Обжигающая спираль - Ольга Горовая

Нет, она не соврала, когда сказала, что уверенна — Рус не причинит ей боли. Но не могла сказать, что настолько же уверена в его адекватной реакции на любой заданный сейчас вопрос. А они ехали. И любое проявление темперамента ее любимого более разумным казалось отложить до возвращения домой.

Потому она молчала.

И Руслан не выказывал никакого желания прервать напряженную и тяжелую тишину, повисшую в салоне машины. Только периодически тихо бормотал ругательства сквозь зубы и резко дергал рычаг коробки передач, выдавая этим бурлящие внутри чувства.

Едва они поднялись в квартиру, Рус сильно хлопнул дверьми, и все так же молча подошел к окну, уставившись на город.

Света сомневалась, что он видит хоть что-то, пусть еще и было светло. Но вся его напряженная поза и то, с какой силой он тер лицо ладонью, как крепко все время сжимал кулаки — указывало, что Руслан никак не может успокоиться, скорее, заводится еще больше.

А Света даже не знала, в чем причина.

— Руслан? — осторожно позвала она, но Рус тольк передернул плечами, словно говоря, чтобы она его не трогала.

Вообще-то, такое его поведение — не было приятным. Свете стало немного обидно, что мужчина, которому она не раз доказывала свою готовность помочь и поддержать во всем, сейчас просто не считает нужным делиться с ней своими проблемами. Ведь они не были чужими друг другу.

Но она постаралась подавить в себе это чувство. И чтобы хоть немного переключиться, достала из сумки телефон, собираясь позвонить Ромке.

Наверное Руслан услышал, как пикнул мобильный, когда она сняла блокировку экрана. Он повернулся и внимательно посмотрел на нее.

— Кому ты звонишь? — резко спросил Рус.

Света даже вздрогнула от такого тона.

— Роме, — с недоумением пояснила она, глядя на Руслана. — Хочу проверить, все ли с ним нормально…

Рус скривился.

— Да, что с ним случится?! С твоим ненаглядным братом?! — со злым сарказмом протянул он и с силой упер кулак в бетонный простенок между окнами. — Хватит менять ему пеленки, Света! Уже и так из пацана — черти что сделали!

Это звучало грубо. И видя выражение глаз Руса, она понимала, что он знал о таком впечатлении. Раздражение, которое никуда не ушло, вспыхнуло с новой силой.

— Он еще ребенок, Руслан, — с упреком одернула его Света. — А я его сестра, и это нормально, что я волнуюсь…

— Ребенок?! — почти крикнул Рус, с такой злость в голосе, что Света судорожно сжала в пальцах телефон. Таким она Руслана еще не видела. — Ему восемнадцать! Какой он, к черту, ребенок?! В его возрасте я похоронил всех, кого имел! И не портил жизнь всем вокруг так, как это делает твой брат!

— Руслан! — в свою очередь повысила голос Света. — Ромка специально никого не обидит, он просто еще не привык отвечать за свои действия, и это нормально…

— Нет здесь ничего нормального! — яростно и грубо прервал ее Руслан, ударив по стене, так, что раздался глухой звук. — Нет! Потому что за твоего избалованного парня будут отвечать другие люди. Из-за его самовлюбленности и нежелания прислушаться к хорошему совету — или мои люди, или я будем вынужденны участвовать в боях на деньги! Тебе рассказать, что это значит? Или ты сама поймешь, имея папу — полковника СБ?! — Руслан пересек разделяющее их расстояние в пару шагов и забрал телефон из рук Светы, отбросив тот на диван. — Хватит! Хватит с ним нянчиться.

Она не сопротивлялась, слишком ошарашенная подобным заявлением. Словно гром среди ясного неба. И никак не могла понять, сопоставить все его фразы.

— Подожди, Рус, — Света протянула руку, дотронувшись до его напряженных кулаков. — Какие бои, о чем ты?! С чего?!

Руслан чертыхнулся и отвернулся, не позволив ей удержать их прикосновение.

— С того, что твой брат полез не к тому человеку. И если бы я не заметил этого — он сейчас был бы порезан, и я не знаю, насколько серьезно. Потому что люди, которые послали этого «хвостатого», не шутят. И как выяснилось, слишком хотят затянуть мой клуб в свой тотализатор, — все с той же экспрессией и злостью в голосе ответил Руслан. Света не поняла, кто такой «хвостатый» и решила, что наверное с ним и дрался Ромка.

— Но, — Света неуверенно облизнула губы, слишком хорошо представляя себе, чем участие в подобном «мероприятии» может грозить ее любимому. — Они же не могут тебя заставить? — голосом, который выдавал ее опасения, уточнила она.

— Не могут, — с горьким сарказмом повторил Рус, ехидно посмотрев на нее через плечо. — А ты знаешь, что будет, если в милиции или представительстве того же СБ узнают, что сегодня на встречу Бойцовского Клуба, зарегистрированного, как общественное движение — один из участников приперся с кастетом, а у второго оказался нож, который он не замедлил применить? — с издевкой спросил Руслан. — Нас закроют. В лучшем случае, и хорошо, если без следствия обойдемся. Но и это ладно. Хоть мы с Серегой последние два года почти все свое время отдавали этому клубу. Ладно, пережили бы, — Руслан зло пнул диван кулаком. — Только те люди не остановятся, они или заполучат нас сейчас, или пойдут дальше, убив кого-то из моих парней.

Руслан даже не обернулся, когда она сдавленно втянула в себя воздух. У Светы ни на секунду не возникла мысль, что он шутит или преувеличивает ситуацию. Она не сомневалась, что с таким бы Рус не шутил.

— И у меня только один вариант, Света, благодаря твоему ненаглядному, «маленькому» брату, — с тем же злым ехидством протянул Руслан, — идти к Писаренко, если я не хочу потонуть в этом болоте, — вот теперь Руслан обернулся и просто впился в нее бешенным взглядом, засунув напряженные руки в карманы джинсов.

Света на миг закрыла глаза, наконец-то поняв, отчего он так зол.

И глубоко-глубоко вдохнула, стараясь найти аргументы и доводы, хоть и понимала — тут мало что можно доказать. Даже если она будет очень стараться. Ведь Света слишком хорошо знала, что чувствовал ее любимый по отношению к Писаренко. И как ненавидел себя за то, что тогда обратился к нему за помощью. Теперь же…

Что ж, она могла себе представить, насколько он сейчас бесился внутри. Потому и искал повод сорваться, обидеть, причинить боль кому-то еще. Искал виноватого в любом, кто хоть мало-мальски был причастен к ситуации.

— Руслан, — она шагнула ближе к нему. — Я понимаю, что ты сейчас чувствуешь, только не надо Ромку во всем обвинять, любимый, — он дернулся от этих слов так, словно она его ударил.

— Ни черта ты не понимаешь, если продолжаешь защищать его! Может, еще скажешь, что он ущемленная сторона? — почти крикнул Руслан, отступив от нее. — Ты не сможешь понять, какого это — делать то, что мне приходится. Тебя всегда оберегали, как и твоего брата, ты всегда оказывалась выше дна жизни, Свет, читая о нем только в учебниках или слушая лекции. Поэтому не надо мне сейчас ничего рассказывать, — гневно добавил Руслан и, развернувшись, отошел прочь.