Запретные удовольствия - Стелла Камерон

Сэм улыбнулся:

– Я простил тебя и за то, что ты вычеркнула меня из жизни моего сына. Я должен сказать, что ты относишься к ребенку не так, как следовало бы. Ты же понимаешь, как он нуждается в обоих родителях. Ты хочешь этого для Бобби?

– Я хочу для Бобби лучшего, и он этого заслуживает.

– Конечно, заслуживает. Я знаю, что он мой сын, и ты об этом знаешь. Я посчитал, по времени сходится.

Полли слишком рассердилась, чтобы дать волю слезам, которые жгли ей глаза.

– Тебе нужны деньги, не так ли? Тебе всегда были нужны деньги. Все, что ты делал, ты делал только потому, что старался чем-нибудь поживиться. Ты уже приезжал ко мне один раз в Хоул-Пойнт за деньгами. Ты находился в отчаянном положении, впрочем, как всегда. Но ты никогда не хотел иметь ничего общего с Бобби. Я предпочла бы, чтобы он не был твоим сыном, но мы оба знаем, что он твой. И я не собираюсь волноваться, опровергая отвратительные обвинения, которые ты только что высказал. Даже если бы я захотела еще кого-нибудь… Ты причинил мне столько боли, что я не стала бы торопиться с удовлетворением своих желаний.

С озера донесся гудок судна. Сэм посмотрел в окно.

– Это все в прошлом.

– Ты не хотел Бобби и заставлял меня сделать аборт.

– Говори потише. О некоторых вещах должны знать только двое. Если это услышит Бобби, он очень огорчится. Несмотря на то, что это ложь.

– Это не ложь.

– Если ты хочешь так думать, пожалуйста. Если это дает тебе возможность оправдать наш разрыв, прекрасно. Все превосходно, малышка, все, что тебе нужно. Но Бобби – мой сын, и я хочу с ним встречаться. Я и так пропустил слишком многое в его жизни. Это важные годы – годы детства. Ты знаешь, что он тоже хочет общаться со мной. Ты бы видела его лицо, когда я появился в кинотеатре!

Полли не нравилось, что Нэсти слышит все это, но в то же время она была ему благодарна за то, что он не оставил ее наедине с Сэмом Доджем.

– Ты потерял его, Сэм. Ты так и не стал взрослым и ничего не узнал о жизни.

– А ты узнала? Ты, такая модная и искушенная?

– Бобби – маленький мальчик. Ты был прав, когда говорил, что это важные годы. У него никогда не было отца, и он мечтает о том, чтобы отец у него появился. Это естественно, но он не знает тебя. А если узнает, то разве сможет полюбить тебя надолго?

Челюсть у Сэма отвисла.

– Я хочу стать отцом для моего сына, я хочу быть вместе с тобой, если ты согласна.

Все происходящее казалось Полли ночным кошмаром, жутким ночным кошмаром. Она находила и тут же отбрасывала варианты ответа.

– Мне не нравятся другие парни в твоей жизни, малышка. Я не представляю угрозы для преуспевающих женщин. Но если ты хочешь сохранить свою карьеру, то должна поладить со мной.

– Ты невозможен.

Сэм бросил свою сигарету в горшок с африканской фиалкой.

– Если тебя устраивает этот небольшой городок, то я могу пережить это. Я способен работать везде.

– Работа… – Полли произнесла это слово и мысленно попыталась примерить его к Сэму.

Ничего не получилось.

– С работой могут возникнуть затруднения. Боюсь, что все места для бездельников, которые имеются в Киркленде, уже заняты.

– У тебя по-прежнему довольно странное чувство юмора, – заметил Сэм.

– Ты хочешь сказать, что сменил работу? Чем же ты занимаешься сейчас?

«Что ты умеешь? Только выискивать способы получить желаемое даром», – подумала Полли.

Сэм вытащил из кармана перочинный ножичек, щелчком раскрыл его и принялся чистить ногти.

– Я организую кампании.

Полли задумалась над его словами.

– Бандиты тоже устраивают выборы в наши дни?

– Очень смешно, – сказал Сэм. – Благотворительные кампании, солидное дело.

«Мошенничество», – подумала Полли, но промолчала.

– Понимаешь, малышка, я совсем не надеюсь, что верну все обратно за одни сутки. Но постепенно все наладится. Ради Бобби мы сможем сделать это. Просто поверь в меня на этот раз.

– Слишком поздно, – подвела итог Полли, хотя ей хотелось сказать, что было уже слишком поздно, когда они встретились впервые.

Все у них было ошибкой, все, кроме Бобби.

– Нет, это не так! – воскликнул Сэм. – Ты просто должна дать нам время. Время и надежду. Нам было хорошо вместе. Нам снова будет хорошо. Ну, вспомни! Вспомни, когда…

– Достаточно.

Сэм развел руками и покачал головой.

– Хорошо, хорошо. Я пришел не вовремя, ты еще не свыклась с этой мыслью. Но ты согласишься со мной. Я сказал Бобби…

– Держись подальше от Бобби.

– Я сказал ему, что мы с тобой собираемся подумать об этом. Ты бы видела его лицо. Ты не можешь отнять это у него, Полли.

Полли услышала, как Нэсти постукивает ногой о решетку балкона.

– Я стал совсем другим человеком, – продолжал Сэм. – Твой приятель может вернуться в комнату, скажи ему, чтобы он уходил. Мы должны побыть вдвоем – ты и я. У меня есть, что сказать тебе, я должен был поговорить с тобой раньше, но так никогда и не выбрал подходящий момент. Поэтому я хочу поговорить с тобой сейчас, малышка.

Полли очень хотелось, чтобы он наконец ушел.

– Ты стала такой желанной и интересной. Я так долго не мог сказать тебе, что считаю тебя самой лучшей из всех, но я тоже взрослею, поверь. – Сэм повысил голос: – Зайди сюда, приятель, Полли хочет тебе кое-что сказать.

Если бы Полли знала, как отделаться от Сэма, она бы незамедлительно его выставила. Нэсти поднялся и прошел в гостиную.

– Что у тебя с ногой, приятель? – спросил Сэм.

Он снял свою куртку и бродил на подлокотник дивана.

– Заехал лыжами в заячью нору? Ты здорово похож на лыжника.

Нэсти по-прежнему сохранял спокойствие, его руки были опущены. Он смотрел поверх головы Сэма и жевал резинку, мерно двигая челюстями.

– Ты не привык много говорить, не так ли? – произнес Сэм.

Он откашлялся, прочищая горло. Полли заметно занервничала.

Нэсти пристально посмотрел Сэму в глаза, и тот отвел свой взгляд. Глядя в сторону, Сэм сказал:

– Полли хотела бы, чтобы ты ушел. Мы должны кое о чем поговорить.

Нести не проронил ни звука. Челюсти его двигались по-прежнему. Полли же находилась на пределе, все нервы ее были напряжены.

– Ты слышишь меня? – спросил Сэм.

– Нэсти останется, – громко сказала Полли.