлагает Хайден.

– О, вкуснотища, – улыбается Грейс. – Но пить мне особо нельзя, я за рулем.

– Можешь остаться у нас на ночь, – предлагаю я.

– Чтобы иметь возможность всю ночь слышать, как Калеб трахает свою очередную жертву? – Грейси решительно качает головой. – Нет, спасибо.

У Грейси и Калеба все по-прежнему. У них либо вражда, либо перемирие. Это выматывает.

Им это, похоже, нравится.

– Я останусь на ночь, – говорит Хайден, и я целую ее. Как всегда, не могу удержаться.

– Такой и был план. – Я прижимаю ее крепче. У меня онемела задница, наполовину свесившись со скамейки. – Пора выдвигаться. – Я встаю на ноги.

– Нам тоже, – говорит Хайден, и девушки встают. – Мы все равно тут тебя ждали.

– Правда?

Грейси кивает:

– Ага, вообще-то мы часто так делаем.

Хайден пихает ее. Грейси смеется.

– Мы вчера сдали последние экзамены, помнишь? – спрашивает Хайден. Ага, помню. Вроде бы. Ну ладно, может, немножечко подзабыл.

Я подхожу к своей любимой, заключаю ее в объятия и крепко целую:

– Ты лучше всех.

– Никогда об этом не забывай, – говорит она, заулыбавшись. О, этого я уж точно не забуду.

* * *

В нашей квартире и на заднем дворе собралось так много народу, что у меня крышу сносит. А что самое шикарное? Всех этих людей я знаю и люблю.

– А ты знаешь толк в празднованиях, – говорит Джейк, вставая рядом со мной и наблюдая, как я готовлю курицу на гриле. – Я просто умираю с голоду.

– Внутри есть еда, – сообщаю я, и он ухмыляется.

– Чтобы я пропустил, как будущий мастер барбекю творит чудеса на гриле? Ни за что. – Джейк отпивает пиво из бутылки.

Джейк и Ханна пришли раньше всех, и мы успели обо всем побеседовать. Мы с Калебом задали Джейку столько вопросов о футболе и его команде, что в конце концов он отказался отвечать, потому что ему показалось, что он выдает тайну. Мы расхохотались, приняв все за шутку, но думаю, что он говорил серьезно.

К нам вдруг подходит Ханна с тарелкой чипсов и сальсы, овощей и соусов, крекеров и сыра.

– Держи, – говорит она Джейку, поцеловав его.

– Спасибо, детка, – благодарит он и тут же принимается за еду.

– Не удивительно, что ты не пошел за едой сам. О тебе есть кому позаботиться, – говорю я, когда Ханна уходит.

Он улыбается, дожевывая морковку.

– Она заботится обо мне, это правда. Между нами все лучше, чем когда-либо.

– Я рад, что вы сберегли отношения. – Я переворачиваю кусочки курицы. Мне нравится, как они шипят на гриле.

– Мы тут пару недель назад на Софи натолкнулись, – непринужденно сообщает он.

Я не реагирую. Ну и что с того? Мысли о ней больше не заставляют меня чувствовать себя дерьмом. Я испытываю к ней теплые чувства, но не более. Скорее, ностальгию. Это были другие времена. Я был другим человеком.

– Хорошо выглядит, – продолжает он. – Заезжала к нам в кампус. У них крутая танцевальная программа. Думаю, она перевелась туда на следующий семестр. Мы встретились в ресторане недалеко от университета.

– Здорово, – киваю я. Я поливаю соусом кусочки курицы и убавляю огонь до минимума. – Я рад, что у нее все хорошо.

– Она про тебя то же самое сказала. – Я поднимаю взгляд на Джейка. Он наблюдает за мной. – Да, мы говорили о тебе. Я так рад, что ты встретил Хайден, чувак. Софи мне нравилась, но думаю, что Хайден подходит тебе больше.

– Я тоже так думаю, – улыбаюсь я. Я рад, что Джейку она понравилась. – Вы с Ханной ей тоже нравитесь.

– Приезжайте в Лос-Анджелес летом на выходные, потусуемся, – предлагает он.

– С удовольствием. Узнаю у Хайден, хотя уверен, что она не будет возражать.

– Возражать против чего? – Рядом с нами материализовался Калеб с пивом в руке и девушкой под руку. И это не просто девушка.

Это Бэйли. Вот дерьмо.

– Привет, Бэйли, – говорим мы с Джейком без энтузиазма.

Не то чтобы нам не нравилась Бэйли, просто нам не нравится то, что с ней делает Калеб. Эти качели нам уже надоели. Мы ждем, пока Бэйли наконец поставит точку и скажет, что с нее хватит, но мне кажется, она этого не сделает.

– Я пригласил Тони и Хайден навестить нас с Ханной летом.

Калеб кивает:

– Звучит шикарно. С удовольствием бы поехал с вами, ребята. Пошли бы на пляж, подцепили бы цыпочек.

Он говорит это в присутствии Бэйли, даже глазом не моргнув.

– Звучит заманчиво, – замечает она, восторженно глядя на Калеба. О черт.

Мы продолжаем разговор, обсуждая, конечно же, футбол, и в конце концов Бэйли оставляет нас. Как только она уходит, Калеб хмурится, осушает бутылку пива и заявляет: