Любовь без репетиции - Тина Ребер

Райан получил три награды за роль Чарльза Конроя, и я так гордилась им, что трудно было удержаться от некоторого высокомерия. Меня распирала гордость. Настроение не испортила даже полученная им и Сюзанной награда «За лучший поцелуй». К счастью, они не поцеловались на сцене. Райан пообещал, что не станет, и заявил, что я единственная женщина, которую он позволит себе целовать на людях.

Я выделила в толпе донельзя соблазнительную задницу Иена Сомерхолдера. Чудь дальше стоял Зак Эфрон, глубоко погруженный в беседу. К черту подарочные пакеты от MTV! Вот лучший подарок из всех! От тесного соседства с этой публикой я сама превращалась в фанатку. У меня руки чесались достать телефон, наделать снимков и переслать их Мэри, чтобы впоследствии на пару с ней визжать от восторга.

«Вот же дьявол!»

Я постаралась обуздать свой пыл. Мэри умрет, если узнает, что я стояла так близко от Иена, что могла запустить в него бумажным шариком. Достав телефон, я сделала снимок – пусть она помучается.

– Что ты делаешь? – Мой поступок явно позабавил Райана и одновременно несколько разочаровал.

Я набрала новое сообщение.

– Мучаю Мэри.

Он недоверчиво взглянул на меня, но я это проигнорировала. Ради всего святого – это же Иен Сомерхолдер! И вблизи он выглядит еще лучше. Мэри пошла бы по головам, окажись она рядом, и попросила бы бедолагу расписаться несмываемыми чернилами на ее сиськах.

Я услышала, как Райан ругнулся над ухом, когда заглянул через плечо и увидел объект моего интереса.

– Ты сняла крупным планом его задницу?

Мне бы терзаться угрызениями совести, но это чувство смешивалось с альтруизмом.

– Это подарок для Мэри. Она свихнется.

– А я-то думал, ей интересна только моя, – жалобно и трогательно надулся Райан.

Я была рада, что он скоморошничал по поводу моего кратковременного превращения в папарацци.

– Райан, она ходила после тебя в туалет. Очарование тайны исчезло. Ты убил для нее сказку.

Он закатил глаза, затем мрачно взглянул на меня и на Иена:

– Между прочим, этот парень тоже гадит.

Я несогласно помотала головой:

– Нет. Он все еще в статусе божества, а боги не ходят в сортир.

– Да ну? Серьезно?

– Да. Ты тоже не гадил, до тех пор пока она не открыла, что ты простой смертный.

Брови Райана взметнулись до линии волос.

– Значит, я был псевдобожеством?

Спорить и одновременно набивать сообщение было нелегко.

– Или полубожеством, странствующим во времени и страдающим запором.

Райан чуть не поперхнулся пивом.

– В голове не укладывается, что ты сказала это обо мне! Мы еще даже не поженились, а я уже утратил божественный статус.

Я пожала плечами, продолжая набирать текст.

– Мне все стало ясно, когда я увидела кровь у тебя на лице. Я поняла, что тебя можно ранить. У богов не идет кровь. Всем известно, что их защищают мистические силы.

Его рука опустилась на мое бедро и повлекла к себе.

– Но ты уже сотню раз назвала меня «Боже». Значит, врала?

Я посмотрела в его потемневшие глаза и возбудилась его агрессивностью.

– Если я скажу правду, мне будет не ужиться с твоим непомерным эго. Ты в курсе, что я преклоняюсь перед тобой, а это о чем-то говорит.

Его хищный язык скользнул по влажным губам. Я хотела ощутить их на себе, вкусить с них его нектар.

Райан извлек и раскрыл телефон.

– Ты хочешь фотку? Я тоже, – пробормотал он почти вплотную к моему рту. – Смотри в камеру, солнышко, и улыбайся.

Запечатлев наши улыбки, он сфотографировал мои губы.

И тут кто-то умышленно врезался в меня.

– Эй! Никакого секса напоказ!

Я увидела притворно-неодобрительную физиономию еще одной партнерши Райана по «Побережью» – Кэтлин Джарретт, и оценила ее сногсшибательное черное с блестками платье и потрясающие глаза. За ней маячил ее красавец-дружок, актер Бен Харрисон. Он весь сиял и поигрывал очаровательными ямочками.

– Она фотографировала задницу Сомерхолдера, – сухо сообщил Райан, вновь берясь за пиво и тыча мне в бедро полувставшим членом.

– Серьезно? – вылупилась на меня Кэт.

Я быстро втянула воздух от ощущения невысказанного томления, скрывавшегося в брюках Райана, и его безмолвного увещевания. Кэт ждала ответа, и отрицать не было смысла.

– Это для Мэри. Она словит кайф. Я и Зака Эфрона щелкну. Она рехнется.

– О, я его знаю. Хочешь познакомиться? – осведомилась Кэт, возбужденно раскачиваясь.

– Нет, не хочет, – ответил за меня Райан.

Кэт закатила глаза и прикончила выпивку.

– Сильно ревнуешь?

Райан чертыхнулся и отхлебнул. Я шлепнула его по восхитительно тугой заднице.

– Он знает, что я люблю его, и только его.

Вскоре нас чуть ли не в полном составе окружили актеры, снимавшиеся в «Побережье», – все смеялись, шутили и обильно поглощали дорогое спиртное. Даже Сюзанна вела себя сносно.

Кэт поставила стакан на стол:

– Мне надо в дамскую комнату. Тар, пойдешь со мной?

Райан подался ко мне и наскоро чмокнул:

– Не заблудись.

Я убрала руку с его бедра и пошла вслед за Кэт через плотную толпу. Почему так бывает: стоит сделаться чуть навеселе и надеть неудобные туфли, как дамская комната оказывается в полумиле ходьбы? Кэт протиснулась мимо каких-то людей, обернулась, схватила меня за руку и потащила вперед. Когда мы очутились на открытом месте, я не сдержалась, и мы покатились со смеху.

Кэт взяла меня под руку.

– Весело получилось!

Я все еще смеялась, рискуя истерикой, когда увидела нечто, чему отказались поверить глаза. Нет, все правильно: две девушки в темном углу увлеченно занимались сексом.

Дьявольщина! Добро пожаловать в Голливуд.

Что мне делать – возмутиться или возбудиться? Шокированная, я не могла отвести взгляд от этого откровенного безобразия, пока одна из них не отлепилась от партнерши и не встретилась со мной взглядом.

Я чуть не упала. Черт! Это же…

Лорен Делани!

Сосется с Николь Девин.

Да я бы в жизни никогда…

Увидев меня, Лорен в ту же секунду отпрянула от Николь и оттолкнула ее, явно смятенная разоблачением.

– Куда ты смотришь? – спросила Кэт, дергая меня за руку.

Я указала подбородком, и она громко загоготала, потрясенная не меньше моего.