Мелодия Джейн - Райан Уинфилд

И если ты преждевременно скинул кожу,

Под ней обнажается дыра, в которую задувает ветер.

Как бы мне хотелось, чтобы наша любовь

не была напрасной,

Чтобы она тоже ее испытывала и мы встретились вновь.

В самые темные времена, в беспросветной ночи

Я повторяю ее имя – Джейн, Джейн, Джейн.

Я буду помнить это имя до конца своих дней.

По утрам я забываю молиться.

Как же я молил ангелов, чтобы она позволила мне остаться.

Молил, пока их милость не излилась на меня,

Дар света от всепрощающего Господа.

Он заполнил всю мою комнату,

И из этого света родилась надежда.

На то, что наша любовь не была напрасной,

Что она тоже ее испытывала и мы встретимся вновь.

В самые темные времена, в беспросветной ночи

Я повторяю ее имя – Джейн, Джейн, Джейн.

Я задаюсь вопросом, что было бы, если бы я остался

и боролся.

Говорят, любовь – игра двоих.

Что ж, я все равно никогда ничего не выигрывал.

И потому научился жить с открытой раной,

С зияющей дырой в сердце, которую оставила любовь.

Я тогда был слишком юн и слеп,

Но теперь я знаю правду.

Я знаю, что наша любовь не была напрасной,

Что она тоже ее испытывала и мы встретимся вновь.

В самые темные времена, в беспросветной ночи

Я повторяю ее имя – Джейн, Джейн, Джейн.

И когда я найду ее снова, она станет моей женой.

Пока Калеб пел, эта улица, крыльцо и все люди успели отступить куда-то далеко-далеко, и единственное, что видела Джейн, был он, в одиночестве стоящий под фонарем.

Она сунула руку в сумочку и нащупала серебряный доллар, который Калеб оставил на могиле Мелоди – давным-давно, как теперь ей казалось, и бросила его в открытый чехол от гитары, стоящий у его ног. Калеб заметил, как монетка приземлилась, но несколько секунд смотрел на нее, как будто молился про себя, прежде чем поднять глаза. Потом вскинул голову, и их глаза встретились, и в это мгновение Джейн поняла, что будет любить его до конца своих дней.

* * *

Уже потом, ночью, когда они, обнаженные, лежали в постели, омытые алым светом неоновой вывески бара на другой стороне улицы, Джейн примостила голову на плече Калеба и положила ладонь на его голую грудь, глядя, как она еле заметно вздымается и опускается в такт дыханию.

Никогда еще она не была счастливей.

– Я так торопилась затащить тебя в постель, – произнесла она, – что забыла сказать, что привезла тебе одну вещь.

Калеб провел кончиками пальцев по ее обнаженной спине:

– Правда? И что же ты мне привезла?

Джейн потянулась включить лампу. Потом взяла с пола сумочку и принялась в ней рыться.

– Вот, держи.

Он взял у нее из руки пластиковый прямоугольник и рассмеялся:

– Только не говори, что ты проехала две тысячи миль ради того, чтобы отдать мне мой страховой полис! Я просто не знаю, то ли смеяться, то ли плакать.

– Я пошутила, – улыбнулась Джейн. – На самом деле это не полис. Вот. – Она протянула ему на ладони голубую фетровую коробочку.

Калеб просиял и, взяв коробочку, приподнял голову. Он улыбался от уха до уха:

– Где ты это взяла?

– Миссис Готорн привезла.

Он открыл коробочку и взглянул на кольцо с желтым бриллиантом.

– Имей в виду, – предупредила Джейн, – я рассчитываю, что ты встанешь на одно колено, когда будешь преподносить его мне.

– А, так ты считаешь, что это тебе, да?

Джейн склонилась над ним и легонько коснулась губами его губ, дразня его.

– Я очень на это надеюсь. Только, чтобы внести в этот вопрос полную ясность, должна сразу предупредить тебя: в настоящий момент я бездомная и безработная.

– Ничего страшного, – отозвался он. – У меня тут стабильная работа, которая позволяет оплачивать квартиру. И потом, моему балкону явно не помешало бы озеленение. Может быть, на сей раз я припрягу тебя поработать на меня.

– Гм… – протянула Джейн. – Предложение заманчивое, но только если ты по-прежнему будешь каждое утро готовить нам завтрак.

– А ты та еще щучка, – улыбнулся Калеб.

– Так по рукам или нет? – спросила Джейн.

Она смотрела в его прекрасные глаза, ожидая ответа, и не могла найти ни следа той печали, которая всегда плескалась в их глубине прежде. Теперь они полнились только любовью и счастьем.

– По рукам, – отозвался Калеб.

Он начал подниматься, но Джейн забрала у него коробочку с кольцом и, захлопнув ее, поставила на прикроватную тумбочку. А потом перекатилась и оседлала его грудь.

– Эй, эй! – вскинул он смеющиеся глаза. – Я-то думал, ты хочешь, чтобы я встал перед тобой на одно колено.

– Это может подождать, – заявила она. – А вот это – нет.

Джейн оперлась ладонями о его обнаженную грудь, склонилась к нему, и их губы слились в поцелуе.