Любимые дети, или Моя чужая семья - Диана Чемберлен

Кимми сняла одежду, и я взглянул на нее. Она была такой хорошенькой.

– Не смотри. – велела Кимми.

– Не смотрю, – соврал я. Но она была права. Я глазел на нее. Мне так нравилась ее гладкая и темная кожа. И внизу живота куда больше волос, чем у меня. Макс сказал, что многие девушки бреются там, но Кимми не брилась.

– Я хочу лечь под покрывало, – сказала она.

Хорошо.

Она забралась под покрывало, пока я снимал трусы. А потом я лег рядом с ней. И сразу поцеловал. Просунул язык ей в рот, но она не встретила его своим, как обычно. Ничего, все нормально. Я хотел поскорее лечь сверху и воткнуть в нее пенис. И уже стал ложиться на нее, но вспомнил про презерватив.

– Презерватив! – воскликнул я. Вынул его из пакетика, и он прекрасно наделся, как и должно быть, потому что раньше дядя Маркус показал мне на цукини, что нужно делать. Это было так смешно!

Я снова лег на Кимми, но ее ноги были сжаты.

– Ты должна развести ноги.

– Я слишком боюсь, – прошептала она.

– Почему? Ты сказала, что хочешь заниматься со мной сексом.

– А сейчас не хочу.

Я ДОЛЖЕН был сделать это сейчас.

– Пожалуйста, Кимми.

Она не ответила. Я недостаточно ясно видел ее лицо, но услышал, что она плачет.

Я слез с нее. Она не сказала «нет», но, думаю, именно это подразумевала. Теперь мне нужно было идти дрочить.

Она повернулась к окну:

– Прости.

Я скатал презерватив и попытался спрятать его в пакетик, но он не влезал. Я злился и грустил, потому что так хорошо спланировал, и все впустую. Даже дрочить не хотелось.

Я глянул на Кимми. Часть покрывала была откинута, и длинные волосы Кимми лежали на бело-голубой подушке. Плечи подпрыгивали вверх-вниз, как при плаче. Ей было еще грустнее, чем мне. Я неожиданно сообразил, что имел в виду дядя Маркус, когда говорил, что не следует заставлять девушку.

Я поднял с пола ее блузку и накинул Кимми на плечи. Потом лег за ее спиной и обнял. Кимми повернулась и посмотрела на меня.

– Ты очень сердишься? – спросила она.

– Нет.

Я больше не сердился. Просто не хотел, чтобы она плакала или грустила.

– Я испугалась, – пробормотала она.

Я хотел спросить ее, чего именно? Но это было бы как заставлять ее.

– Все нормально, – сказал я.

– Может, нам стоит вернуться к тебе домой? Я не хочу больше быть здесь.

– Хорошо.

Мы оделись и спустились по металлической лестнице, которая шла кругом, кругом и кругом в гостиную. И уже шли к выходу, когда стукнула дверца машины.

– Ой! Это твой дядя? – ойкнула Кимми.

Хорошо бы, чтоб не он. Потому что тогда мы попали в беду.

Наверное, нужно выбираться из дома черным ходом. А может, спрятаться на крыше? Я подобрался к кухонному окну и выглянул.

– Место для его машины пусто, – сообщил я. Но тут же увидел машину Кита.

– Это глупый Кит, – крикнул я.

– Может, спрятаться? – спросила Кимми.

Я не знал, что делать. А вдруг Кит скажет дяде Маркусу, что видел нас здесь? Но, видно, я слишком долго соображал, потому что в дверях вдруг появились Кит и девушка. Девушка смеялась и вроде как висла на нем. Мы с Кимми застыли, как будто они не заметят нас, если мы не пошевелимся. И в первую минуту они вроде бы не заметили. Кит был слишком занят, потому что целовал девушку.

Но тут девушка увидела нас и перестала целовать Кита. Показала на нас, и Кит повернулся.

– Какого черта вы здесь делаете? – спросил он.

– Я хотел показать Кимми башню Оперейшн Бамблби.

– Да ну? – засмеялся Кит. – Держу пари, ты показал ей не только башню.

Я не понял, о чем он. Но девушка тоже рассмеялась. У нее были гигантские синие глаза и черные волосы с красной пластиковой заколкой с волосах. Я знал ее. Когда она повернула голову, я увидел это странное пятно ниже уха. Как татуировка сердечком. Я помахал ей.

– Привет.

Она улыбнулась мне. Она выглядела совсем иначе, чем в тот раз, когда я ее видел.

– Это – Кимми, – сказал я. Полагается представлять людей, когда они не знают друг друга. Но Кит не представил девушку. Возможно, потому что я уже был знаком с ней, хотя не знал ее имени.

– Я иду наверх, – сказала она Киту.

– Сейчас буду, – ответил Кит. Он взглянул на меня: – Тебе лучше убраться отсюда.

Я хотел попросить его не говорить дяде Маркусу о том, что мы с Кимми были здесь, но он такой злой. Злые люди иногда делают противоположное тому, о чем их просишь.

– Ладно, – сказал я. – Мы уходим.

Мы направились к нашим велосипедам.

– Он все расскажет?

Кимми вывела велосипед из стойки.

– Не знаю.

Меня могли ждать большие неприятности, а мы даже не занялись сексом. Это абсолютно несправедливо.

Прежде чем я сел на велосипед, Кимми положила руку мне на плечо. Я видеть не мог воду в ее глазах и красный нос.

– После сегодняшнего дня ты по-прежнему останешься моим парнем? – спросила она.

Безумный вопрос.

– Я всегда буду твоим парнем.

Она улыбнулась, и, хотя нос был по-прежнему красным, я знал, что она пока что перестала плакать.

46. Сара

Потеря Джейми

1997

Джейми пообещал мне, что на этой неделе скажет Лорел о разводе.

После возвращения Маркуса прошел год, и я ни разу не попыталась надавить на Джейми, хотя мысль об ультиматуме несколько раз посещала меня. Да и как не посещать? Год! Я хотела сказать ему «сейчас или никогда», что, если он не попросит у Лорел развода, я возьму Кита и уеду… нет, он сразу понял бы, что я лгу. Я бы никогда не покинула остров.

И к тому же этот год был для него ужасным. И не только для него. Для всех. Ураган «Фрэн» пронесся по острову, уничтожая дома и дороги. Поднял мой трейлер и развернул его, опустив на море прибрежной травы. Конечно, мы все эвакуировались, так что были в безопасности. Но прошли месяцы, прежде чем мой дом поставили на прежнее место, а Си-Тендер, хоть и устоял, пошатывался на свайном фундаменте. Локвуды не смогли бы и дальше жить в нем. Поэтому Джейми строил новый роскошный дом на заливе. Пока я пыталась привести в порядок свой помятый трейлер, в душу вновь закрадывалась зависть к Лорел. У нее по-прежнему было все.

Джейми сказал, что сначала решил поговорить о разводе с Маркусом, и только потом – с Лорел. Хотел, чтобы его брат был готов оказать Лорел эмоциональную поддержку, потому что ей это наверняка понадобится.