Сомнения Элли Эндрюс - Рут Сабертон

Нет, нет. Сейчас даже думать об этом не буду.

Я пишу твердый наказ ждать на мосту и обещаю прийти как можно скорее – то есть как только я сумею вылезти из окна. Я сползу по водосточной трубе, даже рискуя сломать шею. И немедленно. Плевать, что на мне винтажное платье, тонкое и предназначенное для хранения в экологически чистой оберточной бумаге, а в волосах цветы. Уже все равно. Я должна сбежать.

Я наполовину высовываюсь и цепляюсь обеими руками за трубу, когда вдруг раздается вопль ужаса и поспешный топот. Меня хватают чьи-то сильные руки и втягивают обратно.

– Элли, милая! Пожалуйста, не надо прыгать! Я здесь!

Я надышалась лака для волос или слишком далеко свесилась из окна и вижу галлюцинации? Готова поклясться, что слышу голос Маркуса Лейси. Человека, который неустанно шлет букеты и надоедливые извинительные письма, пересыпанные цитатами из Библии. Честно говоря, мне он больше нравился, когда был обыкновенным негодяем.

– Отпусти ее! – кричит Поппи. – Как ты смеешь сюда врываться? Сегодня Элли выходит замуж, и тебе тут делать совершенно нечего!

– А вот и нет! – самодовольно отвечает Маркус.

Выпустив меня, он достает мобильник из кармана элегантного пиджака и торжествующе им размахивает.

– Элли прислала сообщение! Она написала, что отменяет свадьбу, и попросила о встрече! Прочитайте сами, если не верите!

У вас когда-нибудь было ощущение, что вы быстро-быстро спускаетесь на лифте?

Я отправила сообщение не туда.

Вот бестолочь.

– Элли! – говорит Маркус, стискивая мою руку и заглядывая в глаза. – Я знал, что рано или поздно ты одумаешься. Я знал, что ты ко мне неравнодушна. Я изменился! Честное слово! Клянусь!

Я не успеваю вставить ни слова, потому что Маркус не умолкает. Он объясняет, что после случившегося в Этти-Вудс внезапно осознал, чего лишился. Он разочаровался в богатстве и наконец обрел Бога.

Весьма уместно. Особенно в свете того, что он получил сообщение, которое предназначалось священнику.

Я выворачиваюсь из цепкой хватки.

– Маркус, я писала другому человеку. Конечно, очень лестно, что ты по-прежнему питаешь ко мне некоторые чувства… – Хоть я и здорово напугана. – Но я не выйду за тебя замуж.

Маркус застывает с широко раскрытыми глазами.

– Почему?! И к тому же я пообещал Богу, что исправлю прошлые ошибки, заботясь о тебе.

Спорить с ним невозможно. Я лишаюсь дара речи, как будто язык завяз в клею. К счастью, именно в эту секунду в комнату влетает Аннабель.

– Что ты сделала с прической? – взвизгивает она. – Ты все испортила!

Огромные синие глаза наполняются слезами.

– Ну почему никто не ценит то, что я делаю? Папа, ты, Марк…

Сестра плюхается на кровать и изящно плачет. Золотые локоны обрамляют мокрое лицо. Когда она поднимает блестящие от слез ресницы и взирает на Маркуса, у меня вдруг случается откровение такой силы, что впору ожидать ангелов небесных с арфами и песнями. В конце концов, я не зря проводила столько времени на проповедях в бабушкиной церкви.

– Ты уверен, что Бог говорил обо мне? – шепотом спрашиваю я, подталкивая Маркуса и так энергично кивая в сторону сестры, что с головы сваливаются цветы. – Я собираюсь замуж. Священный союз между мужчиной и женщиной. Ты ведь не намерен мешать божественной церемонии? Что, если ты неверно истолковал слова Бога? Сам знаешь, Его пути неисповедимы…

Давайте признаем: только человек, на чьей стороне сам Бог, способен выжить с моей сестрой. Когда Маркус протягивает Аннабель незапятнанно белый платок и она говорит «спасибо», я понимаю, что спасена.

Теперь нужно, чтобы они ушли. Тогда я вылезу в окно, спущусь по трубе и переберусь через стену, прежде чем кто-нибудь успеет сообразить, что невеста сбежала.

Что я скажу жениху – уже другой вопрос.

13.03

– Если ты хочешь все покончить разом, почему бы просто не прыгнуть в Темзу? – жизнерадостно спрашивает Поппи, хватая меня за ноги и удерживая от падения в бочку с дождевой водой.

Хоть я и раздосадована, что попалась при попытке к бегству, я все-таки рада, что Поппи оказалась рядом, потому что перспективу сломать шею не назовешь лучезарной. Вылезти из окна оказалось гораздо сложнее, чем я думала. Я чуть не удавилась, когда платье зацепилось за водосточную трубу, и вдобавок теперь на нем зеленое пятно от плесени. Если бы мама сейчас была здесь, она пришла бы в ужас.

– Я не собираюсь кончать с собой, – возмущенно отвечаю я, смахивая с платья кирпичную крошку. – Но и ждать не могу! Я намерена отменить свадьбу! Не знаю, о чем я вообще думала. Мамы ведь здесь нет!

– Так, значит, все-таки дело в ней? – спрашивает Поппи, явно ошарашенная. – Разве ты разлюбила?

– Нет, конечно! Не вопрос! Но… но… остальное…

Поппи смотрит еще более недоверчиво. Я объясняю, что решила отменить свадьбу и назначила жениху встречу на мосту, чтобы сообщить об этом. Честно говоря, план, который казался абсолютно здравым, утрачивает всякий смысл, когда я делюсь им с Поппи. До церемонии – несколько часов. Время поджимает.

– Но вам же хорошо вместе! – продолжает Поппи.

До недавних пор я тоже так думала. Но за последние полтора года я совершила слишком много ошибок, и, возможно, свадьба – самая большая из них. Я действительно его люблю, но что, если я выхожу замуж не потому? Пышная церемония, церковь, торт, которым можно накормить маленькое государство, – я ведь мечтала совсем о другом. Я просто пытаюсь искупить вину перед матерью. Мы с женихом почти не виделись в течение нескольких недель, поскольку оба были страшно заняты подготовкой. Что, если мы больше не подходим друг другу? Что, если время, проведенное порознь, воздвигло между нами неодолимую преграду?

– Чушь! – отвечает Поппи, когда я делюсь с ней своими чувствами. – Выйди уже, блин, за него поскорее и живи счастливо.

К сожалению, я слишком часто ошибалась, чтобы полагаться на собственные суждения. Я все утро вспоминала прошлые ошибки, но среди них есть одна, о которой я даже не смею задумываться. Она чересчур велика и ужасна.

– Я не заслуживаю счастья, потому что предала Ксандера.

Поппи закатывает глаза:

– Только не начинай сначала! Это было и прошло, и если Ксандер пережил, то и ты переживешь. Ты выходишь замуж, и точка. Я сама отвезу тебя к мосту, и вы раз и навсегда объяснитесь, а потом мы поедем прямо в церковь. Ясно?

Я горестно киваю. В конце концов, невообразимую путаницу устроила я сама. Мои ошибки, мне с ними и разбираться. И кроме того, Поппи права. Нужно наконец объясниться окончательно.

Но одно я знаю наверняка: я не переживу большой пышной свадьбы. Я не в силах пробиваться сквозь толпу папарацци, идти к алтарю и произносить обеты на глазах у многочисленных гостей. Свадьба не ограничивается цветами и красивым платьем. Такое ощущение, что в последнее время я об этом позабыла. Свадьба означает, что ты согласилась провести остаток дней с человеком, которого любишь. Чувство вины и прежние обязательства тут ни при чем.