Украденный экстаз - Ханна Хауэлл

Стражник у ворот прокричал, что к ранчо кто-то приближается. Хантер мгновенно прервал свои размышления и подошел к сторожевой вышке. Напряженно вглядываясь вдаль, он сразу узнал всадников – Крейга и Тэйера. Рядом с ними ехала какая-то повозка. Когда они приблизились, он узнал в ней ту самую, в которой уехала с ранчо мать, и поспешил встретить братьев.

– Мама? – На бледных лицах братьев он уже прочитал ответ на свой вопрос.

Крейг схватил Хантера за руку и не дал стащитъ одеяло с самого маленького из тел, лежащих в повозке.

– Не смотри, Хантер, Это жуткое зрелище.

– Что же там случилось? – спросил Хантер, холодея оттого, что уже знал правду.

– Они пришпилили к груди бедняги Сэма вот эту записку ножом.

Вытащив испачканное кровью послание, Крейг протянул его Хантеру, и тот прочел:

«Это только начало. Те, кто обманул меня, долго не живут. Уоткинс».

– Святой Боже, он уже здесь! – Хантер услышал чьи-то шаги за спиной и повернулся. К нему торопился Уолш.

Не обращая внимания на попытки Хантера помешать ему сдернуть одеяло с трупа жены, Слоун Уолш поднял одеяло и быстро опустил его.

– Сэм и Тэд тоже?

– Да, папа, – ответил Тэйер. – Мы встретили повозку, когда возвращались из города.

– Кто-нибудь еще видел трупы? – Слоун положил одну руку на плечо Крейга, другую – на плечо Тэйера, словно выражая сыновьям соболезнование за то, что им пришлось пережить. Нелегко видеть труп матери, да еще и погибшей такой страшной смертью.

– Нет, папа, еще никто не видел. О проклятие! Сюда идет Лори.

Слоун перехватил дочь, прежде чем она смогла заглянуть под одеяло, накрывавшее мертвое тело.

– Не смотри, доченька. Ты запомни ее не такой. Он крепко прижал к себе рыдающую Лори.

– Вы не видели этих мерзавцев? – с трудом выдохнул он.

– Мы видели место, где все случилось. Следы ведут на север, – ответил Крейг. – Времени, чтобы убраться восвояси, у них было предостаточно.

– Отправились за Линой, – пробормотал Слоун, глядя на Хантера. – Таким зверским образом Уоткинс дал понять, что все его угрозы не пустой треп.

– Я понял. Боже, как мне жаль, папа. Это все из-за меня.

– Нет, сынок, не вини себя. Это я отослал ее прочь. – Слоун передал Лори из своих объятий Хантеру. – Отведи сестру в дом, Хантер. Скажи Молли, чтобы немедленно пришла в комнату жены. Мне понадобится ее помощь, чтобы подготовить все к похоронам.

Дом погрузился в траур, Хантер понемногу освободился от чувства вины, пока успокаивал рыдающую Лори. Отец же был неутешен, молчал, сидя в библиотеке, не отвечал ни на чьи вопросы. В отчаянии Хантер отыскал Молли, которой уже не раз удавалось выводить отца из приступов депрессии. Молли сидела на кухне, молча уставясь в чашку с остывшим чаем. Она подняла глаза на Хантера и взяла его за руку.

– Я очень тебе сочувствую, мальчик мой. Что бы там ни было, она была твоей матерью. – Молли на секунду стиснула его ладонь. – Но не вздумай винить себя в этой бессмысленной и жестокой смерти.

– Спасибо, Молли. Я уже и сам разобрался в этом. Бедняжка Лори винит в несчастье себя, так что пока я отговаривал ее, и сам успокоился.

– Вот и хорошо. Ни один нормальный человек не мог бы предвидеть того, что сотворили эти исчадия ада.

– Молли, проблема не со мной, а с отцом. Для него это тяжелый удар. Как неподъемная глыба на совести. Он замкнулся, уселся в библиотеке и молчит. Считает, конечно, что виноват только он, потому что из-за него она решила уехать. Ничего прочего он просто не помнит, не желает вспоминать. А ведь он ее уговаривал и предупреждал, что именно сегодня ехать крайне опасно. Но она и слышать ничего не хотела.

– Ох, мужчины, мужчины. Ведут себя хуже маленьких детей. Я предвидела это еще тогда, когда мы обмывали и обряжали покойницу в спальне. Сразу поняла, что чуть позже на него накатит раскаяние. А за что?

Хантер кивнул, сжавшись при воспоминании о рассказе Тэйера и Крейга, что бандиты сотворили с телами.

– Наверное, я покажусь тебе черствым человеком, плохим сыном, но я просто обязан выехать немедленно, как и намеревался. Обязан! Хотя мне ужасно не хотелось бы покидать отца в таком печальном состоянии. Постарайся что-нибудь придумать, чтобы он встряхнулся. Ладно?

– Не волнуйся, мальчик мой. Исполняй свой долг. Твоя мама умерла, и этого уже не изменишь. А твоя невеста еще жива, ей еще жить да жить. И надо постараться отыскать ее, прежде чем эти мерзавцы доберутся и до нее. И нечего тебе здесь слоняться, пусть ты и считаешь, что обязан отдать дань умершей.

Молли кивнула на один из шкафчиков, стоящих вдоль стены на кухне.

– Там у меня стоит бутылка отличного виски и пара рюмок. Достань-ка их для меня.

Он выполнил ее просьбу и поставил все перед ней на стол.

– Ты хочешь выпить? – недоуменно спросил он.

– Не здесь. Мы выпьем с твоим отцом в библиотеке. Она встала и подхватила бутылку и рюмки.

– Мы с ним уже не раз справлялись с разными проблемами за бутылочкой виски. И сразу все казалось легче. Я выведу его из мрачного состояния и на этот раз. С ним просто надо потолковать, и он образумится. Жизнь-то не кончилась, вот и надо жить дальше. Хотя бы для того, чтобы отомстить мерзавцам. Смыть с себя чувство вины.

– Мне кажется, что мы все ощущаем ее.

– Ну и напрасно. Нельзя говорить дурно об умершей, да только эта женщина никогда не была вам доброй матерью, а ему – настоящей женой. Да, она родила вас. Умерла такой страшной смертью, не приведи Господи. Но если ты не чувствуешь сейчас особой печали, то в этом нет твоей вины. Такие чувства надо заслужить, даже матерям. Я так и скажу твоему упрямцу отцу.

Молли добилась невозможного. Когда семья села за обеденный стол, настроение у всех было грустное, но все, включая Слоуна Уолша, уже справились с первым шоком, с охватившим их ужасом от смерти Лорейн и с чувством, казалось бы, неизбывной вины.

Хантеру после обеда пришлось отчаянно отбиваться от атаки всей семьи, которая считала, что с ним должна отправиться едва ли не армия вооруженных до зубов ковбоев. Но ему на помощь пришел Себастьян, и совместными усилиями им удалось убедить родных в разумности именно их решения – ехать втроем.

Поэтому Хантер удивился, когда к нему в комнату после обеда заглянул отец.

– Я думал, что мы все уже обсудили.

– Так оно и есть. Я просто хотел еще раз сказать тебе... Не переживай из-за того, что уезжаешь, так и не похоронив мать.

– Вообще-то, па, мне довольно неуютно от этой мысли. Но ведь Лина...

– Все правильно, сынок. Сначала живые, а уж потом те, кого нужно оплакать. Так оно будет разумнее.

– Я рад, что ты меня понимаешь. Я должен не допустить к Лине этих ублюдков.