Драгоценности - Даниэла Стил

Кто-то из гостей поинтересовался во время обеда, где онакупила браслет. Но Уоллес оказалась мудрее, обратив внимание на жемчуг, илюбезно заметила Саре, что никогда не видела ничего подобного. Ее такжезаинтересовал браслет, а когда она спросила, чья эта работа, Вайтфилдыответили:

— Картье, — без дальнейших объяснений. Дажеукрашения Уоллес померкли рядом с драгоценностями Сары.

К большому своему удивлению, во время их поездки в ПарижСара была очарована некоторыми работами ювелиров. Однако драгоценности у них взамке были ничуть не хуже, а отдельные экземпляры даже лучше. Фактическибольшинство их украшений превосходили все увиденное в Париже.

— Знаешь, может быть, как-нибудь нам действительнопридется что-нибудь сделать с ними, — небрежно сказала она, когда онивозвращались домой в сделанном на заказ «бентли».

Но прошло еще полгода, прежде чем они снова вернулись кэтому разговору. Сара была занята Филиппом, ей хотелось как можно большевремени проводить с ним, так как на будущий год он отправится в Итон.

Вильям был слишком занят своим вином и виноградниками, чтобыдумать о драгоценностях. Было уже лето 1948 года, когда Сара сталакатегорически настаивать на том, что надо что-то делать с горой драгоценностей,которую они собрали к тому времени. Это перестало быть хорошим вложением денег.Они просто обременяли их, за исключением нескольких украшений, которые былиподлинными произведениями искусства и которые она носила. Драгоценности былипрелестны, но не все.

— После того как уедет Филипп, мы поедем в Париж ипродадим их, обещаю, — огорченно сказал Вильям.

— Подумают, что мы ограбили банк в Монте-Карло.

— Очень похоже, — усмехнулся он. — Не так ли?

Но, собравшись осенью снова ехать в Париж, они вдругобнаружили, что драгоценностей слишком много, чтобы все их взять с собой. Ониотобрали несколько экземпляров, остальное оставили в замке. Сара скучала послеотъезда Филиппа. Однажды, когда они на два дня приехали в Париж, Вильямобъявил, что он принял решение.

— Какое? — Она разглядывала вместе с ним новыемодели в салоне Шанель, когда он сказал это.

— Проблема с драгоценностями. Мы откроем свой магазин ибудем продавать их.

— Ты сошел с ума? — Она удивленно посмотрела нанего. — Что мы будем делать с магазином? Замок в двух часах езды отПарижа.

— Мы поручим это Эмануэль. Теперь, когда Филипп уехал,ей нечего делать. К тому же она стала слишком модной, чтобы заниматься домашнимхозяйством. — Эмануэль покупала одежду у Джина Пата и мадам Крое ивыглядела очень элегантно.

— Ты серьезно? — Саре никогда не приходила вголову эта мысль, и она не могла сразу решить, нравится ей его предложение илинет. Но потом она забеспокоилась: — Ты не думаешь, что твоей матери эта затеяможет показаться вульгарной?

— Иметь собственный магазин? Да, вульгарно. — Онза смеялся. — Но так интересно. Почему бы и нет? Это такое увлекательноезанятие. Думаю, ей это понравится. — Герцогине исполнилось девяносто лет,но с годами она стала снисходительнее к условностям света. И она была ввосторге от того, что Филипп будет проводить у нее каникулы и выходные. —Кто знает, быть может, однажды мы сможем называться поставщиками двора ЕгоКоролевского Высочества. Для этого мы должны продать что-нибудь королеве.Думаю, Уоллес будет сходить с ума и захочет получить скидку. — Это былабезумная идея, но они обсуждали ее по дороге в замок, и Сара должна былапризнаться, что она ей все больше нравилась.

— Как мы назовем наш магазин? — взволнованноспросила она, когда они вечером лежали в постели.

— Конечно, «Вайтфилд». — Он гордо посмотрел нанее. — Как еще ты хотела бы назвать его, моя дорогая?

— Прости. — Она перевернулась и поцеловалаего. — Мне следовало догадаться.

— Тебе, конечно, следовало бы догадаться.

Это напоминало рождение ребенка. Новый проект былвеликолепен. Они сформулировали и записали все свои идеи, составили опись всехдрагоценностей и оценили их у Ван Клифа, который был потрясен их коллекцией.Они переговорили с адвокатом, а перед Рождеством вернулись в Париж и арендовалималенький, но элегантный магазин в предместье Сен-Оноре, договорились сархитекторами и рабочими и даже нашли квартиру для Эмануэль. Та была вне себяот волнения.

— Неужели мы сошли с ума? — спросила его Сара,когда в сочельник они лежали в постели в отеле «Ритц».

— Нет, моя дорогая. Мы помогли многим, а теперь немногоразвлечемся, продавая эти вещи. Здесь нет ничего плохого. И кто знает, можетбыть, наша затея окажется успешной.

Они рассказали обо всем Филиппу и матери Вильяма, когдаприехали в Вайтфилд, чтобы провести там Рождество. Старой герцогине их идеяпонравилась, и она обещала первой купить у них какое-нибудь украшение, когдаони откроют магазин. А Филипп заявил, что когда-нибудь он откроет филиал вЛондоне.

— А ты не хотел бы управлять нашим магазином вПариже? — поинтересовалась Сара, удивленная такой реакцией. Для ребенка,который вырос за границей и был англичанином только наполовину, он был вудивительной степени британцем.

— Я не хочу жить во Франции, — заявил он. — Яхочу жить в Вайтфилде.

— В самом деле? — удивился Вильям. — Рад этослышать. — Он не мог себе представить, что когда-нибудь снова поселится вВайтфилде. И подобно своему кузену герцогу Виндзорскому, он был счастливее воФранции, так же как и Сара.

— Вы должны рассказать мне все об открытиимагазина. — Вдовствующая герцогиня заставила их дать обещание, когда ониуезжали. — Когда оно состоится?

— В июне, — робко сказала Сара, с волнением глядяна Вильяма.

Сара окунулась в это дело со всей ее энергией, и черезполгода магазин мог принять первых покупателей.