В объятиях принцессы - Джулиана Грей

Луиза несколько секунд смотрела на небольшой медный ключ в руке Гюнтера и впервые почувствовала беспокойство.

– Вы уверены, что это необходимо?

– Ваше высочество, поверьте, я глубоко сожалею об этом, но все же не могу отвечать за весь город. Сейчас сосед следит за соседом, слуги идут против хозяев. – Он поднял на Луизу скорбный взгляд. – Я никогда не прощу себе, если с вами что-то случится под моей крышей.

Луиза вспомнила удивление служанки, косые взгляды прохожих на улице, потом всмотрелась в серьезное лицо Гюнтера. Тот выглядел смущенным, но был настроен решительно.

Она попыталась улыбнуться:

– Хорошо, тогда запирайте дверь, мой друг. Обещаю стойко выдержать заточение.

В ответ мужчина довольно улыбнулся:

– Рад, что вы меня правильно поняли, ваше высочество.

Он поклонился и вышел из комнаты.

В замке повернулся ключ.

После ухода Гюнтера Луиза приказала себе отдохнуть. Она сняла сюртук, легла на необъятную кровать и уставилась в потолок. Но ее ум не знал покоя. Она снова и снова вспоминала – нет, не Сомертона и Олимпию, а Петера и князя Рудольфа, как они лежали со скрещенными на груди руками в обтянутых белым атласом гробах, а над ними высились готические арки Хольштайнского собора.

Она не сможет пережить это еще раз.

Они должны быть живы. Обязаны.

Если бы только она могла заплакать! Это бы помогло снять колоссальное напряжение, владевшее ею все последнее время. Однако слезы жгли глаза, но не желали проливаться. Отчаявшись, она вскочила и принялась мерить шагами комнату, потом остановилась и налила себе виски. Луиза закрыла глаза, когда огненный напиток обжег горло и немного вскружил голову. Ей вспомнилось, как Сомертон целовал ее по вечерам, выпив стаканчик после ужина, как его глаза становились нежными, он подхватывал ее на руки, нес в постель, называл Маркемом и долго занимался с ней любовью. Иногда в лунные ночи проникавший в окно свет окрашивал его черные волосы серебром, она запускала в них пальцы и называла его самым красивым мужчиной на свете. Сомертон смеялся и говорил, что она милая маленькая глупышка.

Неужели больше в ее жизни не будет счастья? Бог не может быть так несправедлив.

Луиза вернулась к кровати и легла. Бренди все же немного успокоил ее, и она задремала. Скоро придет Гюнтер с новостями. Он скажет, что Сомертон и Олимпия были вынуждены скрываться, что они не могли послать ей сообщение, но планируют… планируют… что-нибудь планируют.

– Мадам! Ваше высочество!

Шепот был тревожным и настойчивым, чья-то рука трясла ее за плечо.

Луиза открыла глаза:

– Что случилось?

– Ваше высочество. – Оказалось, что ее разбудила служанка Фрида. Девушка быстро оглянулась и снова зашептала: – Вы должны уходить. Немедленно! Пока он не вернулся.

– О ком речь? О герре Хассендорфе? – Луиза тряхнула головой в надежде прочистить мозги. – Что произошло? Как ты сюда попала?

– У экономки есть ключи. Я тайком сняла этот с ее связки. Ваше высочество, вам надо бежать! Он вас предаст! Он заодно с заговорщиками.

– Кто? Герр Хассендорф? – Луиза села.

– Да, ваше высочество, когда я увидела, что это вы… – Голубые глаза девушки увлажнились. – Вы должны бежать.

У Луизы упало сердце.

– Но мой муж, где он? – с трудом выговорила она.

– В тюрьме. И он, и ваш дядя. Их предали. Они в тюрьме, которая в подвале замка. Их все время допрашивают.

Луиза схватила девушку за плечи и сильно встряхнула:

– Откуда ты знаешь? Говори, Фрида!

– Мой брат – садовник в замке. Он знает одного из стражников. Иногда по ночам он слышит, что происходит в подвалах. – Она взяла руку Луизы, лежавшую у нее на плече, и поцеловала. – Умоляю вас, ваше высочество, сделайте что-нибудь. Все так ужасно. К власти пришли страшные люди. Они говорили, что богатых горожан посадят в тюрьмы, их богатства отдадут народу, а вместо этого…

– Фрида, послушай меня. – У Луизы кровь застыла в жилах, но голова работала четко. – Ты должна отвести меня туда. Прямо сейчас. Как ты думаешь, твой брат мне поможет? Его друг-стражник отведет меня к пленникам?

Фрида вытерла глаза.

– Я провожу вас, ваше высочество. А мой брат, если надо, умрет за вас. Я тоже. Да и любой в Хольштайне, кроме предателей.

У Луизы не было причин доверять этой девушке. Она поверила Гюнтеру, но оказалось, что он тоже собирался ее предать. Или Гюнтер все же на ее стороне, а Фрида – предательница? И поведет ее на верную смерть?

Надо решить, за кем идти. В конце концов, не слишком важно, кто ее предал, Гюнтер или Фрида. В любом случае ей надо выбраться из этого дома и проникнуть в тюрьму. Там ее муж. И если есть вероятность, что эта девушка ей поможет, придется рискнуть. Другого выхода нет. Она ждала десять долгих месяцев и больше не станет бездействовать, надеясь, что ее кто-нибудь спасет.

– Надо спешить. – Луиза спрыгнула с кровати, отыскала сюртук и шляпу. Она была готова действовать. – Ты должна делать в точности то, что я скажу, Фрида. Мы освободим герцога и принца-консорта сегодня же ночью и спрячем их в безопасном месте. Ты знаешь такое место, Фрида?

– Думаю, что да, ваше высочество. – Девушка нервно поправила фартук.

– Тогда пойдем, пока он не вернулся. И знаешь что, Фрида?

– Что, ваше высочество?

– Спасибо тебе. – Луиза взяла руки девушки в свои и поцеловала их.

Фрида открыла дверь комнаты, осторожно выглянула и, пропустив Луизу, опять заперла дверь на ключ. Они выскользнули из дома на темную улицу и, прячась в тени, пошли к высившейся впереди громаде Хольштайнского замка.

Подземелье замка. У Луизы заныло сердце, когда она представила, как ее муж лежит на полу в грязной темной камере в окружении преступников, а их охраняют безжалостные предатели.

Что они с ним сделали?