Истинное сокровище - Лора Ли Гурк

Девушка криво усмехнулась.

– Почему ты решил, что меня интересуют причины?

Джек проигнорировал вопрос.

– Так вот, твой отец предложил мне полмиллиона долларов по брачному контракту, если я женюсь на тебе. Он ищет возможность инвестиций в Африке и хочет для этого использовать мои связи с герцогом Маргрейвом. Об этом и шла речь в телеграмме.

Линнет смертельно побледнела.

– Так ты сделал… то, что сделал в пагоде, по его поручению?

– Нет, конечно! Разговор состоялся намного позже. Тогда вы уже были на пути в Англию. Но твой отец решил, что я для тебя – наилучший вариант. Вместе с тем он понимал, что ты можешь отказаться выйти за меня, узнав о сделке, поэтому предложил держать наш договор в секрете и рассказать тебе о нем только после свадьбы. Он предлагал, чтобы я, сделав благородный жест, отказался от приданого, чтобы убедить тебя в бескорыстности своих намерений. Как тебе известно, я этого не сделал.

– До вчерашнего вечера.

– Да, но понимаешь… – Джек помолчал, подыскивая слова. – Я постоянно находился во власти желания и уже не мог сдерживаться. Конечно, это не оправдание, однако… Просто я в тот день находился в весьма уязвимом положении. Я честно старался тебя избегать, старался вести себя как истинный джентльмен, и это меня убивало. Я хотел тебя так, как никогда еще не хотел ни одну женщину. Когда же ты, такая прекрасная и бесконечно далекая, внезапно оказалась передо мной, я сдался. Решил принять предложение твоего отца и сделать широкий жест.

– Зная, что не собираешься отказываться от денег?

– Да. Скажу в свое оправдание лишь одно: тогда я мог заявить и сделать все что угодно, даже пасть на колени перед Люцифером – только бы ты была моей.

Линнет поджала губы и отвела глаза.

– Но это все равно была ложь, Джек. Как я могу выйти замуж за человека, который мне лжет? Который меня предает! Который заключает сделки за моей спиной! Нет! – Линнет попыталась обойти его, но он в очередной раз преградил ей дорогу. Она, нахмурившись, сделала шаг в другую сторону, однако граф снова стал на ее пути. Девушка остановилась и со вздохом сказала: – Ты что, не понимаешь слова «нет»? Странно. Такое простое слово. Почти все понимают его без труда.

– Будем считать, что я редкостный тупица. Линнет, ты меня выслушаешь – даже если для этого мне придется бегать за тобой по всему Кенту.

– Опять слова, опять объяснения… Но ты ведь накануне наглядно продемонстрировал, что дела – намного эффективнее. – Линнет снова вздохнула.

Проигнорировав ее слова, Джек заявил:

– Я думаю, ты все еще любишь меня.

Линнет взглянула на него, прищурившись.

– Значит, теперь другая тактика – объяснение в любви? Мой ответ не изменился – нет.

Джека охватило отчаяние. Казалось, Линнет не вполне понимала одну простую истину: после ночи любви она просто не могла не выйти за него замуж.

– У тебя нет выбора, – сказал он. Быстро осмотревшись, дабы убедиться, что поблизости никого не было, Джек добавил: – Возможно, ты уже носишь моего ребенка.

Линнет в ужасе замерла.

– О боже! – воскликнула она.

– Похоже, ты об этом не подумала, – продолжал Джек. – А ведь после интимной близости рождаются дети. Их не приносят аисты. И их не находят в капусте.

Линнет поморщилась и пробурчала:

– Мне это известно. Замужние подруги уже давно объяснили мне все, что надо. Но ночью я об этом действительно не думала. Вернее, считала, что это не имеет, значения, так как полагала, что мы поженимся.

– Так и будет.

Линнет решительно покачала головой.

– Нет, нет, нет! Почему я должна выходить за тебя?! – закричала она. – Ты знал, что отец за моей спиной договаривался о браке с Дейвисом Маккеем. Для моего отца это была выгодная сделка. Ты знал, каково мне было, знал, что я чувствовала себя преданной и проданной. И сам… – Ее лицо исказилось от боли. – Ты сам готовился сделать то же самое!

– Согласившись на предложение твоего отца, я ничего не знал о сделке с Маккеем. О ней мне рассказала ты.

Это заверение нисколько не смягчило Линнет – пожалуй, даже наоборот.

– А когда я рассказала тебе о намерении отца выдать меня замуж за Маккея, – разве ты тогда упомянул, что у тебя есть с ним собственная договоренность?

Джек немного смутился.

– Я мог сказать тебе об этом, но решил, что лучше подождать.

– Чего ждать?! – в запальчивости воскликнула Линнет. – Свадьбы?!

– Нет, я сказал твоему отцу, что не стану ждать свадьбы, что подожду до помолвки и…

– Решил, что к этому времени я смягчусь и обо всем забуду, да? Понятно. И отсюда – черничные маффины, разговоры о перемирии и дружбе. Поэтому ты совращал меня поцелуями. А я поверила. Я отдала тебе свое сердце и легла с тобой в постель как наивная маленькая дурочка. Но ты и после этого ничего мне не сказал. Что ж, считай, что ты ждал слишком долго.

– Прежде чем мы перестанем говорить о прошедшей ночи, могу я, по крайней мере, напомнить, что это ты ко мне пришла, а не наоборот? И я ведь говорил, что это будет ошибкой…

– Да, я совершила самую ужасную ошибку в своей жизни. И поверь, я не намерена ее повторять. – С этими словами Линнет оттолкнула графа и быстро зашагала по дорожке, ведущей к дому, – зашагала с таким видом, будто все уже было решено.

Но Джек снова догнал ее. Шагая с ней рядом, проговорил:

– В любом случае… что сделано, то сделано, Линнет. – Они уже вышли из розового сада и теперь шли по тропинке, ведущей к «Гроту херувима». – Я ведь вчера предупреждал тебя… Так что ничего исправить уже нельзя.

– Даже после того, как я согласилась выйти за тебя, ты ничего не сказал о договоре с моим отцом. Почему?

– Так ведь я собирался!.. – воскликнул Джек. – И даже начал об этом говорить. Но ты сказала, что не хочешь больше разговоров, и начала целовать меня. Когда же я понял, что под ночной рубашкой на тебе ничего нет… В общем, я забыл обо всем на свете.

– Забыл? – Линнет остановилась так резко, что граф по инерции сделал еще два шага, прежде чем тоже остановился и повернулся к ней. – А может, ты знал, что если расскажешь мне о сделке, то я не лягу с тобой в постель?

Джек поморщился. Версия Линнет была весьма неприятной для него, но, вероятно, более точной.

– Да, действительно… – Линнет язвительно усмехнулась. – Прежде чем рассказать мне правду, надо было уложить меня в постель. Для верности, так сказать.

Джек нахмурился и, пресекая новую попытку девушки обойти его, пробормотал:

– Значит, ты думаешь, что я не рассказал тебе ночью всю правду, повинуясь холодному расчету, решил использовать постель как рычаг давления на тебя – на случай, если ты передумаешь выходить за меня замуж, узнав правду?