Остров любящей женщины - Наталья Труш

Он знал, что скажет ему Катя. Догадывался. На одну чашу весов он положил любовь, на другую — деньги. И по всему выходило, что перевесила вторая. Получается, что чувства он оценил в рублях. Или в долларах. В данном случае не важно. И тут Катя была совершенно права.

Неправа она была только в одном, в том, чего она не знала и никогда не могла знать, так как никогда не была мужчиной и никогда не занималась бизнесом. Это были не просто деньги. Это было его дело. Более того, это был его ребенок, потому что ничего в этой жизни само собой в руки ему не упало. Всего он добился сам. Тот случай, когда и о больших деньгах не стыдно сказать, что они «заработаны».

И вот этого ребенка у Васильева бесстыжим образом украли. Оставили с носом. Выбили почву из-под ног. Кто-то бы в его случае с радостью оперся на женское плечо и поплакал в жилетку подруги. А он не мог. Не умел. И не хотел висеть на ней гирей. Да сюда же еще шаткое состояние здоровья прибавить. Ну и Танечка с ее откровениями — еще тот «плюс». Как говорил Васильев в таком случае, пацан так грязен, что проще нового родить, чем этого отмыть…

Васильев запутался сам в своих вопросах. Сколько раз говорил себе, что решать их надо по мере поступления, чтобы не засорять мозги ненужными мыслями, а вот сидит же и пытается разобраться в проблеме, не зная на самом деле, есть она или нет.

Васильев глубоко вдохнул и нажал на кнопку. Прижав трубку к уху, он ждал соединения, но вместо него услышал равнодушный вежливый голос: «Абонент не отвечает или временно недоступен».

Он позвонил, наверно, десять раз и все безрезультатно. Он набирал и набирал знакомый номер по инерции и знал, что не услышит сегодня Катино «алло?!». Чувствовал. Или «чуЙствовал»…

Он сидел на ступеньках лестницы допоздна. Где-то внутри между этажами курсировал лифт, приезжали и уезжали люди, но ни разу двери лифта не открылись на восьмом. Кати не было.

Набрав ее номер в последний раз, и услышав там то, что и ожидал — «Абонент не отвечает или временно недоступен», — Васильев встал с холодных ступенек, вызвал лифт. Он слышал, как где-то совсем недалеко, наверно, двумя этажами выше, открылась и снова закрылась дверь, провернулся ключ в замке, и по лестнице зашлепали комнатные тапочки.

В это время распахнулись двери лифта, Васильев посмотрел на пакет с цветком, сиротливо прижавшийся в углу у Катерининой двери, махнул рукой и надавил кнопку первого этажа.

…Пакет у двери в Катину квартиру Лара увидела сразу, едва сбежала вниз по лестнице. Она осторожно подошла к нему, прислушалась. Никаких звуков. Пакет как пакет. Лара осторожно, одним пальчиком, потянула за ручку. Он слегка раскрылся и внутри показался бумажный сверток.

— Что за черт?! — Всегда, когда волновалась, Лара разговаривала сама с собой.

Она внимательно осмотрела дверь. Открыть ее и не потревожить непонятный чужой пакет было невозможно. Лезть в него ей категорически не хотелось. Когда столько случаев терроризма в стране и людей на каждом шагу предупреждают не открывать найденные сумки и коробки, то поневоле будешь прислушиваться.

Вызывать милицию Лара не стала. В доме жил свой милиционер, которого все знали. Лара спустилась на первый этаж, позвонила в нужную квартиру, и через минуту Дима Толстиков, не дожидаясь, пока придет лифт, уже скакал через три ступеньки вверх по лестнице.

— Говоришь, пришла котов кормить, а тут это? — переспросил он соседку.

— Ну да! А днем ничего не было, я приходила в обед.

— Посмотрим… — Дима аккуратно откинул ручку у полиэтиленового мешка, заглянул внутрь. Он делал все предельно аккуратно, но у Ларисы кружилась голова от страха — а ну как рванет?!

— Да-а-а-а… — задумчиво протянул Дима. — Хрен его знает. Вроде, тихо, но это не показатель.

Он внимательно рассматривал находку.

— Лар! Смотри-ка, пакет явно новенький, и не простой, а из фирменного цветочного магазина «Флора». И упаковка бумажная тоже непростая, не газета какая-нибудь, а тоже фирменная, из «Флоры»…

Лара присмотрелась. Правда, и внешняя, и внутренняя упаковка с логотипами известного магазина.

— Ты хочешь сказать, что вряд ли кто-то будет так бомбу маскировать? — догадалась Лара.

— Именно! И потом, кто эта твоя Катя, чтобы ей такую «посылку» приносить?! А вот цветы какой-нибудь поклонник вполне мог таким образом подарить…

Дима размышлял вслух, ползая вокруг пакета. Потом принюхался.

— Лар, тут точно цветы! Хоть убей, но пахнет чем-то сладким. В общем, давай так: ты спустись этажом ниже, а я тут все сам посмотрю.

— Дим, а если рванет? Какая разница, спущусь я этажом ниже или тут останусь?! Разнесет же все к чертовой матери!

— Ну, тогда выход один — звони «02»!

— Ну подожди, я сама понюхаю. — Лара наклонилась над мешком и почувствовала нежный цветочный аромат. Потом выпрямилась, как овчарка, понюхала воздух. Вне всех сомнений: источником запаха был мешок у Катерининой двери.

— Ладно, Дим, ты все-таки мент, тебе и бомбу в руки, — мрачно пошутила девушка и спряталась за выступ стены. Она не видела, а только слышала, как шуршит бумага, как она тихонько рвется.

…Горшок с цветком, который был извлечен из пакета, оказался все-таки просто горшком с цветком. Дима с Ларой обследовали его со всех сторон.

— Ты прости, подруга, но придется и внутрь заглянуть, — сказал Дима и аккуратно вытянул растение за крепкие листья.

Ком земли был влажный, поэтому вылез наружу без проблем. Ничего, кроме переплетенных в земле корней, внутри не было.

— Ну вот теперь точно можно сказать, что это просто цветок. Кто-то в гости, видать, приезжал, а хозяйку не дождался и решил подарок оставить… — Дима аккуратно вставил растение внутрь горшка. — А красивый подарок, и душистый.

Он вкусно понюхал цветы.

— Ладно, Лар, я побегу.

— Да, Дим, спасибо тебе. Что б я без тебя делала…

— Что-что, в милицию бы звонила. И это, кстати, правильно, потому что идиотов хватает, которые поначитались криминальной хроники и сами мастерят всякие небезопасные «игрушки». Так что, ты уж извини меня за мой юмор, он у меня в сапогах, но лучше перебдеть, чем недоспать.

…Дома у Катерины Лара поставила горшок с цветком на подоконник, полюбовалась на его удивительной красоты соцветия. Если это не случайный подарок, а именно для Кати, то подарить его мог только один человек. Этот ее, глухопятый. Катька говорила, что мужик он неординарный и сентиментальный. Только такой может любимой женщине не букет роз на свидание принести, а горшок с чудо-цветком…

* * *

Васильев долго стоял посреди двора. Он всматривался в Катины окна, темные и безразличные. И так же темно было у него внутри. Он выкурил не одну сигарету. Он все ждал, что вот-вот из-за угла, оттуда, где автобусная остановка, наконец появится Катя. Ну должна же она приехать домой, где ее ждут?! Коты ждут. И он, Леха Васильев, тоже ждет. Должна же она это «чуЙствовать»…