Легкомысленные - С. Стивенс

Я сопротивлялась острому желанию повернуться к нему и найти его губы. Нет, плохая идея.

– Включи, пожалуйста, свет.

Я уловила смешок, но видеть Келлана не могла. Почувствовала, как он опять потянулся к лампе, и комната вдруг озарилась светом – слишком ярким, я заморгала. Все вернулось в привычное русло, и электричество между нами ушло, осталось лишь приятное тепло от близости Келлана.

– Так лучше? – шутливо осведомился он, вновь укладываясь на подушки и пододвигаясь ко мне.

Лежа на спине, я посмотрела на него: Келлан приподнялся на локте, чтобы видеть меня. В его глазах стояла теплая, умиротворяющая синева – в таких легко потеряться на многие часы. Я заставила себя сосредоточиться на чем-нибудь другом и выпалила первое, что пришло в голову:

– Кем была твоя первая?

– Что? Зачем тебе? – изумленно уставился он на меня.

Я подавила смущение и как можно спокойнее отозвалась:

– Ну, ты же спрашивал про нас с Денни. Так будет честно.

Улыбнувшись, Келлан потупился.

– Точно. – Он вновь обратил ко мне взгляд. – Извини… Это и правда было не моим делом.

– Просто ответь, – отозвалась я с улыбкой.

Хорошо, что он успел затронуть эту тему, – мне же на руку, и даже очень.

Он рассмеялся и ненадолго задумался. Я выгнула бровь: о чем тут думать? Он, видя мое лицо, снова развеселился.

– Ну… Она жила по соседству… Ей было лет шестнадцать, по-моему, очень симпатичная. Я вроде бы нравился ей… – Келлан улыбнулся и пожал плечами. – У нас и было-то всего пару раз, летом.

– Почему? Что случилось? – спросила я тихо.

Он запустил пальцы мне в волосы.

– Она залетела от меня, так что им с тетушкой пришлось переехать – надо же было рожать.

– Что? – Я перекатилась на бок лицом к нему.

Он расхохотался и приставил палец мне к носу.

– Шучу, Кира.

Я толкнула его на подушки и рыкнула:

– Это свинство.

Он снова оперся на локоть.

– Но ты же купилась. Выходит, так ты обо мне думаешь. – Он негромко вздохнул и долю секунды выглядел опечаленным. – Кира, я не чудовище.

Тон у него был серьезный.

Я тоже приподнялась на локте.

– Ты и не ангел, Кайл. – Я сухо улыбнулась, и он ответил тем же. – Так что случилось с той девушкой на самом деле?

– Ничего столь драматичного. Она отправилась в свою школу, я – в свою… – Он пожал плечами. – Разошлись дорожки…

Я смотрела непонимающе.

– Ты же сказал, что она была твоей соседкой. Почему вы учились в разных школах?

Он тупо уставился на меня:

– Мы были в разных классах.

Я попыталась осмыслить услышанное.

– Постой, ей было шестнадцать… Сколько же было тебе?

Келлан ответил странным взглядом.

– Не шестнадцать… – прошептал он.

– Но…

– Спала бы ты, Кира… Уже поздно.

Мне было практически слышно, как упала шторка, оборвавшая разговор, но в уме я продолжала подсчитывать. Если он не учился с ней в старших классах, то ему было самое большее четырнадцать. Мое сердце слегка заныло.

Я взяла Келлана за руку, и его теплая улыбка в конечном счете вернулась. Мы поудобнее устроились на подушках, он потянулся ко мне и привлек к своей груди. Довольно вздохнув, я прислушалась к его ровному, неспешному сердцебиению. Он вел себя прекрасно, – возможно, идея была не так уж дурна.

Келлан обнял меня обеими руками, одной поглаживая по голове, а другой – по спине. Было тепло и приятно. Я улыбнулась и устроилась у него на груди. Он поцеловал меня в затылок. Ладно – не страшно, сравнительно безопасно… и по-прежнему совершенно невинно. Я прошлась пальцами по его ране и после двинулась чуть выше, к груди. Даже сквозь футболку я ощущала очертания мышц. Также я почувствовала, как участилось его сердцебиение и он тихо вздохнул, прижав меня крепче.

Я вскинулась на него глаза: лицо Келлана оставалось безмятежным, и он любовно смотрел на меня.

– Келлан, может быть, нам не нужно…

– Со мной все хорошо, Кира… Спи, – шепнул он, не переставая нежно улыбаться.

Я снова улеглась на спину, но прикорнула не на его груди, а на плече. Взяв руку, которой он гладил меня по спине, я сплела наши пальцы, затем поднесла к щеке и положила на них голову. Он счастливо вздохнул и снова поцеловал меня в макушку.

– Келлан?..

– Кира, со мной правда все хорошо.

Я заглянула ему в лицо:

– Нет, мне просто интересно… Зачем тебе все это со мной? Я хочу сказать, что ты же знаешь – это ни к чему не приведет… Зачем тратить время зря?

Он подвинулся, чтобы лучше видеть меня.

– Кира, время с тобой не тратится зря. – Голос Келлана был тих, а мое имя он выговорил, будто лаская. – Если это все…

Он грустно улыбнулся и не договорил.

Я не могла отвести глаз от его умопомрачительно безукоризненного лица и начала вспоминать каждое его прикосновение, каждое слово… Если это было все, чем он мог довольствоваться со мной, то он готов был смириться. Правильно ли я поняла? Это разбило мне сердце. Он спрашивал меня, не делает ли он мне больно… Но не причиняла ли я боль ему? Он просто хотел меня или ухаживал за мной? Я расплела наши руки и потянулась погладить его по щеке. Он был таким печальным. Мне было невыносимо видеть его таким…

Он вдруг подался ко мне и поцеловал в самый уголок рта, чуть задев губу. Не отводя головы, он задышал мне в шею. Я была слишком шокирована, чтобы отреагировать, и все поглаживала пальцем его щеку. Я задержала дыхание. Келлан поцеловал меня в подбородок. Потом ниже. Рука скользнула под простыню и перешла мне на талию, притягивая меня ближе. Его дыхание участилось, он издал горловой звук и провел губами по моей шее. Рука стискивала и отпускала мою кожу, он поцеловал ямку между моими ключицами, а потом прислонился лбом к моей голове. Дыхание стало поверхностным, лицо было страдальческим – все это шло вразрез с моими правилами.

– Кира?..

Он постарался взять себя в руки.

Я застыла, обездвиженная выражением его лица и ощущением, оставленным его губами на моей коже. Сию секунду он давал мне шанс, но я могла только смотреть в его глаза, стремительно наполнявшиеся страстью, и на губы, быстро приближавшиеся к моим. Его взгляд метнулся к моим зрачкам, губам, затем снова к зрачкам. Он был само страдание, и это гипнотизировало меня.

Шевельнув рукой, лежавшей у него на щеке, я пробежалась пальцами по удивительно мягким, чуть приоткрытым губам. Он еле слышно застонал и закрыл глаза, дыша мелко и часто. Я задержала пальцы у него на губах, и он впился мне в рот, а пальцы разделяли нас, как если бы поцелуй не был поцелуем. Теперь мы перешли границу невинности. Мне нужно было покончить с этим: я должна была встать и уйти к себе. Идея была кошмарной…